Куница Том 3 (СИ)
Другой вариант, что всё перечисленное действительно имеет место быть. И тогда князю даже придётся немного пободаться с партнёрами по опасному политическому процессу, как говорят немцы: litischer Spielpartner. Совсем немного, эти умеют между собой договорится, если противоречия сглаживаются. В ином случае банально воюют.
Отсюда мои действия. Отказаться и продолжить тянуть команду, а затем познать на себе всё счастье опалы от высших эшелонов власть. Тогда дело кончится либо резнёй, либо ссылкой. Отказаться и распустить команду, а затем познать на себе недовольство конкретного князя. Неприятно, но терпимо.
Либо соглашаться и получать обременение в виде Волконского. Князю игрушка в виде команды нужна не только ради статуса, нет, здесь другое. Амбиции, не иначе. Будет вмешиваться, будет лезть с советами, ещё и кадры к себе начнёт переманивать.
Как поступить? Если на эмоциях, то закрывать команду и уходить. Хочешь команду, светлейший князь? Возьми и сделай сам. А если подумать, то зачем мне команда? Дать опыт личному составу. Влияет на опыт личного состава фамилия, указанная в графе: владелец? Нет. Из чего следует простой и очевидный вывод.
— Я остаюсь тренером. Команда будет тренироваться так, как я сочту правильным.
Владимир напомнил:
— Такое обещание с моей стороны уже звучало.
Да знаю я, но мне нужно повыкобениваться. Показать, что команду я считаю чем-то своим, личным, и отдавать просто так не хочу.
— Тогда мы…
Я сбился, будто испытал сомнения. Не считаю себя великим актёром, но на пару простейших трюков меня вполне хватит.
— Тогда мы договорились, Светлейший Князь.
— Просто Владимир. Мы теперь партнёры, работаем над одним делом. Ни к чему лишние формальности.
Желание двинуть ему в морду обострилось, но я сдержался. Никто так и не узнает, что моя сила воли спасла княжича от как минимум сломанного носа.
Глава 33
Подмосковье. Поместье Барона Мартена.
Июнь 1983 года
— Владимир взял на себя оформление всех необходимых документов. Через несколько дней команда формально будет принадлежать князю.
Мы собрались ближним кругом, чтобы обсудить сложившееся положение. Не было только Юли, графиня за друзей болела, но на самом деле — не хотела заниматься командой всерьёз. Новость, естественно, никого не обрадовала.
— Мне одной хочется набить этому князю морду? — спросила Слава.
Вздохнул.
— Будешь сразу за мной в очереди.
Светлов поморщился, стараясь быть серьёзным:
— Шутки шутками, но ты сделал единственное, что мог сделать. Только я не верю, что Волконский будет стоять в стороне и взирать на всё с отеческой улыбкой.
Киваю:
— Я тоже не верю, Паша. Поэтому будем лавировать. К счастью для нас, послать князя вместе с командой, если начнёт заниматься откровенной ерундой, нам никто не помешает.
Светлов принимает ответ. Все понимают — всё мероприятие было затеяно только для получения специфического опыта. Пока мы опыт получаем — можно потерпеть.
— Уйдём все вместе в наёмники, отправимся в горячую точку и там получим настоящий опыт.
Внезапно. Всё бы ничего, но предложение поступило от Людмилы. Удивлённые взгляды сошлись на девушке, заставив её слегка смутиться… Что никак не проявилось внешне, но я это… Почувствовал?
— Что? — Люда включила надменность и высокомерие.
— Нет, ничего, — улыбнулась Слава. — Представила нашу компанию со стороны. Очень колоритная команда.
Павел прикрыл глаза рукой.
— У нас серьёзная тема! Прекращайте уже!
Однако Шемякин друга не поддержал.
— Ты же сам сказал, что Дима сделал всё правильно. Нравится нам сложившаяся ситуация или нет, изменить мы ничего не можем. Мы в любом случае будем реагировать на действия светлейшего князя.
Миша прав, только от этого не легче.
— На самом деле князь сейчас не главная из проблем, — заговорил брат, до этого мрачно потягивающий какой-то крепкий коктейль. — На нашу сестру напали.
