Власть книжного червя. Том 3 (ЛП)

— Приют должен быть способен зарабатывать достаточно денег, чтобы покрыть свои расходы. Если вы будете полагаться на деньги дворян, то всё просто вернётся к тому что было, когда поступление этих денег прекратится. Моя обязанность как главы храма, обеспечить, чтобы приют был способен обеспечивать себя вне зависимости от того, буду я здесь или же нет.
— Мне приятно слышать, что вы так заботитесь о нас.
* * *
— Таким образом, у нас не будет проблем с тем, чтобы разместить всех сирот в приюте храма. Однако я бы хотела проконсультироваться с вами ещё по одному вопросу.
Рассказав Фердинанду о своём разговоре с Вильмой, я хотела спросить его о возможности продавать свои книги в замке.
— Главный священник, могу ли я продавать в замке книжки с картинками по священным текстам?
— Постой… Где именно в замке вы собираетесь их продавать? — спросил Фердинанд, пристально посмотрев на меня своими бледно-золотыми глазами.
Он стал как-то резко реагировать на продажу печатной продукции, после того, как я без его разрешения продала те иллюстрации.
— Ну, я просто хочу продавать их где-нибудь в замке. В нижнем городе далеко не все могут читать и имеют возможность купить мои книжки с картинками, а потому их покупатели это в основном богатые люди, такие как торговцы. Но ведь дворяне стали бы хорошими покупателями моих книг, верно? А потому я подумала, что было бы неплохо продать их дворянам с детьми во время зимних кругов общения.
После моего ответа Фердинанд постучал по виску кончиком пальца, а затем пробормотал:
— Полагаю, это всё же лучше, чем продавать те странные иллюстрации…
После этого он пообещал мне, что получит для меня разрешение на продажу моих книг в замке в конце зимы.
— Я рекомендую тебе продать их в качестве сувениров дворянам, которые возвращаются в свои земли. Зимой ты можешь сперва привлечь внимание детей с помощью каруты и книжки с картинками о главных богах. Таким образом, когда им придёт время уезжать, то родители не смогут отказать своим детям в новой книжке с картинками. К тому же твои книги довольно дёшевы, учитывая их содержание.
Никогда бы не подумала, что Фердинанд даст мне деловой совет.
— Тем не менее, если их дети не будут заинтересованы в чтении, то продать книги будет сложно. Цена разумная, если родители сочтут, что твои книжки с картинками будет полезны для обучения детей, в противном случае цена покажется им немного завышенной.
— Дети тоже посещают зимние круги? — удивлённо спросила я.
Похоже это действительно так, потому что Фердинанд упоминал, что мне следует привлечь внимание детей с помощью каруты и книжки с картинками. Изначально я намеревалась предлагать родителям купить книжки с картинками для их детей, но если будут присутствовать и сами дети, то продажи пойдут лучше.
— Да, будут присутствовать дети, которые прошли церемонию крещения. Для них это возможность общаться друг с другом и знакомится с порядками благородного общества с раннего возраста. А для тебя зимние круги общения — это то место, где ты сможешь найти и воспитывать своих будущих помощников.
Мда… похоже это будет не слишком приятное место. Судя по всему, я не смогу посвятить там всё своё время продаже книжек с картинками. Однако думая о том, что этой зимой я буду очень занята, я вспомнила о той работе, что делала прошлой зимой.
— А-а? Но разве в храме зимой не проводится ритуал посвящения? В таком случае, я не буду присутствовать на зимних кругах общения?
— Уверен, что у тебя хватит времени для всего. Я же делаю это каждый год.
Судя по всему, столь умелый во всех отношениях Фердинанд каждый год летал туда-сюда между замком и храмом. Вот только я болезненна и слаба, а потому не хотела, чтобы он ожидал того же и от меня. Даже несмотря на то, что в прошлом году Фран хорошо следил за моим здоровьем, мне всё равно неоднократно приходилось принимать лекарства. Я просто не смогу много летать между замком и храмом.
— Главный священник, я думаю, что умру этой зимой.
