Подземелье по наследству, Том 1 (СИ)

— Я политикой особо никогда не интересовалась, знаю не больше остальных, — легкомысленно сказала Аманита. — Мы, демоны с Глубины, нечастые гости в Яркости. Для нас здесь холодновато. К нам относятся с подозрением при любом политическом раскладе. Мы воюем за того, кто больше заплатит.
— Демоны с Глубины? — повторил я.
— Именно, — с ухмылкой сказала демоница. — Не верь досужим слухам, которые приписывают нам невесть что. Искушения смертных, прожарка грешников в котлах после смерти… пф-ф-ф-ф, какая чепуха! Мы — такая же раса, как и все остальные. Живые разумные существа из плоти и крови. А не хрень из огня, грехов и сероводородного пердежа тролля.
Вот оно что. Демоны в Подземелье — это не некие злые сущности, искушающие смертных, а просто ещё одна раса.
— А при встрече смертным меня называла, демонической силой хвалилась, — укоризненно произнес я.
— Ну должна же я была произвести на чужестранца хорошее впечатление? — Аманита снова прикинулась невинной овечкой и похлопала ресницами. Мы оба рассмеялись и пригубили вино из кружек.
— Так значит Махис — что-то вроде пограничного клана, защищающего Яркость от ужасов Сумрака и Глубин? — произнес я, поставив кружку на стол.
— Верно. По крайней мере так они себя называют — единственными Защитниками Яркости от зла, — Аманита саркастически хмыкнула. — Махис и правда гоняют на границах всяких отморозков, не пуская их в глубь Яркости. Но я бы не сказала, что существует угроза полномасштабного вторжения. В Сумраке и Глубине народ грызется друг с другом также активно, как и в Яркости. За золото, за власть, за женщин, за кусок хлеба — борьба идет непрерывно. Никакого Злого Тёмного Властелина, который бы всех объединил и повел на Яркость, нет и вряд ли появится.
— Без Тёмного Властелина ведь скучно, — хмыкнул я.
— Пошел он нахрен, — фыркнула Аманита, яростно вонзив нож в мясо. — И без него жизнь несладкая. Махис традиционно преувеличивают угрозу, равно как и свою роль защитников. Они пугают простой народ Тёмным Лордом или Древними Демонами, дремлющими в Глубине. Это часть их клановой политики. Ничего нового.
— И для чего им это?
— Это все для того, чтобы нас, демонов, ненавидели! — убежденно произнесла Аманита. — И сказки про нас всякие сочиняли. Нас просто используют как козла отпущения. Как общего врага, как страшилку, чтобы проще было контролировать народ.
— Вот как…
Точка зрения Аманиты мне, в принципе, была понятна. В ней говорила обида на Махис из-за плохого отношения к народу демонов. Интересно, дело в обычных предрассудках или в Глубине реально таится нечто опасное, как утверждает клан Махис? Я пока очень мало знал о Подземелье, чтобы объективно судить о таких вещах.
— Маналайс обещал пересмотреть отношение к демонам, — неохотно произнесла Аманита после небольшой паузы. — Поэтому его многие из наших поддерживают. Не смотря на все то безумие, что он творит.
— А другие кланы не смущает, что на троне Махис психопат? — уточнил я. — Вдруг он захочет подчинить себе всю Яркость?
— Да ну, глупости, — Аманита покачала головой. — Даже Маналайс при всем своем безумии должен понимать, что шансов у него нет. Махис сильны, но другие кланы легко сокрушат их, если объединятся.
— Он же не просто так наращивает свою мощь, — заметил я. — Объединился с крыланами и другими. С демонами заигрывает.
— Не, всё равно без шансов. Но если реально грянет, то всему Подземелью жопа, — убежденно произнесла Аманита. — Такой войны мы ещё не знали. Вся Яркость утонет в крови и станет блеклым подобием самой себя. Разбойники из Сумрака будут вволю грабить и убивать. Приспешники Маналайса — те ещё ублюдки, на простой народ плевать хотели. Они громко орут о защите Махис от врагов, но как дойдет до горячего, то просто попрячутся по крепостям, пока регулярная армия будет воевать. Вся приграничная зона Махис будет опустошена и разграблена Сумраком.
Я вспомнил орков-каннибалов и что они сотворили с той эльфийкой-фермершей. Если Маналайс реально развяжет войну, то подобный ужас станет обыденным делом для Яркости.
