Кровавый плен (СИ)

Казалось, что-то важное затаилось между строк, но за три года, как девушка нашла эту книгу в библиотеке – так и не разгадала послание из прошлого. В сети также ничего не писали по этому поводу. Автор был малоизвестен и мало кому интересен. Потрепанная книга, кем-то вся исписанная на полях вопросами, также пестрила подчеркиваниями разных цветов по тексту. 
В университете Кара даже собиралась писать о ней реферат по философии, но решила, что ее никто не поймет, и это слишком личные переживания, которые не хотелось выпячивать посторонним. Мысли, заложенные в «Духе», отдавали жуткими странностями, но все же резонировали с чем-то внутри ее души. Иногда так, что ощущения трудно было облечь в слова. Поэтому книга периодически перечитывалась, чтобы освежать все это в памяти и проверять – не померещилось ли ей.
Не померещилось. 
Кара перевела взгляд на часы и неохотно принялась собираться в ресторан.
Зачем вообще понадобилась эта вечеринка? 
Студенты и без этого подходили к ней с вопросами о внерабочей жизни директора и с просьбами помочь в учебе за счет родственных связей. Зачем Джонатану понадобился именно ресторан – оставалось только догадываться.
На улице довольно похолодало, поэтому Кара надела черное шерстяное платье свободного покроя до колена, а сверху накинула легкое светлое пальто.
– Куда едем, мисс Девис? – Колин поправил зеркало заднего вида и весь обратился в слух.
– В Палато.
Уютный итальянский ресторан, выбранный сокурсником, располагался в самом центре Торланда и, судя по внутреннему убранству, был страшно дорогой. Кара напряглась сразу, как увидела серебряные тарелки, но Джонатан уверил, что все гуляют за его счет и переживать не о чем. Все остальные приняли эти условия как само собой разумеющееся, так что пришлось согласиться.
Кроме тех, кого Кара уже знала, к так называемой «вечеринке» подтянулась еще парочка новых лиц с потока. Возможно, она видела их где-то мельком, но точно вспомнить не могла, а имена забыла сразу же, как только их представили – мысли почти целиком и полностью были захвачены последними тревожащими событиями. Таинственная натурщица, высеченная в камне, неясные намерения Ноэля, внезапно образовавшаяся пропасть в отношениях с родителями и… недопустимые чувства к директору. Как, имея в голове такой взрывоопасный нервный комок, можно просто сидеть и развлекаться?
– Кара, потрясающе выглядишь, – охнула Талина, – у какого стилиста ты одеваешься?
Стилиста? Она издевается? 
Простое платье из масс–маркета выглядело ничуть не интереснее картофельного мешка. Кара силилась припомнить, расчесалась ли она вообще перед выходом.
– Ну кто такие вопросы задает, – вклинилась Кирен, – естественно, она не расскажет. Своего стилиста я тоже в тайне держу. А вот марку косметики ты просто обязана раскрыть, – она взяла Кару под руку, с интересом заглядывая ей в глаза.
Вода и мыло. 
Вместо ответа Кара смущенно посмеялась, соображая, что на это ответить.
Если скажу правду – вряд ли поверят. Решат, что воображаю. 
– Не расскажешь? – расстроилась Кирен. – Эх, видимо это какая-то закрытая линейка от частного бренда.
Все присутствующие девушки, кроме хранительницы тайны, вздохнув, синхронно поникли.
Удача. 
– Твои волосы лежат такими аккуратными волнами, а мой парикмахер застрял в пробке в Нью-Шеле и так до меня и не добрался, – Талина надула губы, поправляя свою идеальную укладку.
Они надо мной насмехаются или и правда не видят, что я даже не расчесалась? 
Перегиб с лестью, кажется, чувствовался только ей. Теперь стало ясно, зачем ее сюда привели.
Что ж, потерплю. 
Хостес проводил молодых людей к столику у окна с великолепным видом на сад. Интерьер, выполненный в светлых оттенках коричневого и разбавленный живыми изгородями с зеленью, с приглушенным светом создавал приятную расслабляющую атмосферу. Студенты расселись по диванам вокруг стола, заказали блюда, напитки и принялись непринужденно болтать, не забывая совершать выпады лести в сторону директорской племянницы. Сначала потихоньку-помаленьку, а потом по нарастающей, как снежный ком. К середине вечера у кого угодно бы выросло чувство собственного достоинство после таких высокопарных речей. 
 
