Попаданка (не) против любви (СИ)

– Да! – послышался единогласный хор голосов и каждый уселся на свое место.
Я наблюдала за каждым тостом. Аристократы соблюдали этикет, боясь допустить хоть какую-то оплошность. Но после пятой рюмки напряженная атмосфера понемногу отпускала каждого из присутствующих.
Несколько младших отпрысков императорской семьи начали друг друга подразнивать. Принцы и жены императора один за другим, подняв бокалы, поздравляли наследного принца с днем рождения и преподносили подарки. Кто-то подарил лук со стрелами, кто-то меч, кто-то белоснежного скакуна.
Я оглянулась по сторонам и неожиданно увидела молодую девушку, которая злобным взглядом уставилась на меня. Что я ей сделала? И за что она ненавидит меня?
м… надо спросить у Сяомин, нет ли у меня здесь врага. Тут же ответила ей, улыбнувшись во все зубы. Обычно, если ответить улыбкой на злобный взгляд, то ненавистник будет в ярости, что и подтвердилось. Девушка с еще большей ненавистью взглянула на меня.
– Отец-император! – неожиданно послышался юношеский голос. Принц уважительно преклонил колено.
– У тебя есть обращение? – удивленно посмотрел на своего сына Канси.
– Да, отец-император! – не поднимая своего взгляда, произнес принц. – Сегодня великий день. В этот день родился мой старший брат, наследник престола. Так же смею надеяться что вы разрешите мне расторгнуть мою помолвку. Так же прошу одобрить мой брак с дочерью министра правого крыла!
Воцарилась оглушительная тишина. Все гадали, почему он просит об этом, а я гадала, с кем был он помолвлен и кто эта несчастная девушка.
Мужчина, восседавший в центре зала, взглянул на толпу, чувствуя себя немного неловко. Ведь принц стоял на коленях посередине огромного сада под пристальными взглядами местной знати.
– Иньсы… – только и проговорил император.
– Я уже принял решение и прошу Императора дать свое одобрение!
Чанпао – долгополый мужской халат, который носили в империи Цин.
  
Глава 6
 
Стоп! Иньсы… Иньсы… Это же восьмой… Точно! Он был помолвлен со мной.
Блин! Не знаю даже, что сказать. Как удачно все для меня обернулось!
Из радостных размышлений меня вырвал суровый голос императора:
– Ву Тао!
Вот черт, нашел, когда разорвать помолвку! Да еще и вызвать гнев императора! Нет, конечно, я хотела этого, но не сейчас же!
– Ваше величество! – отец спешно вышел в центр и упал на колени.
Моему отцу на вид было около сорока лет, он отращивал козью, тьфу, аристократическую бороду. Но седина, то тут, то там проблескивала. Его темные волосы всегда были собраны в косичку. Ах да, я почти забыла упомянуть. На голове у него была бянь-фа – традиционная мужская причёска маньчжур. Она представляла собой косичку из трех прядей, которая заплеталась на затылке или макушке, тогда как у лба и на висках волосы выбривались.
Отец был одет в манпао темно-синего цвета и головной убор советника третьего ранга. Если бы я все-таки вышла замуж за восьмого бэйле, отец получил бы особый головной убор с павлиньим пером.
С одной стороны политический брак в пользу семьи, с другой стороны обо мне хоть кто-то думал?
– Иньсы хочет разорвать брачный контракт с твоей дочерью, – задумчиво проговорил император, словно раздумывая вслух. – Кстати, где она? – император неожиданно оглянул весь сад. Придворные зашептались между собой.
– Гу Мин Чжу, выйди вперед! – сказал старший дворцовый евнух.
Бррр, какой все-таки противный у него голос! Будто не мужик, а женщина! Ах! Точно их же…
– Мин Чжу! – тихо прошипела матушка.
Вспомнила! Меня же вызвал император! Обалдеть! Меня вызвал сам император Канси! Боже мой! Я его только в дорамах видела, и то это были актеры, исполнявшие роль Канси, а я сейчас встречусь с ним вживую. Вот это да!
– Мин Чжу! – в этот раз голос прозвучал громче и настойчивее. Матушка дергала меня за платье, и это привело меня в чувство.
Я вздрогнула и поторопилась встать. Выйдя из-за стола, на дрожащих ногах подошла к коленопреклонённому отцу. Опустив голову, упала на колени:
 
