Виконт Линейных Войск 8 (СИ)

— Хм, тут какое-то зелье. — Произносит один из них, открыв ларец.
— Дай-ка взглянуть… Никогда такого не видел. — Мотает головой второй, разглядывая шарообразную бутыль.
Длинные строчки рун опоясывают сосуд со всех сторон, а внутри бурлит темно-фиолетовая то ли жидкость, то ли газ. На целебное зелье совсем непохоже. Пить такую гадость никто бы из них точно не решился.
— Просто спрячем и передадим лорду. — С сомнением произносит он.
— Ага, так и сделаем… Смотри, тут еще одна, но уже пустая. — Рыцарь показывает пальцем на пробитую бутыль, возле тела инквизитора.
Ни один из них так и не заметил, как уже почти рассевшийся, едва различимый фиолетовый дымок, втягивается под их латы…
  
Глава 6
 
День первый.
Симптомы:
Гипертермия. Кожа зараженного пересыхает и трескается, образуя множественные раны. Кровь выделяет фиолетовый туман, с предполагаемым возбудителем. (Провести дополнительные исследования). Упадок сил, вследствие истощения источника. Возможна потеря дара.
Предположительно не приводит к смерти. Смертельно.
Природа болезни — неизвестна. Магическая?
Вирулентность — высокая. Крайне высокая
Механизм распространения — неизвестен.
Инкубационный период неизвестен. *ДОПОЛНЕНИЕ: От двух минут до десяти часов. Пропорционален силе дара носителя.
Количество зараженных — 8(Зачеркнуто) 25(Зачеркнуто) 416 человек.
Приняты карантинные меры.
День второй.
Болезнь распространяется несмотря на карантин.
Ни маски, ни герметичные костюмы защиты не помогают. Зараза попадает прямо в организм, минуя все барьеры. Количество зараженных от 800 до 1000 человек. ×1321
Усилены меры карантина.
Продолжается наблюдение за больными.
Усугубление симптомов. Подозрение на отказ внутренних органов.
По требованию Герцога, несмотря на карантин, к больному был приглашен целитель
Попытки исцеления традиционными методами безрезультативны
*Есть вероятность, что целебная энергия вредна, после процедуры пациент демонстрировал резкое ухудшение состояния.
**Целитель переведен в карантин.(Болен)
На предложение опробовать экспериментальную терапию Герцог ответил категоричным отказом, цитирую «Лучше умрет как рыцарь, чем станет одержимым». (Попытки объяснить, что это не так работает ни к чему не привели).
32 часа и 14 минут с предполагаемого момента заражения. Пациент 0 — скончался. Возраст — 36 лет, Стихия — Металл, ранг силы Старший Адепт.
Дополнение: Выявлена существенная разница в скорости развития болезни у простых людей и одаренных…
Я откладываю перо, которое с трудом держал в толстых перчатках.
Поднимаю перчатку ближе к окулярам противогаза. Черный, демонический коготь опять разрезал асбестовую ткань. Вздыхаю и почесываю рога, что туго натянули капюшон. Делать хоть что-то в доработанном костюме огнеметчика было тяжело, но приходилось его носить постоянно. Не потому что он мешал заражению (к сожалению болезни было вообще плевать на преграды), а потому что скрывал демонический облик. Нервы и так у всех были на пределе, а слоняющийся среди больных демон вряд ли привел бы к чему-то хорошему. И так слухи ходили не самые лучшие…
Увы, по-другому было никак. Этот облик, пока что был единственным найденным способом противостоять заражению. Стоило лишь расслабиться и перестать черпать силу из бездны — как любой контакт с больным заражал меня как обычного человека.
Все форма была хороша, только вот думать становилось трудно, приходилось постоянно записывать мысли, чтобы ничего не забывать. Так, о чем это я?
Протерев окуляры, я вновь склоняюсь над походным столиком. Табурет жалобно скрипит под весом. За стенкой палатки слышен надрывный кашель. Кашлял кто-то из моих солдат, ведь кашель чаще всего наблюдался у неодаренных…
Да, точно. Зависимость от силы дара… Какую бы природу ни имела болезнь, что-то магическое в ней было точно. Иначе объяснить то, что на обычных людей зараза воздействовала на порядок слабее — я не мог. Если заболевший рыцарь уже через десять-двенадцать часов не мог стоять на ногах, то заболевшие солдаты, пусть и шмыгали носом, но даже сейчас могли передвигаться.
 