 
— Не беспокойся. Я не собираюсь позволить тебе умереть так легко. Я подготовлю лекарства.
Даже если он и говорит, что подготовит для меня лекарства, но я бы предпочла, чтобы он просто уменьшил мою нагрузку. Я тяжело вздохнула.
— Пожалуйста, сделайте его хотя бы не таким горьким.
В тот момент, когда Фердинанд нахмурился, думая о том, сколько лекарств ему потребуется приготовить, я почувствовала, как мои руки покрылись гусиной кожей.
— Ой?!
Виной был не холод. Тут было что-то другое. Внезапно по моей спине пробежали мурашки и мне стало не по себе. Одновременно с этим в голове всплыло: «монастырь Хассе».
— Главный священник, происходит что-то странное… — обратилась я к Фердинанду, надеясь, что он объяснит мне, что со мной.
В то же время Фердинанд встал, словно и сам что-то почувствовал.
— Кажется, кто-то пытается проникнуть в монастырь Хассе. Я ощущаю, что защитная магия отреагировала на небольшое вмешательство. Ты должна тоже это чувствовать, поскольку влила свою магическую силу в защитный магический инструмент, — объяснил Фердинанд.
Похоже, что и Фердинанд, построивший монастырь с помощью магии созидания, и я, влившая силу в магический камень для подпитки защитной магии, были способны почувствовать, что на монастырь кто-то нападает.
— Розмайн, иди за мной, — сказал Фердинанд, направляясь в потайную комнату, находящуюся за балдахином кровати.
Я удивилась. Если на монастырь Хассе напали, то разве нам не следовало отправиться туда немедленно?
— Главный священник, мы не собираемся в Хассе?
— Я не чувствую, что вмешательство значительно. Будет лучше сперва увидеть какова ситуация, — сказал он, открывая дверь.
Я поспешила за ним в его потайную комнату. Прошло уже довольно много времени с тех пор, как он приглашал меня туда… если не считать случаев, когда он меня там отчитывал. Среди множества инструментов, находящихся на одном из столов, Фердинанд выбрал восьмиугольную чашу из какого-то тёмного дерева и поставил её на другой, менее захламлённый стол. На чаше были вырезаны сложные узоры, а во всех её восьми углах располагались жёлтые магические камни. Нетрудно было догадаться, что это был магический инструмент.
Коснувшись одного из магических камней, Фердинанд влил в него магическую силу. Камень засветился жёлтым светом, который затем побежал по узору чаши. Свет двигался сразу в двух направлениях, соединяя расположенные на чаше камни, пока узор не стал светиться полностью, свидетельствуя, что магический круг завершён. В следующее мгновение со дна чаши начала подниматься какая-то жидкость, наполняя её.
В руке Фердинанда возник штап и он произнёс: «шпигельн», после чего коснулся штапом жидкости, от чего на её поверхности появилось изображение монастыря Хассе. Я не стала как обычно сидеть на скамейке, а встала и посмотрела в чашу. Этот магический инструмент был чем-то вроде камеры наблюдения.
— Главный священник, таким образом вы можете увидеть любое место?
— Вовсе нет. Лишь здание, в защитный магический камень которого влита моя магическая сила. По сути это то, что использует герцог и его семья для защиты города и герцогства. Его невозможно использовать, чтобы увидеть любое место, которое захочется.
Я подумала, что этот магический инструмент сделан для тех, кто любит подглядывать за кем-нибудь, но похоже, что ошибалась. Когда я с облегчением вздохнула, на лице Фердинанда появилась угрожающая улыбка.
— О чём ты думаешь?
— Ни о чём, — поспешно ответила я. — Но что куда важнее, давайте посмотрим, что сейчас происходит в монастыре Хассе.
На поверхности жидкости мы увидели, как почти десяток человек, вооруженных сельскохозяйственными орудиями, пытались ворваться в монастырь. Вероятно, им это приказал сделать мэр. Правда, самого мэра видно не было, лишь молодые мужчины. Когда я поняла, что они пришли забрать Нору и остальных, то почувствовала, как по спине пробежали мурашки.