Похищенная жена (СИ)

Разлепив веки, я исподлобья уставилась на супруга, готовая к обороне, — даже без меча возможно было найти способ изловчиться от штурма. А попытка принудить к совместной ночи, что это — как не нападение?
Пусть Реймонд только посмеет попытаться… Я использую что угодно, чтобы выбраться сухой из воды!
Но Реймонд даже не сдвинулся с места. Он потемневшим взором сверлил, казалось, подножие кровати, тяжело дышал, почти задыхался рваными вдохами.
Что творилось сейчас в его голове? Одному Богу известно!
Я успела чуть расслабиться, но только лорд Вернер вскинул голову, и наши глаза встретились, как меня передернуло. Будто кожей чувствовала надвигающуюся опасность.
По-прежнему тяжело дыша, Реймонд снова взглянул на меня с нескрываемым раздражением, отрицательно помотал головой, словно пытался согнать с себя дурман нахлынувших эмоций. Он испытал сильную ярость — разозлился на меня из-за побега и своевольного приглашения наставника на обед? — вот только откуда мне знать, почему мои глаза снова стали прежнего оттенка, а Реймонда до сих пор отдавали ненавистной синевой?
Могли ли мои попытки избежать завершения брачной церемонии повлиять на это? Или у церемонии существовал срок годности, о котором мы не догадывались? Возможно ли, чтобы священник ошибся в ритуале?
В любом случае мне благоволила госпожа Удача! Или же Боги, наконец, внемли моим мольбам!
— Я буду ночевать сегодня в кабинете! — буркнул супруг и стрелой опытного лучника вылетел из комнаты, а я, усевшись, обхватила себя руками и заплакала. Не сколько от страха, сколько от облегчения.
Минутами ранее я действительно думала, что лорд Вернер сможет взять меня силой и молила Богов защитить меня. А теперь… Проклятое благородство. Поведение супруга заставляло меня сомневаться в том, что это он убил родителей. Соломон так настойчиво защищал Реймонда, и теперь сам вёл себя так, словно действительно беспокоился за меня. Его кидало из крайности в крайность, и мне сложно было понять какой он настоящий.
Подскочив на ноги, я поспешила к зеркалу и посмотрела на собственное отражение ещё раз, более внимательно, чтобы убедиться, что зрение не обманывало меня: радужка глаз на самом деле вернула серый цвет. Боги услышали мольбы! Вот только я не знала, насколько это хорошо. Что, если супруг будет думать, что я спала с Соломоном? Что, если он попытается навредить моему наставнику? Или воспользоваться своим влиянием, чтобы лишить репутации как дочь дворянина?
Нет! Не должен! Они ведь друзья! Да и падение супруги в первую очередь повлияет на мужа. Я вспомнила, с какой ревностью Соломон смотрел на Реймонда, и как они злились друг на друга, но каждый выражал эмоции по-своему… Если лорд Вернер убил моих родителей, то что помешает ему сделать то же самое с Соломоном?
Страх переплёлся с ощущением собственной никчёмности. Даже если бы сильно захотела, я не смогла бы сейчас навестить наставника — мало ли как магия перемещения способна подвести в следующий раз. Оставалось надеяться, что Реймонд не станет избавляться от него и окажется благоразумным, ведь ещё одна смерть может навести на него подозрения.
Не дождавшись служанок, я забралась на кровать в своём одеянии и закрыла глаза. Мне хотелось немного отдохнуть, отрешиться от всех мыслей, потому что в последнее время их появлялось слишком много.
Закрыв глаза, я видела своих родителей. Они на самом деле выглядели, как живые, но что-то разительно отличало их, и я не могла понять, что именно. Мне показалось, будто отец выглядел живее матери… Словно он мог вот-вот открыть глаза и заговорить со мной, взять за руку и предложить поболтать немного, сидя у камина. Слёзы покатились по щекам от этой нелепой мысли, и я вытерла их тыльными сторонами ладоней. В последнее время было слишком много слёз, и мне следовало заканчивать с ними. Хватит рыдать денно и нощно, нужно думать, как быть дальше. Реймонд поставил условие — он расскажет, что на самом деле случилось в ту ночь, если я стану его супругой полностью, вот только мне чудилось, что стоило бы попытаться додавить его, заставить заговорить… И ответ на этот вопрос мне предстояло узнать. Со всеми этими мыслями я даже не заметила, как поволока сна затянула меня в свой плен.
 
