Власть книжного червя. Том 3 (ЛП)

Фердинанд направил ездового зверя в лес, крылья которого, обычно широко расправленные, сейчас были сложены, отчего тот парил почти над самой землёй. За ним на своём звере полетела Бригитта, а за ней на пандобусе низко и медленно парила я. Для этого оказалось достаточно мысленно настроиться, но тем не менее, я всё равно очень радовалась, что у меня получилось.
С опушки этого не было видно, но пролетев чуть дальше в лес, мы обнаружили, что снег здесь всё ещё не растаял. Также тут оказалось довольно темно, наверное, из-за плотных рядов высоких деревьев, закрывающих солнце.
— Дамуэль! За́нце! — внезапно выкрикнул Экхарт.
— Я займусь им! — ответил Дамуэль.
Дамуэль верхом на ездовом звере бросился к магическому зверю-кошке. Он вернулся в мгновение ока только для того, чтобы Экхарт прочитал ему лекцию о полезности тренировок по развитию точности, позволяющих пронзить камень магических зверей одним ударом.
— Дамуэль, тут айфи́нт. Вперёд!
Этот магический зверь напоминал белку, но размером с кошку. Из его головы торчало два коротких рога, и он довольно ловко перепрыгивал с ветки на ветку, заставив Дамуэля гонятся за ним.
Мы остановились, ожидая, когда он добудет магический камень.
— Я вижу, Дамуэль всё ещё довольно медлителен, — заметил Фердинанд. — Я правильно понимаю, что из-за его ограниченного количества магической силы у него вошло в привычку сражаться без её использования?
— Похоже, что кроме стандартных физических упражнений, ему требуются дополнительные тренировки боя с использованием магической силы, — ответил Экхарт.
Фердинанд и Экхарт, наблюдая за боем Дамуэля, стали обмениваться мнениями о том, какие тренировки подойдут ему больше всего. Похоже, Дамуэль всё ещё достаточно молод, чтобы рыцарский орден проявлял интерес к совершенствованию его талантов.
Встреченные нами магические звери оказались небольшого размера и были не очень многочисленны, а потому на их уничтожение не уходило много времени, несмотря на то, что сражался один лишь Дамуэль. Наконец мы достигли небольшой поляны, на которой, казалось, часто ставили лагерь. Мы прошли через неё и углубились в лес, направляясь к источнику.
* * *
— И в каком направлении нам теперь двигаться? — громко спросил Фердинанд, оглядываясь.
Мы прошли через несколько полян для стоянок, по пути охотясь на магических зверей, но нам пришлось остановиться, когда дорога постепенно скрылась под сугробами. Я последовала примеру Фердинанда и огляделась. Как и раньше, мы были окружены плотными рядами деревьев, но имелось одно место, где я заметила пробившийся лучик света.
— Главный священник, а если там? Я вижу свет за деревьями.
— Где?
— Сюда, — ответила я.
Когда я двинула пандочку в сторону луча света, деревья сами раздвинулись в стороны, открывая мне дорогу. Это случилось так неожиданно, что я удивлённо моргнула, а затем посмотрела на Фердинанда.
— Э-это благодаря нашим подношениям?
— Возможно… но это не обязательно единственная причина, — пробормотал Фердинанд, скривившись.
Он направил своего ездового зверя по открывшейся нам дороге, за ним двинулась Бригитта, а за ней я. По мере того, как мы продвигались по узкому изогнутому проходу между деревьями, вокруг нас постепенно становилось светлее, пока, в конце концов, тёмный лес не кончился, и мы не вышли на ярко освещенную солнцем поляну.
— Это Купальня богинь? Тут очень красиво.
К моему удивлению, поляна выглядела так, будто мы переместились во времени, и сейчас была середина весны. Здесь бил чистый источник, а яркое солнце играло зайчиками на его поверхности. Это было невероятное зрелище, учитывая, что мы только что были в лесу, полностью засыпанным снегом.
Вокруг источника росло много белых ренфу́ров, в небе, щебеча, летали птицы. Лёгкий ветерок поглаживал поверхность воды, создавая сверкающие блики, бегущие вместе с водой в голубовато-зелёный пруд. В центре пруда росли бледно-розовые цветы, похожие на водяные лилии.
— Это рэйре́ны, цветы, которые по слухам любят богини весны.
 