– Ваше величество! Счастья и радости императору! – мой голос дрожал от страха. Неожиданно стало очень тихо:
– Ву Тао, у тебя прелестная дочь с хорошими манерами! – рассмеялся император, и
придворные нервно вторили ему. Напряженная обстановка немного ослабила свою хватку.
В этом веке похвала от императора была огромной честью.
– Благодарю ваше величество! – с трепетом отозвался мой отец.
– Сын, почему же ты хочешь разорвать этот брак? – нахмурился вновь сын Неба, обращаясь к своему отпрыску.
Восьмой принц посмотрел на меня, и я прочла в его глазах открытую неприязнь. Я задалась вопросом: что же такого я натворила? Я, конечно, не хочу брака с почти трупом, извиняюсь за выражение. Но по меркам этой эпохи после его отказа я стану бракованным товаром, и никто больше не придет к нам с предложением руки и сердца. Это позор для всей семьи! Несмотря на такую перспективу, я испытывала радость от того, что останусь свободной! Ну, что поделать, я человек из будущего, и свобода значит для меня слишком много!
– Отец-император! У молодой госпожи семьи Го нет никаких чувств ко мне, так же как и у меня к ней. Даже если мы поженимся, то счастье никогда не войдет в наш дом. Лучше сейчас расторгнуть этот брак. Это будет лучше и для меня и для молодой госпожи, – заявил восьмой бэйле.
Я почувствовала, как взгляды придворных устремились ко мне. Черт! Этот принц красноречив, обозначил сначала мою вину и как бы невзначай свою! Исподтишка посмотрела на императора: его лицо выказывало явное неудовольствие, но он продолжал молчать, буравя взглядом сына.
– Ты понимаешь, что разорвав брачный контракт с генералом, наносишь ему оскорбление? – голос сына Неба набирал силу и звучал очень грозно, но, видимо, бесстрашия принцу было не занимать.
– Ваш сын понимает! Конечно, чтобы восполнить ущерб, нанесенный молодой госпоже, я готов выплатить компенсацию, – сказал, скрепя зубами, принц и злобно посмотрел в мою сторону. – Каковы твои условия? Что бы это ни было, принц постарается удовлетворить их! – вновь поклонился бэйле.
В саду стало тихо, настолько, что было слышно, как мимо пролетел комар.
Не знаю почему, но именно в этот момент в моей голове вспыхнул обрывок воспоминания:
– Мин Чжу, ты самая прекрасная девушка во всей империи! Ты прекрасна как весенние цветы абрикосового дерева! – с трепетом говорил восьмой бэйле.
Он стоял напротив меня, и в его глазах я видела любовь и восхищение.
– Мой принц! – смущенно пролепетала я в ответ, точнее это была настоящая Мин Чжу.
– Скоро ты будешь моей принцессой! – приторно-сладким голосом прошептал бэйле, медленно склоняя голову в мою сторону.
Меня резко выбросило из этого воспоминания в другое, и я решила, что сцены из прошлого проносятся передо мной в хронологическом порядке.
– Ты никогда не станешь его принцессой! – злобно прошипела незнакомка.
– Мин Юй, ты так уверенна? – мой голос на удивление было спокойным и ленивым, будто передо мной не злобная кобра, а маленькая безобидная девочка.
– Еще как! – лицо девушки от ярости стало красным как мак.
Я, то есть Мин Чжу, демонстративно поднесла руки к волосам, поправляя прическу. Увиденное поразило соперницу, и ее глаза расширились:
– Не может быть! – прошептала она, все еще не веря. Я не сразу поняла, что именно остудило ее пыл.
– Эту нефритовую шпильку подарил мне сам бэйле в знак нашей большой любви, – как бы невзначай проговорила Мин Чжу.
 
– Врешь! – зашипела незнакомка, она уже оправилась от шока и довольно быстро приходила в себя. – Принц любит меня, а ты просто никчемная обедневшая аристократка! У меня есть власть? А у тебя? Принц лично пригласил меня на свой день рождения! Я почувствовала, как Мин Чжу закипала от ярости, но не успела услышать продолжение неприятной беседы, как оказалась в другой сцене.