Кара пребывала в тихом шоке от происходящего – сдержанно улыбалась и благодарила. К закускам не притронулась – очень нервничала и не могла есть, зато сладкое розовое вино оказалось очень вкусным. Но, наблюдая, как сокурсники бесконтрольно напиваются все сильнее, тянула несчастный бокал как могла.
Интересно, дядя сейчас на работе или где-то еще? 
Под «где-то еще» она заочно подразумевала Молли, хотя убедительных причин для этого не существовало.
Может, отправить смску, что буду поздно? Да нет, ему наверняка все равно. 
– Кара, – Джонатан втиснулся между ней и Талиной, положил руку на спинку дивана и повернулся с томной улыбкой, – раз уж мы здесь собрались, то предлагаю поставить какую-нибудь общую цель на текущий год.
– Цель? – девушка непонимающе сморгнула.
– Да, цель. Именно, – парень закинул ногу на ногу и придвинулся еще ближе, – например, внедрить в учебную программу систему автоматов.
– А разве сейчас их нет? – уточнила она.
– Есть, но только по одному самому сложному предмету, по которому нереально все зачеты сдавать на оценку. Но я говорю о целой системе автоматов, понимаешь? Ну, как у вас там было, в обычном университете? – он воззрился на нее, приготовившись внимать священный опыт простолюдинов.
– Эмм, в Россе вообще не практикуют автоматов, – осторожно ответила Кара, уже примерно понимая, к чему он ведет.
– Да ладно? Но ты же знаешь о такой системе? Все знают. Вот что, – сказал он, уже обращаясь как бы ко всем, а не к ней одной. – Предлагаю нам замутить инициативу с автоматами и протащить ее на студенческий совет. Если директор будет «за» – о Гистине можно не волноваться.
Ребята одобрительно загудели и негромко захлопали.
Видимо, я должна поспособствовать, чтобы директор был «за». 
Кара помрачнела, откидываясь на спинку дивана.
Ох и дааа. 
Все расценили это таким образом, будто девушка всерьез ушла в себя обдумывать варианты реализации гениального предложения, и решили ее не беспокоить, занявшись разговорами друг с другом.
Отлично, спокойно посижу. 
Ресторан и лесть оказались предлогом облегчить им последний год обучения. Возможно, кто-то даже боится вылететь, и, возможно, даже не на пустом месте.
Очень скоро компания напилась окончательно и, наконец-то, вовсе забыла о существовании племянницы директора. Кара допила вино, заказала коктейль и погрузилась в невеселые размышления.
Родителям совершенно точно не нравится моя близость к дяде. Но почему? Разве это что-то меняет? Я доучусь и вернусь домой. Год. Всего год. 
Но как продержаться так долго под одной крышей с мужчиной, в которого влюблена? Она вздрогнула и нервно втянула прохладную оранжевую жидкость через соломинку.
Надо было соглашаться на гостиницу… 
Так, спокойно. Спокойно. Просто не буду подавать виду. И все. Это просто. Я справлюсь. А потом вернусь в Нью-Шел и обо всем забуду. 
– Кара, – окосевший Джонатан навалился на край стола, пытаясь казаться неотразимым самцом, – идем гулять.
Она окинула захмелевшую шумящую компанию озадаченным взглядом – молодая душа требовала драйва и приключений. Шататься по улицам, помня о последних ночных «приключениях» не тянуло, но уходить из ресторана так скоро тоже не хотелось.
 
– Спасибо за приглашение, но я, пожалуй, еще немного посижу, – ответила Кара с легкой улыбкой.
– Ну, как знаешь, а я пойду, – хмыкнул парень.
– Я тоже хочу проветриться, – согласилась Талина, и Кирен активно закивала.
– И я с вами, – Марк поднялся из-за стола, помогая Джонатану встать вертикально.
Отлично.