 
Аманита надолго припала к кружке с вином, намереваясь залпом опустошить её до дна. Наблюдая за демоницей, я подумал о том, насколько жизнь в Подземелье похожа на жизнь моей Поверхности. Мерзавцы, дорвавшиеся до власти, пытаются изо всех сил поссорить простой народ и извлечь некислый профит для себя.
Стоит ли мне лезть во все это, мелькнула в голове мысль. У меня есть жена-няша, до которой Маналайсу не добраться при всем желании. Есть возможность хорошо зарабатывать и жить на широкую ногу. Зачем ввязываться в чужие разборки? Пусть лидеры кланов сами решают свои вопросы. Я, конечно, очень сочувствую жителям Подземелья, но… я не могу им никак помочь. Я такой же простой человек. Не герой. В политике ничего не смыслю. Волшебством не владею. А огнестрелом всех проблем не решить. Лучше просто продолжу жить с Мей и добро наживать. Любая гроза рано или поздно закончится, и жизнь сама собой наладится.
Правда… большая война в Подземелье ударит и по мне. На самом деле мне не хотелось бы вечно воевать с троллями и прочими монстрами за золото. Рано или поздно моя удача закончится, и я попаду какой-нибудь твари на клыки. Куда лучше перейти в разряд торговца — подгонять местным специи и прочие ништяки с Поверхности. Как монополист, я заработаю на торговле в разы больше.
Война поставит крест на любой торговле. Так что да, я заинтересован, чтобы в Подземелье жизнь текла мирно и стабильно. Но совершенно не понимаю, как этому поспособствовать.
Как только с трапезой было покончено, я откинулся на спинке стула, чувствуя сытость и удовлетворенность. А ещё меня клонило в сон. Долгие переходы по тоннелям и битва с троллем не прошли зря. Организм устал и требовал отдыха. Мей, конечно, будет волноваться, но, думаю, ничего плохого не произойдет, если я переночую под землей.
— Местечко вроде неплохое. Может быть переночуем здесь? — спросил я Аманиту.
— М-м-м, ты хочешь переночевать со мной, партнер? — демоница игриво повела плечом. Она, как и я, откинулась на стуле и с довольным видом похлопывала себя по набитому животу.
— Дико хочу спать, — улыбнулся я, стараясь оставаться спокойным. Но под горячим взглядом демоницы это было не так просто.
— Не факт, что сейчас есть свободные комнаты, — ответила она, пожав плечами. — В городе много торговцев. Пойдем, спросим у Гогара.
Гогаром оказался тот самый орк-бармен, раздававший напитки. Он, как выяснилось, и был хозяином таверны.
— Аманита, ты пришла отдать долг? — проворчал орк, когда мы подошли к барной стойке. — Давно пора. Я уже подумывал начать начислять проценты.
— Да, Гогар, — демоница облокотилась на стойку, благодушно глядя на зеленокожего. — Отдам все до последней монетки. А ещё мы хотим у тебя заночевать. Есть свободные комнаты?
Гогар бросил быстрый взгляд в мою сторону и ухмыльнулся.
— Заночевать, говоришь… К сожалению осталась последняя свободная комната. И в ней только одна кровать. Кому-то придется спать на полу. Если вас это не смущает, то с тебя с учётом твоего долга… — Гогар пожевал мясистыми губами, что-то подсчитывая. — Двадцать серебряков.
Аманита с видом королевы положила перед орком на столешницу золотую монету. Гогар моментально накрыл её своей когтистой лапищей и с ловкостью фокусника утащил к себе в карман.
— Это за обслуживание, — добавила Аманита. — Жду утром завтрак из лучшей еды. Плюс свежая вода, чтобы умыться. Также желаю увидеть утром в нашем номере голую Эрини на большом блюде, перевязанную красивой красной ленточкой с бантиком. В рот ей можно вставить яблочко, чтобы не сильно ругалась.
— Я поговорю с Эрини, — подобревший Гогар хохотнул и взял один из ключей с вешалки за барной стойкой. — Если она не будет против, организую всё в наилучшем виде. И ленточку с бантиком выберу самую красивую и лично повяжу. Но если хочешь знать мое мнение, скорей всего она не согласится.
— Все равно ты чудо, Гогар, — очаровательно улыбнулась Аманита.