Власть книжного червя. Том 3 (ЛП)

- Дамуэль, я думаю, что появившиеся у тебя дружеские отношения с дворянами из средней и высшей знати, служащими рыцарями — стражами леди Розмайн, ввели тебя в заблуждение, насколько невероятен выход дворянки из средней знати за дворянина из низшей и переход в его род с последующим понижением своего статуса, — со вздохом сказала Юлиана.
Она продолжала объяснять, на что похожа жизнь женщины после замужества. Вращение в высшем свете и налаживание неформальных контактов оставались их главным занятием, как и прежде, но все это делалось основываясь на статусе их дома.
- Статус человека меняется в зависимости от брака, так что леди Бригитта, вынужденная жить и вести себя как дворянка из низшей знати, больше не сможет дружить с теми, с кем была до этого на равных, а когда она посетит свою родную провинцию, то от неё будут ожидать поклонов и угождения перед родными, то есть поведения приличествующего её новому положению, — подытожила Юлиана.
- Дамуэль, дворянка из средней знати из семьи землевладельцев выходящая замуж за дворянина из низшей знати, даже не являющегося главой рода и входящая в его род, это все равно как если бы ты сам женился на простолюдинке из богатой семьи и перешел жить к ним, — добавил брат.
Я попытался поставить себя в такое положение. Как простолюдин, я больше не смогу свободно встречаться со своей семьей, вместо этого мне придется посылать просьбу о встрече, прося уделить мне время, и мне больше не будет позволено вести себя с ними как равный. Мне стало еще понятнее, как сильно изменение положения в обществе отдаляло человека от своих друзей и семьи, когда я вспомнил, как Леди Розмайн была теперь вынуждена общаться с людьми из нижнего города.
Но если она поднялась до более высокого статуса, то Бригитте пришлось бы спустится вниз.
Поскольку я был всего лишь холостяком и вторым сыном, общение с нашими родственниками и другими дворянскими семьями всегда поддерживал мой брат, а это означало, что я не слишком задумывался о том, какой будет жизнь Бригитты после замужества.
- Это правда, что я недостаточно все продумал, но Бригитта стала рыцарем-стражем, чтобы поддержать свою семью после того, как отменила свою помолвку с лордом Хассхейтом, ей было очень неуютно оставаться в Иллгнере. Она сама мне сказала, что укрепление связи с Леди Розмайн было очень важно для её родной провинции, и поэтому я никогда не думал, что она захочет вернуться туда после свадьбы.
Я думал, что Бригитта будет счастлива жить в Квартале Аристократов, продолжая получать для своего рода поддержку Леди Розмайн через мое служение в качестве рыцаря-стража. Мои ладони, все еще сжатые в кулаки на коленях, начали дрожать.
- Разве она уже не решила эту проблему, добившись участия Иллгнера в производстве бумаги? Вполне естественно, что она теперь задумалась о том, как обзавестись мужем и тем самым как можно больше увеличить семью гиба, чтобы обеспечить будущее Иллгнера.
По словам моего брата, из-за того, что Бригитта отменила свою помолвку с лордом Хассхейтом, все низшие дворяне покинули провинцию Иллгнер, что означало, что в данный момент в провинции почти не было дворян. Семья гиба и несколько оставшихся дворян объединились, чтобы выжить, и так как сейчас главным для них было заручится поддержкой как можно большего числа других дворян, они, конечно, хотели бы, что бы Бригитта и её муж присоединились к ним.
- Брак с тобой был дозволен Гибом Иллгнером, несмотря на твое происхождение, именно потому, что ты рыцарь страж леди Розмайн, не принадлежишь к противоборствующей фракции и не являешься главой дома. Первоначально планировалось, что это лорд Хассхейт войдет в его семью, так что можно предположить, что они ожидали, что ты это и сделаешь.
- …Ты действительно много знаешь об Иллгнере, брат.
- В результате твоего брака наш дом должен был стать связанным с ними. Вполне естественно, что я постарался узнать о них все, что смог. Насколько я понял из твоих слов и поведения, главный вопрос в том, почему ты сам не удосужился разузнать побольше о роде той девушки, которой ты сделал предложение. Ты ведь что то да разузнал за этот год об Илгнере, правда?