Я беру в руки перо, обмакиваю его в чернильницу и, сверяясь с докладной запиской, вывожу слова.
Симптомы заражения у людей без дара:
Мышечная слабость, кашель, тошнота, головная боль…
Обмакиваю перо и замираю.
Хотя были и схожие симптомы, часть все же отличалась. Что хуже всего, нельзя было точно сказать, заболевание вирусное, бактериальное либо же это просто какое-то проклятие. Неправильное лечение лишь ухудшит ситуацию, а экспериментировать над своими людьми я не хотел.
Не хотел, но придется.
Попытка поэкспериментировать над больными рыцарями не удалась, Герцог уперся рогом.
Паллиативная терапия — это тупик. Попытка выявить возбудителя закончились провалом. Неудивительно, ведь без нормального оборудования это было крайне тяжело.
Фалькон уже отправился в путь за микроскопом, а заодно за некромантом. Какой бы природы ни была эта дрянь — передвижной обеззараживатель не повредит.
Но пока его нет, придется как-то справляться самим. Пусть даже это будет рискованно.
— Адъютант! — Рявкаю я со всех сил. Резиновая маска гудит, приглушая голос, но даже так он разносится на десятки метров.
— Да! — Звучит снаружи ответный крик.
Только так, криками и приходилось переговариваться. Подойти даже на три метра к потенциально больному — было смертельно опасно. Пять метров, не ближе — такие были требования ко всем.
— В каком из лазаретов находятся те, кто заразился вчера днем?
— Первый, четвертый и пятый, сэр. Юго-восток, сэр!
— Хорошо. Отойди подальше, я выхожу…
Лагерь, что раньше занимал лишь обратную сторону холма — сейчас раскинулся кучками по всему полю. Большая часть прошлых суток ушло на то, чтобы организовать карантинные зоны.
Я иду впереди, разглядывая неровные, впопыхах переставленные палатки. Те, кому повезло избежать заразы — разносят еду, оставляя ее на земле рядом с кострами. Горячая пища и костры — единственное, что согревало людей посреди холодного, осеннего поля.
Худшее место, чтобы заболеть.
Рыцарская лошадь, явно у кого-то реквизированная, тащит повозку с топливом для костров. Ее морда прямо-таки выражает брезгливое презрение к своему занятию, но сидящий на козлах Дорван крепко держит поводья.
Завидев меня, он пригибает голову и натягивает белую повязку повыше на лицо. Зря беспокоится, то, как в нашей армии оказалась явно рыцарская лошадь, сейчас меня интересует в самую последнюю очередь.
Экипаж проезжает мимо, а я продолжаю свой путь к стоящим в отдалении от всех, шатрам. Первый и наиболее крупный — был штатным полевым госпиталем. Толстый брезент, металлический каркас и даже буржуйка внутри. Сюда-то и поступили первые больные солдаты…
На мою голову.
Ведь там же находились и те, кто получил ранения в битве, но до кого руки целителя еще не дотянулись.
Внутри было всё куда менее технологично, что представлялось снаружи. Больные просто лежали на грудах лапника, изредка поверх которых были постелены шкуры. Я приветственно киваю истопнику-солдату. Он болен, но еще стоит на ногах.
Замечаю, что его руки покрыты сукровицей, а коша потрескалась.
Плохой знак.
— Почему не доложили о новых симптомах?
— Обхода еще не было, командир… Я в порядке. Они даже не болят, кожа будто онемела.
— Возвращайся на свое место.
— Есть!
Я открываю топку небольшой печки и закидываю оставшиеся поленья. Тщательно мою перчатки, даже несмотря на то, что скорее всего это бесполезно. Направлюсь к больным. Сосновые ветки хрустят под ногами, аромат хвои перебивает запахи болезни. Первым делом я направляюсь к дальней лежанке, что даже в полутьме словно объята огнем от красных волос.