Дуэльный Кодекс. Том 4: Ритуал (СИ)

— Что? — Сказал я незнакомым голосом, в котором от эмоций прозвучала сталь.
— Да, — он улыбнулся, — заменить мою Катю, на твою. И замкнуть круг. Твоя Катя снова откатит время назад, и ты, — посмотрел он серьезно, — займешь мое место. Будешь наблюдать за концом войны. За образованием роялистов и ордена. За своим и Катиным рождением, за тем, как они встретятся и влюбятся, — его глаза заблестели, — а потом прикончишь того себя, подставив его на дуэли против американского принца, и поведешь по пути Источника, к этому самому моменту. К моменту, который происходит сейчас.
— К этому самому моменту, — повторил я, — но это какой-то бред? Выходит, каждый раз мир проживает один и те же сто двадцать лет? И сколько раз повторялся цикл?
— Восемьдесят четыре, — ответил Сновидец, — плюс-минус десять циклов. Довольно сложно сказать точнее.
— Это ад, — сказал я твердо.
— Это единственный способ миру существовать в том виде, в котором он существует сейчас, Павел, — строго ответил другой я, — заешь, что будет, если не возобновить цикл?
— Что же?
— Катя не появится в прошлом. Источник не найду, и мировая война наберет такие обороты, что погубит все живое на Земле. Этого нельзя допустить. Между жизнью во временном кольце и смертью всего живого, — продолжал Сновидец, — я выберу жизнь в кольце, Павел. К тому же, — он вздохнул, — скоро мой путь кончится. Когда ты и твоя Катя займете наше место, мы, наконец, отдохнем. Попадем в сладкие объятия смерти…
Все остальные, кто был в этом месте, затихли, слушая рассказ Сновидца. Их изумленные лица говорили о том, что они либо не верили, либо были в полнейшем шоке от сказанного. Тем не менее, никто из них не проронил ни слова.
— Подожди, — я отрицательно покачал головой, — а почему же ты хотел отобрать Катю у меня? Говорил ей, что я предам? Пытался даже обрубить нашу связь? Зачем тебе все это?
— Хм, — хмыкнул Сновидец, — забавно.
— Забавно что?
— Я не думал, что ты спросишь об этом. Потому что когда я проходил свой путь, мой Сновидец так не делал, не пытался отобрать мою Катю. Я первый, кто решился взять роль катализатора на себя и второй раз. Я знаю, это возможно. И я был вынужден так поступить.
— Почему? — Решительно спросил я.
Сновидец изменился в лице. Стал мрачным, а его круги под глазами, казалось, потемнели еще сильнее.
— Черный Бог-Волк. Такого раньше не было, — сказал он хмуро, — ты первый, кто получил эту магию. Мой предшественник узнал что такое личная Трансгуманизация. Я получил ее сам, ты смешал ее с первородной маной, или черной спорой, как ты ее называешь. И получил это. Бога-Волка. Кто-то из наших предшественников предвидел, что так будет. И именно поэтому запечатал Катю потомка в Нигде. Чтобы оградить от Бога-Волка.
Я молчал.
— Бог-Волк имеет свой разум. Имеет свою волю. Откуда она? Я не знаю. Возможно, это первородная мана, что приобрела разум. Возможно, это отголосок первоначального источника. Но я знаю одно — ему нельзя доверять. Нельзя подпускать к Кате. Иначе результат этого соития может быть непредсказуем.
— Рождение новых богов. Белой богини и ее защитник — Черного Бога-Волка, — сказал я, — об этом написано в книге.
— Это бредни какого-то старика, — отмахнулся Сновидец.
— Может это выход из петли? Может это единственный правильный выбор, чтобы мир смог жить дальше? — Сказал я. Может это правильный путь.
— А если нет? — Сказал холодно Сновидец, — если ты ошибаешься, — он выдвинулся вперед, приблизился на несколько шагов, — что тогда? Тогда мир умрет. Ты готов рискнуть всем миром?
— Если он в петле, то он уже умер, — сказал я в ответ.
— А что будут делать это новые божества? Поработят людей? Станут их хозяевами? Что взбредет им в голову? Откуда ты можешь знать это? Что, если Бог-Волк поглотит твой разум? Что, если займет твое место? Что если ты обрекаешь человечество на еще больший ужас чем-то кольцо времени… тот… ореол времени, что есть сейчас?
— Они и так порабощены этим кольцом, — ответил я, опустив глаза, — сколько людей вынуждены проживать одну и ту же жизнь раз за разом? А сколько людей не родится никогда? И все потому, что мир существует в пределах ста двадцати лет, с окончания войны и по сегодняшний день. Так ни это ли, — поднял глаза я, — порабощение?
 