 
По правде говоря, я конечно же ничего не выяснял о роде Бригитты. Я и не знал, что лорд Хассхейт намеревался после брака войти в их род, что произошло в провинции после того, как брак Бригитты был расторгнут и что они страдают от столь большого недостатка дворян.
- Когда я навещал Иллгнера с Леди Розмайн, я заметил, что там было чрезвычайно мало знати, но я не понимал, в чем причина этого, и не понял, что Бригитта очень хочет вернуться домой, — сказал я, и когда слова слетели с моих губ, я кое-что вспомнил. Однажды Бригитта спросила меня, что я думаю об Иллгнере.
Могла ли она, спрашивая об этом, представлять мое вхождение в ее род…?
Услышав мой положительный ответ, она просияла от восторга и тут же приняла мое признание. Мы оба дрожали от радости, наши сердца тогда словно стали одним целым, но, похоже, мы с самого начала неправильно поняли друг друга. Как же мне не хотелось в это верить. Я замотал головой, пытаясь отогнать эту леденящую душу мысль.
- Я, низший дворянин, поднявшийся до положения рыцаря-стража благодаря милости Леди Розмайн. Я не могу оставить свой пост подле неё без ее дозволения, а значит, я не могу покидать Дворянский Квартал. Бригитта должна была знать это, поработав рядом со мной, — сказал я, пытаясь убедить себя в этом.
Глаза моего брата расширились от удивления.
- А, теперь понятно… Ты оказался на месте, не доступном огромному большинство других низших дворян. Сама мысль о том, что кто-то должен был знать твои чувства, намерения и мысли, не что иное, как непомерное высокомерие. Даже я, член твоей семьи, тот кто знает обстоятельства того, как ты оказался на этом посту, не учел подобного. У каждого свое суждение об окружающем мире и своем положении в нем.
Бригитта интерпретировала вещи, основываясь на своих собственных мыслях, в то время как я интерпретировал вещи, основываясь на своих. В результате, ни один из нас никогда по-настоящему не понимал друг друга.
Мой брат, до того пристально смотревший на меня, растерянно и устало улыбнулся.
- Дамуэль, ты, конечно, превзошёл все возложенные на тебя ожидания. Ты увеличил свой объем маны до такой степени, что аристократы из средней знати сочли приемлемым породниться с тобой, и хоть ты утверждаешь, что это все благодаря тому, что Леди Розмайн научила тебя своему методу сжатия, увеличить манаобъем — задача не из простых. Как твой брат, я горжусь тем, чего ты достиг… но этого недостаточно. Женитьба требует намного большего.
Мое сердце сжалось от этого его замечания. Я стиснул зубы и опустил глаза. Подумать только, я был так близок… Я не хотел принимать это, но эта неудача была моей виной — я был недостаточно хорош.
- Примерно равный объем маны — это всего лишь первое из условий для заключения брака, даже низшие дворяне не могут заключить его, основываясь только на объеме маны и испытываемых друг к другу чувствах. Вы оба провели целый год, обдумывая предложение, и все же ни один из вас не смог обнаружить, что между вами существует пропасть недопонимания, которую вы так и не смогли преодолеть.
Его слова одно за другим вонзались мне в сердце. В течение последнего года я отчаянно работал, чтобы увеличить свои возможности настолько, насколько это возможно, полагая, что это всё, что мне нужно сделать, чтобы Бригитта приняла мое предложение. Но это мое неведение означало, что я не понимал, что же такое брак.
- Брак и любовь — это не одно и то же. Чтобы пара преуспела в браке, важна не та любовь, которая расцветает между ними, но скорее их способность жить вместе. Твое с леди Бригиттой ви́дение будущего крайне различалось. Вам и так было бы достаточно непросто жить вместе, учитывая вашу разницу в положении, но оказывается вы даже не понимали друг друга, брак был изначально невозможен.
В воздухе повисло напряженное молчание. Где мы будем жить после свадьбы? С какими обстоятельствами мы оба столкнулись? Ни я, ни Бригитта ни разу не обсуждал эти очевидные вопросы. Что я должен был сделать? Могли бы мы все это разрешить, если бы обсудили это заранее? Если да, то что я должен был и как сказать ей? Я ломал голову, пытаясь сложить все эти кусочки воедино.