Сильнейшее падение (ЛП)

Посидев с Джаредом и Кайлой еще десять минут, я пообещала им, что вернусь на следующий день, чтобы встретиться с ее родителями, а затем отправилась ждать Марка, чтобы он забрал меня. Когда я сказала своим друзьям, что собираюсь поговорить с ним, Джаред встревожено посмотрел на меня, но я не думала об этом.
А должна была. Я должна была быть так же встревожена, как и он, потому что тогда я этого не знала, но в ту же секунду Дилан ждал меня через дорогу от дома, из которого я только что вышла.
Мой телефон просигналил новым сообщением, и я посмотрела вниз, чтобы прочитать его, пока шла к тротуару.
Дилан: Я скучаю по тебе.
Услышав звук машины, я подняла взгляд с экрана и увидела черный внедорожник Марка, приближающейся ко мне. Не ответив Дилану, я сунула телефон в задний карман и нервно ждала, когда машина остановится прямо передо мной.
Залезая на пассажирское сиденье, я не подозревала, что Дилан сделал несколько шагов вперед и в шоке уставился на машину. Я не знала, что он ждет через дорогу, чтобы мы могли вместе вернуться в квартиру. Не знала, что он хотел сделать мне сюрприз.
  
Глава 25
 
Зои
Марк отпер дверь и жестом пригласил меня войти первой. Я заколебалась.
— Входи, Зои, — сказал он сквозь зубы.
С тех пор как Дилан переехал, Марк ни разу не приходил в квартиру. Было несколько раз, когда он приглашал меня встретиться где-то далеко от кампуса, подальше от бдительных глаз, но чаще всего он меня кидал. За несколько месяцев я видела Марка в общей сложности три раза, или, может быть, четыре. В самых последних случаях он даже не смотрел мне в лицо. Мужчина, который вел себя так, будто хотел узнать меня поближе, исчез где-то между вторым и третьим курсом, а я была идиоткой.
Я вошла внутрь и на мгновение запаниковала, когда задавалась вопросом, где Дилан.
Марк, не теряя времени, прошел мимо меня в гостиную. Его поза была жесткой, руки сжаты в кулаки, костяшки пальцев побелели.
— Скажи мне, что происходит, — приказал он, когда я стояла достаточно близко.
— Что именно?
— Не заставляй меня повторять, Зои. С чего ты решила обо всем рассказать Дилану?
Он ведь не мог быть настолько слепым, не так ли?
— Он мне нравится, — медленно сказала я. — Мы больше чем просто друзья.
Просто сказав это вслух, мой желудок сжался наилучшим образом. Если бы я не смотрела на сердитое лицо Марка, то уверена, я бы ухмыльнулась.
— Ты не можешь быть настолько глупой.
Я проглотила горький привкус во рту и решила не отвечать.
— Он друг Криса, Зои. Он все ему расскажет.
— Не расскажет, а даже если и так, то почему это важно? Мы все равно скажем ему после последней игры.
Марк посмотрел на меня взглядом, наполненным ненавистью, и я попыталась сохранить свое выражение нейтральным.
— Мы ведь собираемся сказать ему, верно?
Резкими движениями он провел рукой по волосам и, глядя в окно, пробормотал что-то себе под нос.
Я сделала шаг назад, и мои икры стукнулись о диван, так что я села на задницу.
— Даже после последней игры ты не собирался позволять мне сказать ему, не так ли? Ты никогда не скажешь ему, что у него есть сестра.
В глубине души я всегда это знала. Если нет, то я была бы довольно глупа, а мне действительно не хотелось верить в это. В любой момент я могла подойти к Крису и завести разговор, но не сделала этого, потому что отчасти боялась, как парень отреагирует. Я не знала его, не хотела иметь дело с отказом, поэтому позволила Марку отложить это на потом. Кроме того, думаю, что втайне я хотела дать Марку презумпцию невиновности, хотела верить, что он хотел быть частью моей жизни. В конце концов, он был моим биологическим отцом, а любить то, что пришло от тебя, было инстинктивно, верно? Учитывая выражение лица Марка, я сомневалась, что с нами дело обстоит именно так.
— Зачем ты вообще позволил мне приехать сюда? В Лос-Анджелес? Ты не хочешь, чтобы я была рядом с Крисом. Не хочешь меня знать. Мой первый год, то, каким ты был со мной, это все было ложью? Ты просто притворялся и лгал, чтобы я молчала?
 