— Хм, — Сновидец хмыкнул, — ты обвиняешь самого себя, то есть меня, в порабощение мира. Я о таком даже не думал. Мда. Все же, твой путь сильно отличается от моего.
— Потому что я сам выбираю свою судьбу, — сказал я решительно.
— Ну что ж, — он вздохнул, тогда — я расскажу тебе, что будет происходить дальше. Ты вернешься в Предлесье и возвратишься сюда с кругом плоти. Мы освободим твою Катю из нигде, откроем телепортариум, — он грустно посмотрел на миру, — и отправимся к моей Кате, к источнику. Там вы займете наше место и перезапустите мир.
— Или? — Сказал я холодно.
— Или я убью тебя прямо здесь, и сам займу место катализатора, — сказал Сновидец низкий злобным голосом, — займу твое место…
  
Глава 28
 
— Либо умереть, либо покориться судьбе, — ответил я спокойно, — такой выбор ты мне предоставляешь, Сновидец.
— Я Павел Замятин, — ответил он сурово, — но в общих чертах ты прав, да.
— Ты Сновидец, — улыбнулся я, — а знаешь почему? Знаешь, какая между нами разница?
Все что я узнал сегодня, тяжким грузом упало на плечи. Однако буря эмоций, что бушевала во мне, все же покорилась моей воле. Я смог унять ее. Смог успокоится. Смог трансформировать эту растерянность и этот шок в холодную ярость и решимость.
Я почувствовал, как нити оплетки рукояти проводника впиваются в ладонь сильнее. Впиваются, потому что я стиснул рукоять так сильно, как только мог.
— Между нами, по сути, нет никакой большой разницы, Павел, — сказал Сновидец, — разве только в опыте и, — он сжал в руках огненный шарик так, что тот побелел, превратившись в плазму, — в боевой мощи.
— Нет. Разница в том, что ты принял судьбу, предназначенную тебе, — ответил я спокойно, — я же сам делаю свою. Сам выбираю дорогу.
— Если даже эта дорога в ад? — недобро ухмыльнулся он.
— Я считаю, что это дорога к свету.
— Ну что ж, — Сновидец выпрямился, всплеснул руками, и в каждой из них разжегся огненный шар, — раз это твой выбор, я не стану переубеждать тебя. А просто прикончу. Но сначала заставлю участвовать в ритуале по возвращению твоей Кати. И предупреждаю, чтобы принять участие, тебе не обязательно иметь руки или ноги.
Я активировал режим черной споры. Увидел, как по проводнику побежали черные прожилки. А потом я закрыл лицо белой маской, что все это время была надета на голову.
— Твои игрушки не помогут тебе, — крикнул Сновидец и сжал огненные жары в руках. Они немедленно блеснули белым светом.
В следующее мгновение, он бросил плазменные шарики в меня. Вся пещера осветилась белым. С треском и жужжанием магические снаряды пролетели в воздухе.
— Игнат! — Крикнула Мира испуганно.
Я выбросил руку с проводником, выкрикнул заклинание Мешка Мести.
Черная голова дракона тут же появилась изнеоткуда. Подставила снарядам свой бронированный лоб.
Белые, словно солнечный свет, вспышки врезались в драконью чешую. Ударило так, что аж затрещало. А потом череп призванного дракона лопнул, словно глиняный горшок.
Черные куски сделанной из магии головы разлетелись в разные стороны. Меня отбросило, жесткий пол ударил в спину. Однако, проводника я не выпустил из рук.
— Черная спора тебе не поможет, — сказал Сновидец, — первородная мана на моей стороне.
Я поднялся на колено, посмотрел на него. Сновидец приближался, отпинывая куски драконьей головы носками сапог. Он был очень силен.
Я выпрямился. Приказ появиться черному мечу. А потом затормозил время вокруг. Сновидец тоже замер. Я увидел, как его рот смешно застыл на полуслове.
Тогда я бросился к нему со всех ног. Оказавшись рядом, ударил мечом.