Власть книжного червя. Том 3 (ЛП)

— А-а?! — удивлённо вскрикнул я.
— Вы сможете запомнить молитву, если отнесётесь к этому серьёзно. Главный священник, позвольте мне сделать вам чай. Вы, должно быть, устали, — сказал Фран и направился на кухню.
Я так разозлился на Франа, который вообще меня не слушал, что крикнул ему в спину:
— Я не хочу! Я не собираюсь это запоминать!
Заметив, что я кричу и топаю от гнева ногами, Фран обернулся и обеспокоенно нахмурился. Но прежде чем он смог что-то сказать, Фердинанд преувеличенно громко вздохнул и сказал:
— Фран, похоже, что Вильфриду ужин сегодня не потребуется. Если он не успеет запомнить молитву к шестому колоколу, то приступайте к ужину без него. В противном случае вы не успеете вовремя передать в приют божественные дары.
— Понял.
Мне хотелось закричать: «Фердинанд! Ты опять издеваешься надо мной!», но я лишь стиснул зубы и впился в Фердинанда взглядом. Но он совершенно не испугался и лишь прищуренно посмотрел на меня.
«Вот почему я ненавижу ублюдков!» — мысленно кричал я слова, которые всё время говорила бабушка. Пусть я и не понимал, что они значат, но это меня немного успокоило.
Думаю, что даже если я не запомню молитву, они всё же не смогут не дать мне поужинать. До сих пор меня ещё никогда не наказывали так строго, даже если я отказывался запоминать буквы и сбегал с уроков. Всё, что мне нужно было сделать, это просто дождаться, пока Фердинанд уйдёт.
* * *
Когда пробил шестой колокол, Фердинанд ушёл ужинать в свою комнату. Бросив взгляд на Франа, который проводил Фердинанда, я увидел, что тот пошёл готовить ужин.
«Я знал! Он больше заботится обо мне, чем о выполнении приказов Фердинанда», — подумал я, довольно фыркнув, после чего стал ждать, когда мне подадут ужин. Лампрехт сказал, что еда здесь лучше, чем в рыцарских казармах, а учитывая, что сладости были восхитительны, я принялся с нетерпением ждать ужина.
— Господин Лампрехт, прошу прощения, что заставил вас ждать. Ваш ужин готов. Госпожа Бригитта сказала, что может поужинать позднее, а потому не могли бы вы поесть вместе с господином Дамуэлем.
— Ох, вот как. Я конечно не против поесть с Дамуэлем, но… — ответил Лампрехт обеспокоенно переводя взгляд то на меня, то на Франа.
— Не беспокойтесь, роль эскорта возьмёт на себя госпожа Бригитта. Я понимаю, что вам будет некомфортно есть перед господином Вильфридом, поскольку сам он пока не может поужинать, а потому мы подготовили вам ужин в отдельной комнате, — сообщил Фран.
Услышав ответ Франа и видя, как на меня смотрит Лампрехт, я был настолько потрясён, что чуть не упал. Похоже, что Фран, как и приказал ему Фердинанд, действительно не собирался меня кормить.
— Фран, ты хоть понимаешь, что делаешь?! Разве ты не знаешь, кто я?!
— Я уже говорил вам, что ужин подадут только после того, как вы выучите молитву. Господин Фердинанд также приказал мне поступить подобным образом, — с невозмутимым лицом ответил Фран.
Мои слуги в замке на его месте бы побледнели и постарались услужить мне, но Фран вообще не слушал, что я говорю. Как это понимать?
— Как ты думаешь, кто главнее, я или Фердинанд?!
— Разве не очевидно, что господин Фердинанд? — спокойно ответил Фран.
— А-а?! Но я же первый сын герцога! Не сравнивай меня с ублюдком!
В замке все говорили, что мой статус выше чем у Фердинанда, потому что он — ублюдок, а я — нет. Я думал, что Фран просто этого не знает, но когда посмотрел на него, то увидел, что он никак не поменял своего отношения и лишь неодобрительно качает головой.
— Господин Вильфрид, в настоящее время вы служите главой храма вместо госпожи Розмайн. Она дала мне строгие указания не баловать вас и относиться к вам не как к сыну герцога, а так же, как и к ней. Другими словами, сейчас вы считаетесь подопечным господина Фердинанда.
— Не баловать?
