Власть книжного червя. Том 3 (ЛП)
— Гюнтер, будь осторожен в пути.
— Госпожа Розмайн, пожалуйста, позаботьтесь о своём здоровье, — с усмешкой ответил папа.
Последняя карета тронулась, и он отправился за ней. Плащ, в котором я спала прошлой ночью, покачивался у него за спиной. Я провожала взглядом уходящего вдаль папу, пока он полностью не исчез из поля зрения, после чего вернулась в монастырь.
* * *Когда большинство людей ушли, в монастыре стало тихо. После обеда я немного отдохнула, пока не прибыли Фердинанд с Экхартом, чтобы что-то обсудить.
— В качестве слуги останется Фран. Все остальные пусть покинут комнату, — скомандовал Фердинанд.
— В таком случае, пусть все, кроме Франа, покинут комнату, — распорядилась я.
После моих слов слуги удалились. Остались только Фран и два моих рыцаря сопровождения.
Фран подал всем чай, после чего встал у закрытой двери. Здесь имелся прямоугольный стол, похожий на тот, что находился в комнате главы храма, за которым мы с Фердинандом и сидели лицом к лицу. Экхарт стоял позади Фердинанда, а Дамуэль и Бригитта по обе стороны от меня.
— Прежде всего, я хотел бы поговорить об ингредиенте, который предстоит добыть во время весеннего молебна, — сказал Фердинанд.
После его слов мои рыцари сопровождения напряглись. Почувствовав, что атмосфера в комнате потяжелела, я тоже вытянулась.
— Учитывая, что вы не велели рыцарям покинуть комнату, правильно ли я понимаю, что нас вновь ждёт сражение с магическими зверями?
— Учитывая, что магические звери обычно стягиваются в места богатые магической силой, их, вероятно, будет немало. Согласно информации от Юстокса, нам придётся иметь дело с талфро́шами.
Пусть он и сообщил название, но я понятия не имела, что это за звери. Тем не менее, мои рыцари, похоже, знали о них. Я заметила, что при упоминании талфрошей Бригитта поморщилась. Видимо, эти звери были из числа тех, которые не нравились девушкам… Надеюсь, это не насекомые.
— Однако, беря во внимание то, что произошло в Ночь Шуцерии, я думаю, нам не следует недооценивать Ночь Фрютрены. Невозможно сказать, столкнёмся ли мы опять с больши́м количеством зверей или с особо сильными особями.
— В таком случае, разве нам не стоило взять с собой больше рыцарей? По крайней мере, мы могли бы взять с собой Корнелиуса, который является моим эскортом, — предложила я.
Пусть нам и важно сохранить в секрете приготовление моего лекарства, но так как Корнелиус был моей семьёй, я подумала, что мы могли попросить его о помощи. Однако на мою идею Фердинанд покачал головой.
— Розмайн, это невозможно. Корнелиус ученик и несовершеннолетний. Он не может сопровождать тебя за пределы города.
— Но ведь когда вы строили этот монастырь, он отправился в Хассе с нами… — возразила я.
Я помнила, как он летел на ездовом звере. Не может ведь так быть, что память меня подводит, верно?
Когда я озадаченно наклонила голову, Фердинанд и Экхарт скривились.
— Розмайн… в тот раз были особые обстоятельства. Я не предполагал, что мы собираемся покинуть город, — объяснил Фердинанд.
Это верно. Я тоже не планировала отправляться в Хассе, чтобы построить монастырь сразу же после обеда в итальянском ресторане.
— Значит, это все рыцари, на которых мы можем рассчитывать? Всё ли будет в порядке? — спросила я.
— Розмайн, можешь не беспокоиться. Для господина Фердинанда большинство магических зверей не представляют никакой угрозы, — ответил Экхарт.
Он полностью доверял Фердинанду и, кажется, был взволнован представившейся возможностью служить его рыцарем сопровождения.
Я мысленно согласилась. С Фердинандом у нас не должно возникнуть никаких проблем. Поэтому, посчитав, что вопросы безопасности можно смело оставить на него, я решила узнать побольше о самом ингредиенте. Достав диптих и взяв стилус, я принялась задавать вопросы.
— Главный священник, что именно будет весенним ингредиентом?