Последовал второй рассказ, оратором выступил Миша, я лишь несколько раз вставлял свои короткие ремарки.
— Ты действительно заглядываешь в прошлое? — естественно, не мог не спросить Павел.
Киваю. Ответы на эти вопросы я подготовил давно. Пусть я надеялся подольше не раскрывать факты о своих силах, но… Лучше я сохраню в тайне Пугающего, в котором уверен, чем Гамаюна, с которым ничего не понятно.
— Прошлое, где-то дальше, где-то ближе. А порой будущее, но только по желанию потустороннего существа. Пока что он меня не подставлял, но это ничего не значит, — развожу руками.
Никому здесь не надо объяснять, чем чревата излишняя доверчивость к потусторонним.
— Ладно, возвращаемся к твоей сестре, — вздохнул Светлов. — Ты не думаешь, что нападение и рассказанное Волконским взаимосвязано?
И об этом я уже успел подумать.
— Напрямую — нет. Владельцы других команд шантажировать меня через нападение на моих близких не будут. Такими заходами они только быстрее подтолкнут меня к поиску покровителя. Нет, сценарий, описанный светлейшим князем, наиболее вероятен. Однако…
Я замолчал, формулируя мысль, но тормозил. Всё же надо выспаться.
— Наши успехи могли привлечь к тебе внимание, — быстрее меня справился Павел.
Щёлкаю пальцами.
— С языка снял. Об этом я и хотел сказать. Если хозяева официальных команд играют в рамках хоть каких-то правил, иные ушлые личности, уверенные в собственной безнаказанности, могут пойти на любую подлость, на любое преступление. Гадать, кто они, считаю бессмысленным, но если есть большое желание — пожалуйста.
Жестом разрешаю озвучивать версии.
— У тебя совсем нет подозреваемых? — спросила Людмила.
— Почему? — наигранно удивляюсь. — Все силовые ведомства в полном составе, раз. Все дворяне от уровня князей, два…
— Что-то более конкретное? — прервал меня Павел.
— Ты хочешь, чтобы я по именам перечислял? — уточняю. — Сейчас справочник возьму, на память обязательно забуду кого-нибудь.
Народ переглянулся между собой.
— Ты что? Пьян? — спросила Славяна.
— Я всю ночь делал это, — достаю из ящика пачку бумаг. — Когда закончу, это будет защитный амулет с сигналом тревоги. Атакуют одного — об этом узнают все. Но говорю сразу — будет лимитированная партия. Потому что дорого, сложно, и слегка нарушает закон.
Последний момент всех удивил. Дворяне очень не любили ограничения на магию, поэтому запрещающий раздел магического кодекса был относительно невелик. И попадали в этот раздел вещи либо предельно опасные, либо гарантированно провальные.
— Слегка? — уточнила Людмила.
— Придётся заплатить штраф, если узнают, что я сделал, — пожимаю плечами, показывая, насколько это незначительная проблема. — Мне потребуются некоторые ингредиенты и время. Такие амулеты не помешают всем нам, но сначала их получат наши близкие, не способные дать отпор. Начнём с Юли и постепенно подарим подобные безделушки всем. Таков план.
Ребята попросили посмотреть на схему, я её им предоставил, да что толку. Сложновато для них. А мне надо выспаться и ещё раз взглянуть на результат трудов уже трезво. Удостовериться, что я ничего не напутал и не сделал какую-нибудь опасную дрянь.
— Я всё же попробую убедить маму согласиться на выращивание анха и виты, — сообщил Миша. — А за ней и Лизу. Это надёжнее.
Соглашаюсь:
— Надёжнее. Если справишься — молодец. Но сразу будь готов к контраргументам вида: мне никогда в жизни это не потребуется. Или: слишком развитая вита наращивает мышечную массу, а это некрасиво.
Судя по лицам всех присутствующих, они уже успели попробовать убедить родителей, и получили именно такие ответы.
В дверь постучали, и в проём сунулся слуга, сообщив, что ко мне приехал князь Воронцов с дочерью. Вздохнул. Сейчас я был совершенно не в том состоянии, чтобы вести светские беседы, но выбора нет. Попрощавшись со своими друзьями, приглашаю войти Воронцовых.