Марк повернулся ко мне лицом и потер пальцами щеки.
— Это не так просто. Есть вещи, которых ты не знаешь.
— Какие вещи? — спросила я. От досады я ударила подушку дивана ладонью. — Тогда расскажи мне. Я так устала от всего этого. Так мы ничего не добьемся. О каких вещах я не знаю? Мама сказала, что ты хочешь, чтобы я была здесь. Сказала, что ты хочешь узнать меня и что ты взволнован встречей. Ты знаешь, как я хотела встретиться с Крисом. Он единственная причина, по которой я вообще захотела приехать сюда. Ни ради тебя. Я могла бы позвонить Крису и покончить с этим, но ты сказал, что хочешь увидеть меня, встретиться со мной. Что я упустила?
— Твоя мать врала тебе, понятно? Вот что ты упускаешь. Она только и делала, что лгала всем в своей жизни. Даже в могиле, она все еще издевается надо мной.
Я в шоке уставилась на него. У него были густые темные волосы с проседью, без признаков облысения, и я вспомнила, что чувствовала себя так глупо, что заметила это, когда впервые встретила его. Когда Марк встретил мой ошеломленный взгляд, я уставилась на собственные глаза: зеленые вперемешку с карими. Какая жестокая ирония.
Прежде чем я смогла достаточно ясно подумать, чтобы придумать ответ, он продолжил:
— Она сказала тебе, что мы были влюблены?
Да, она так сказала. Но я решила не отвечать. Похоже, ему все равно не нужно было мое участие в разговоре. Впрочем, как всегда.
Марк покачал головой и продолжил разбивать мое сердце, с отвращением, написанным на лице.
— Мы просто трахались, ничего большего, — огрызнулся он, в раздражении раскрыв руки. — Мы трахались за спиной моей жены, ее лучшей подруги. Это то, что мы делали, Зои. Не было никакой влюбленности, просто бессмысленный, беспечный секс, потому что у меня были проблемы с женой, потому что мы не могли иметь детей, потому что... Это было не более чем ошибкой. После того как я убедил ее отказаться от Криса, она захотела вернуться к тому, что было между нами, а я нет. Вот и все. Я солгал ей, чтобы заполучить сына. На этом конец история. Ты была просто еще одной нашей ошибкой. Это случилось один или два раза после Криса, а потом она снова забеременела.
Я нахмурилась еще глубже и встала.
— Нет, ты ошибаешься. Ты ничего обо мне не знал. Она не сказала тебе, что беременна.
Марк долго смотрел на меня и покачал головой.
— Я знал о тебе. И заплатил ей, чтобы она сделала аборт. Она взяла деньги, сказала, что все сделано, а потом переехала в Нью-Йорк.
Мы стояли слишком близко, поэтому я сделала несколько шагов назад, так что диван оказался между нами. Если бы могла, я бы просто уехала из Лос-Анджелеса, даже не оглядываясь.
— Чего я не знал, так это того, что твоя мать солгала мне и сохранила беременность. Об этом я узнал, только когда она позвонила, чтобы рассказать о своих проблемах со здоровьем. Она умоляла меня навестить ее, а когда поняла, что я не собираюсь этого делать, то рассказала мне о тебе. Может быть, она думала, что это изменит мое мнение, или еще что-то. Понятия не имею, о чем она думала, обманывая меня.
Я чувствовала, как будто кто-то сидит у меня на груди и давит на нее. У нас с мамой было много проблем, и в конце было много гнева, из-за того что она скрывала от меня, но я со всем смирилась. Я приняла это. В конце концов, это была ее жизнь, и я не могла вернуться назад во времени и надеяться, что она не станет обманщицей во второй раз. Я не могла заставить ее пересмотреть решение отказаться от Криса. Не могла сказать ей, что Марк лжет, и было бы глупо верить хоть одному его слову. Даже в ту первую ночь, когда она усадила меня на край своей больничной койки, чтобы рассказать мне о моем «настоящем отце», я не чувствовала себя такой беспомощным, как сейчас, когда стояла перед Марком.