Я был не в силах поверить в то, что только что услышал. И тут я вспомнил слова, что за обедом сказала мне Розмайн: «В таком случае у тебя не возникнет проблем с тем, что мои слуги не будут делать для тебя поблажек». Я тогда ответил: «Разумеется», но я не думал, что всё будет так.
 
— Но разве позволить мне поужинать — это так плохо?
— Плохо — это позволить вам использовать свой статус, чтобы не выполнять данное вам задание и избежать наказания за невыполненную работу. Господин Вильфрид, если вы считаете, что вам это позволительно, то должен сказать, что по сравнению с госпожой Розмайн, вас всё время балуют, — ответил Фран, а затем повернулся к Лампрехту. — Господин Лампрехт, пожалуйста, идите и поужинайте. Остатки еды нужно будет доставить в приют, а потому возникнут проблемы, если вы задержитесь.
— Но я… — попытался что-то сказать Лампрехт.
— Будет лучше, если вы доверите господина Вильфрида другому рыцарю сопровождения. Вы напоминаете ему о его обычной жизни, а потому, пока вы рядом, он будет ждать, что его по-прежнему станут баловать, — сказал Фран, мягко улыбаясь и давая понять, что спорить бессмысленно.
После этого он отвёл Лампрехта в другое место. Я почувствовал себя растерянным, оставшись без него в незнакомой комнате.
— Господин Вильфрид, могу я прочитать вам дощечку? — спросила женщина-рыцарь которую звали Бригитта, после чего взяла дощечку и встала рядом со мной. — На самом деле слуги здесь добрые, но они никогда не станут вас баловать. Думаю, вы очень этим удивлены.
Её назначили эскортом Розмайн после церемонии крещения, а потому, я думаю, она сможет рассказать мне с точки зрения дворян, на что похожа жизнь в храме.
— Слуги относятся к Розмайн так же строго?
— Да. Они следят за тем, чтобы госпожа Розмайн, как дочь герцога и глава храма, безошибочно выполняла свои обязанности. Когда я только начала служить ей, я пожаловалась Франу, что бремя госпожи Розмайн слишком велико, но он просто отчитал меня, — ответила Бригитта, держа дощечку и грустно улыбаясь.
Если ситуация настолько плоха, что даже рыцарь сопровождения решил высказаться, что бремя слишком велико, тогда положение Розмайн, похоже, действительно тяжёлое.
— Розмайн приходится запоминать ещё больше?
— Да. Помимо молитв, ей требуется выучить и содержимое остальных дощечек, что лежат на столе, где сказано о том, как должна проходить церемония; важные моменты, которые нужно помнить; кому нужно давать благословения, а также количество людей, что должны участвовать в церемонии… До сих пор она всегда успешно выполняла свой долг, когда приходило время.
Я просто не мог поверить в то, насколько жизнь Розмайн отличалась от моей. Я даже не думал, что меня на самом деле так сильно балуют.
— Пожалуйста, прочтите…
— Как прикажете.
Я попросил Бригитту читать мне дощечку вслух, пока наконец не запомнил слова молитвы. Когда Лампрехт закончил есть и вернулся, он потрясённо уставился на меня, округлив глаза.
* * *
— Вижу, вы старались. Это замечательно, — сказал Фран, впервые похвалив меня.
Затем он поставил на стол ужин, которого было достаточно для одного человека.
Я смог запомнить молитву лишь незадолго до седьмого колокола, но хотя ужин и был поздним, еда всё ещё оставалась горячей. Должно быть, повар ждал меня, чтобы я мог съесть вкусный ужин. Теперь я понял, что значили слова о том, что слуги здесь добрые, но они не станут меня баловать. Я тихо вздохнул, пока ел горячую еду. Мне очень хотелось вернуться в замок. Хотелось похвастаться перед отцом и мамой, что я смог выучить наизусть молитву, чтобы они похвалили меня, сказав, что я — молодец.
— Есть в одиночестве немного грустно, — пробормотал я.
— Госпожа Розмайн иногда говорит то же самое, — ответил Фран.
— Вот как, значит Розмайн тоже ест здесь одна…
После того, как я поужинал, меня искупали, после чего все слуги отчитались передо мной о проделанной за день работе. Для меня подобное было впервые. Мои слуги либо находились рядом со мной, либо искали меня. Они никогда не отлучались, чтобы выполнить какую-либо другую работу.