— Тебе предстоит собрать нектар рэйре́на. Говорят, что это цветок, любимый богинями, — ответил Фердинанд.
Мы собирались отправиться к источнику, который весной наполнялся магической силой и был известен как «Купальня богинь весны». Там росли цветы, известные как рэйре́н, и их нектар как раз являлся весенним ингредиентом моего лекарства.
— На ночь лепестки цветов закрываются, и в них медленно накапливается нектар. На рассвете цветы вновь распускаются, и тебе нужно будет собрать ингредиент прежде, чем нектар окрасится какой-либо ещё магической силой или окажется съеден магическими зверями. Поэтому, мы отправимся туда ночью, всё подготовим и будем ждать рассвета.
Я записала всё это в диптих, а затем взглянула на Фердинанда и спросила:
— Главный священник, вы когда-нибудь были у этого источника?
— Нет. Во время учёбы в дворянской академии я довольно часто собирал материалы, но после её окончания и возвращения в Эренфест, я больше не мог себе этого позволить, — объяснил Фердинанд. — Я осведомлён о свирепых и опасных магических зверях, которых должен устранять рыцарский орден, но я не слишком хорошо знаком с теми, которые не способны причинить большого вреда, и материалами, что можно найти в Эренфесте. В этом я полагаюсь на информацию Юстокса.
Безусловно, Юстокс был тем ещё чудаком, но он собрал огромный объём различной информации. А поскольку он сам охотно отправлялся собирать материалы, предоставленная им информация выглядела вполне достоверной.
— Я подготовил инструменты, необходимые для сбора, так что, когда придёт время, вновь одолжу их тебе.
— Я очень вам признательна, — поблагодарила я Фердинанда.
После того, как мы обсудили информацию о нектаре рэйре́на и талфро́шах, что получил Юстокс во время сбора ингредиентов, Фердинанд приказал Франу и эскорту оставить нас наедине.
— Теперь я собираюсь поговорить с Розмайн о Хассе. Всем остальным покинуть комнату.
— Есть!
Перед уходом Фран вновь налил нам с Фердинандом чаю. После того, как он вышел, Дамуэль и Бригитта последовали за ним. Казалось, что Экхарт хотел остаться в роли эскорта Фердинанда, но тоже был вынужден уйти.
* * *Фердинанд, отпив свежего чая, поставил чашку на стол и внимательно посмотрел на меня бледно-золотыми глазами. Учитывая, что мы остались наедине, это было знаком, что он начнёт читать мне нотации или ругать.
Я положила руки на колени и поправила осанку.
— Розмайн, я хотел бы послушать, что же ты вынесла из этого дела с Хассе.
Я на мгновение закрыла глаза, и образы вчерашней казни вновь всплыли в моём разуме. Стараясь не поддаваться эмоциям, я сжала кулаки и посмотрела Фердинанду прямо в глаза.
— Прежде всего, я поняла, что мне следует как можно скорее усвоить культуру дворян.
Проблема с Хассе возникла из-за моего незнания о том почтении, которое должны оказывать дворянам, о белых зданиях и о разнице в здравом смысле между простолюдинами и дворянами. Чтобы такого больше не повторилось, я должна как можно скорее разобраться в культуре дворян.
— Верно. Если бы ты росла как и любой другой дворянский ребёнок, то постигала бы культуру благородного общества, находясь под покровительством родителей. Но, чтобы управлять мастерской и распространять полиграфию по всему герцогству, тебе пришлось войти в мир взрослых.
Поскольку я делала то, чем никогда не занимался ни один дворянский ребёнок, мне требовалось многому научиться и как можно скорее. Я больше не простолюдинка и теперь для меня важнее действовать как подобает дворянке, а не торговцу.
— Дворян не станет волновать логика простых торговцев. Ты действовала импульсивно, создав в Хассе приют и мастерскую, и не предусмотрела, какие это повлечёт последствия. Единственная причина, по которой всё закончилось без каких-либо серьёзных инцидентов — это то, что твоими противниками оказались лишь простолюдины, живущие в землях, находящихся под непосредственным контролем герцога.
— Разве инцидент, закончившийся казнью шести человек, не достаточно серьёзный? — возмутилась я.