Но, казалось, слуги пытались разбудить меня… Кто-то спрашивал, буду ли я ужинать, кто-то предлагал помочь мне переодеться, но я на всё отвечала отказом, потому что слишком сильно устала, потому что во сне видела семью… Родителей, которых у меня отняла чья-то проклятая рука. И предстояло выяснить, чья именно, потому что если раньше я была уверена, что во всём виновен Реймонд, то теперь появились сомнения. Окажись он убийцей, то стал бы терпеть мои выходки дальше? Почему до сих пор не завершил обряд церемонии и не сделал меня своей женой полностью? Еще в первую ночь ненавистного брака? Вернер будто боялся причинить боль, пусть и противоречил сам себе, а убийца вряд ли обладал бы столь стойким терпением.
Или, наоборот, именно терпение отличало настоящего преступника?
  
28
 
Утром я открыла глаза от стука в дверь. Приподнявшись на локте и посмотрев в окно, где солнце уже вовсю золотило кроны деревьев, я сощурилась. Пусть солнечные лучи и не достигали меня, но то, что время наверняка близилось к полудню, меня обескураживало. Я всегда хорошо засыпала и рано пробуждалась, но, видимо, потрясение и спешный переезд высосали все силы. Не успела я привести волосы в порядок и пригладить платье, чтобы встретить визитера в надлежащем виде, как за приоткрытой дверью показалась темноволосая голова. Настроение тотчас улетучилось восвояси. Высокая широкоплечая мужская фигура заполонила собой дверной проем.
— Доброе утро! — сухо произнёс Реймонд, войдя в комнату, и я инстинктивно, скуксившись в лице, потянула на себя одеяло. Хоть и была одета в черное, траурное платье, в котором вчера ездила на опознание, меня не отпускало ощущение липкого, обожающего взгляда.
— Доброе утро, — ответила я, отвернувшись.
С самого утра видеть мужа, пытавшегося ограничить перемещения и принудить к совместной ночи, я тотчас отнесла к плохим приметам. Похоже, сегодняшний день снова не задастся.
С тяжестью выдохнув, я заставила себя откинуть одеяло и подняться с постели. Нехотя поправив юбки и пригладив завившиеся волосы, я подняла голову. Интересно, часто ли среди браков по договоренности семей, происходят подобные склоки и разногласия во взглядах на жизнь? Мы с лордом Вернером точно несовместимы.
Как вода и пламя!
«У вас синий брак!», — пренебрежительно вспомнилось мне.
— Настало время выбрать для тебя личную горничную. За дверью дожидаются девушки. Собрал всех служащих в поместье, не считая кухарки и её помощницы, — деловито произнес Реймонд, и его губы тронула едва заметная улыбка.
Он вёл себя так, словно между нами ничего не произошло, будто и не было той ссоры, из-за которой он был вынужден ночевать в кабинете. Однако по взгляду мужчины я видела, что он совсем не отдохнул, и мне вдруг стало жаль его. Совсем чуточку! Напомнив себе, что этот человек всё ещё числился в подозреваемых, я постаралась не оправдывать его и сделала шаг навстречу. Не хотелось продолжать вчерашнее, тем более я твёрдо решила добиться от Реймонда правды о моих родителях и о той коварной ночи, а ещё мне хотелось убедить его позволить Соломону остаться и продолжить совместные занятия фехтованием.
— Вы можете заходить! — не дождавшись ответной реакции, произнёс лорд Вернер и сразу же прошёл мимо меня к окну, чтобы раскрыть ставни и впустить в комнату свежий воздух.
От его близости по коже пробежали мурашки. Этот мужчина мог уже несколько раз взять меня силой и сделать своей, но пока он держался, и сей факт отчасти оправдывал его в моих глазах. Я поджала губы, постаралась оборвать поток странных мыслей. В конце концов, многие убийцы чудились милыми и заботливыми, если верить рассказам, которыми со мной делилась Эдит. Я тяжело вздохнула, вспомнив свою горничную. Как бы мне хотелось, чтобы она оказалась жива и вернулась ко мне целой и невредимой. Чтобы хотя бы она смогла раскрыть глаза на правду и рассказать, что случилось в тот день…