— И мы будем собирать их нектар?
— Верно. Но не сейчас. Я чувствую поблизости магических зверей, вероятно талфрошей, а у нас слишком много тех, кто не может сражаться. Мы вернёмся назад и поставим лагерь, — ответил Фердинанд.
На этот раз мы двигались в обратном порядке, возвращаясь к последнему найденному нами месту для лагеря. Теперь даже покрытая снегом поляна казалась тёмной и мрачной, по сравнению с ослепительным весенним источником.
— Розмайн, отлети немного в сторону.
Мы с Бригиттой отлетели к краю поляны, Фердинанд и Экхарт бросили что-то в её центр. Снег начал таять прямо на глазах. Пока я в изумлении смотрела на это, Фердинанд на ездовом звере подлетел ко мне.
— Положи этот магический инструмент внутри ездового зверя. В таком случае, даже если ты его покинешь, он не исчезнет, — пояснил Фердинанд.
Оставив магический инструмент внутри пандобуса, я вышла наружу. Воздух был ледяным и, казалось, резал мне кожу. Возможно, причиной этого были высокие деревья, закрывающие солнце или лежащий под ними снег.
— Слуги, приступайте к приготовлению еды. Мы идём охотиться на талфрошей. Розмайн, садись к Бригитте и будь осторожна. Когда закончится охота, я расскажу тебе, как собрать нектар из рэйре́на, — раздал указания Фердинанд.
Я проверила, на месте ли мой набор для сбора нектара, который подготовил для меня Фердинанд, и забралась к Бригитте.
— Тогда, я оставляю на вас всех приготовление еды.
— Будьте осторожны, госпожа. Мы будем ждать вашего благополучного возвращения.
  
Том 3 Глава 235 Ночь Фрютрены
 
Я села на ездового зверя Бригитты, и мы направились обратно в Купальню богинь. Пролетев по круто изогнутому пути, созданному для нас деревьями, мы вновь оказались у залитого ярким светом источника. Когда стремительно мчащийся впереди Фердинанд подлетел к источнику, тот, казалось, забурли́л.
— Это талфро́ши! Розмайн, благослови нас! — выкрикнул Фердинанд.
Я сразу же влила магическую силу в кольцо, готовясь дать уже ставшее привычным благословение Бога Храбрости.
— О бог храбрости Ангриф, что служит богу огня Лейденшафту, молю, даруй им своё благословение!
Из моего кольца вырвался синий свет и пролился на всех дождём. Дать благословение — это лучшее, что я могла сделать, поскольку из-за своей слабости в бою я бы только мешалась.
— Дамуэль, Бригитта, оставайтесь с Розмайн! Экхарт, за мной!
— Есть!
Вблизи центра источника появилась большая тень. От неё отделились три… нет, четыре меньших тени и выпрыгнули из воды.
Талфроши оказались жабами, размером с размах рук взрослого человека. Тем не менее они значительно уступали го́льцу, с которым мы сражались осенью, или Повелителю Зимы шништо́рму. Однако в своей отвратительности они не имели себе равных.
— И почему моими врагами всегда выступают [жабы]? — с тяжёлым вздохом спросила я.
Дамуэль и Бригитта в замешательстве посмотрели на меня и спросили, кто такие «жабы».
— [Жабы] — это существа, очень похожие на талфрошей. Дамуэль, они тебе не кажутся знакомыми? Разве они не похожи на графа Биндевальда? И на этом сходства не заканчиваются. Их тоже вот-вот прихлопнет главный священник!
Дамуэль взорвался смехом. Он поспешно зажал рот рукой, отчего его броня звякнула, и отвернулся, пытаясь скрыть смех. Тем не менее было заметно как он содрогался от хохота. Похоже, я попала в точку.
От Бригитты, которой не довелось увидеть графа Биндевальда, такой реакции не последовало.
— Мужчина, похожий на талфроша? Я бы предпочла держаться от такого подальше.
— Они собираются объединиться, — внезапно раздался голос Экхарта.
Я обернулась и увидела, как самый большой талфрош высунул длинный язык и, обвив им ближайшего меньшего талфроша, затянул себе в рот. Стоило талфрошу проглотить сородича, как он сразу же начал быстро расти. Увеличившись в размерах, он снова выстрелил языком, хватая следующего талфроша, и продолжил глотать их одного за другим.