(Вне)брачный контракт (СИ)
– Здесь горячо, – произнес он, и в его голосе я уловила хрипотцу, а в улыбке – совсем иной подтекст.
– Да, – отозвалась я, прочищая горло, – долго здесь не пробудешь… Голова может закружиться…
– И сердцебиение участиться, – добавил Кир с полуулыбкой. – И давление… подняться. С температурой. Придется принимать холодный душ, чтобы чего-нибудь не случилось…
– С кем? – вырвалось у меня.
– С организмом, – Кир тоже кашлянул.
Диалог выходил каким-то двусмысленным, и я поспешила сменить тему:
– Вон там, кажется, можно присесть. Чуть дальше, с краю…
Мы опустились на теплые камни, которые в купели выполняли роль скамьи. Над водой остались только наши головы и плечи.
– Хорошо… – протянул Кирилл, прикрывая глаза.
– Очень, – отозвалась я, постепенно тоже расслабляясь.
Несколько минут мы просто сидели, наслаждаясь тишиной и горячей водой. Усталость после долгой экскурсии уходила, а ее место занимало благостное умиротворение.
– А Хиери считала, что меня не пустят сюда, – наконец заговорил Кирилл, ухмыляясь. – Из-за тату.
– Она плохо тебя знает, – усмехнулась я, думая о том, что и меня он не перестает удивлять, открываясь все с разных сторон. – Так что там у тебя за тату? – я посмотрела на его плечи.
Кирилл повернулся ко мне другим плечом и продемонстрировал на бицепсе морду черной пантеры.
– Почему пантера? – поинтересовалась я.
– Котики нравятся, – усмехнулся он, вновь откидываясь на каменный бортик. – Львы, тигры – это уже было… Пантеры – не самые частые представители кошачьих в тату. Хотя, признаю, я не оригинален. А ты ожидала чего-то другого?
– Я вовсе ничего не ожидала, – ответила я, тоже усмехаясь. И с ехидцей добавила: – Но твой рейтинг в моих глазах понизился, имей в виду.
– Ого, так я скоро стану победителем! Первый с конца, – Кир хмыкнул.
– Посмотрим, – отозвалась я.
Вдруг Кирилл с головой скользнул под воду, а выплыл прямо передо мной. На его губах снова играла лукавая улыбка:
– А теперь показывай свое тату.
– Что? – ахнула я и не успела опомниться, как он поднял меня и развернул спиной к себе. – Эй! Что ты делаешь? – я была возмущена, смущена, и одновременно отчего-то хотелось смеяться.
Кир провел ладонью по моей спине, и она тотчас покрылась мурашками.
– Так где она? На пояснице? – уточнил он.
– Чуть ниже, – призналась я. Бабочка была на самом крестце, и по большей части я старалась ее прятать, даже сейчас за плавками ее было почти не видно.
– Теперь вижу, – ладонь Кирилла спустилась ниже по позвоночнику, пальцы осторожно коснулись татуировки. – Красиво.
– Спасибо, – тихо отозвалась я. – Но я хотела ее свести.
– Не надо, – и он вдруг приник к ней губами. Я судорожно вздохнула, не зная, как реагировать.
Его губы двигались вдоль моего позвоночника, осыпая поцелуями, слизывая влагу, а я не в силах была даже пошевелиться. Замерла, ощущая, как внутри меня разрастается самое настоящее желание. Желание, которому я больше не хотела противиться. И когда Кирилл рывком притянул к себе, прижалась спиной к его груди, сама подставляя шею и плечи под поцелуй, потом повернулась и перехватила его губы, позволяя ему жадно впиться в них, проникнуть глубже. Я закрыла глаза и позволила себе не думать ни о чем, сейчас – только чувствовать, ощущать его ладони, скользящие по моей коже, чуткие пальцы, проникающие под бикини, поцелуи, которые даже в горячей воде опаляли, вызывая ответный жар. Я не заметила, как исчезла верхняя часть моего купальника, а губы Кирилла уже ласкали мою грудь, заставляя меня выгибаться им навстречу. Теперь я сама стремилась к этим ласкам, и отвечала на них, хаотично исследуя уже его тело.
Я отрезвилась лишь на миг, когда поняла, что мы полностью без одежды, когда ощутила его желание наяву, совсем близко. Кир заглянул мне в глаза, словно давая мне последний шанс к отступлению. Но я не воспользовалась им. Оплела шею Кира руками, накрыла губы поцелуем, жаждая продолжения. Он откликнулся мгновенно, подхватил меня под бедра, прижал спиной к влажным камням, находя опору. Я протяжно выдохнула, впуская его в себя…
Возможно, наше желание было слишком велико, но высшей точки мы достигли быстро и почти одновременно, что никогда со мной не случалось. Потом был снова долгий поцелуй, только теперь наполненный нежностью и щемящей благодарностью. В какой-то момент у меня даже стало влажно в глазах от непонятных нахлынувших чувств. Слава богу, Кирилл не мог видеть эти дурацкие слезы.
– Кажется, сегодня мы нарушили все правила нахождения в онсене, – шепнул он, усмехаясь и зарываясь лицом мне в волосы.
– А если кто узнает? – ото осознания этого меня захлестнул стыд. – Выгонят из отеля? Вдруг нас кто-то видел?
– Пускай завидуют, – Кирилл поцеловал меня в нос.
– И все же, пойдем отсюда скорее, – я уже начала лихорадочно оглядываться в поисках купальника.
Но на поверхности плавал только одинокий лифчик, плавки же, похоже, пошли ко дну. Кириллу повезло больше: его плавательные шорты прибило к камням, и они зацепились за какую-то корягу. Мы, душась глупым смехом, как подростки, собирали свои вещи по купальне, потом прикрывали друг друга полотенцами, чтобы вылезти наружу, не светясь интимными частями тела, и надеть юкаты. Затем был забег до лифта мимо сонного портье, которому Кирилл на ходу отдал ключи от онсена.
Выдохнули мы, только оказавшись в своем номере. Вначале хохотали, как безумные, но потом, как-то незаметно смех снова перерос в поцелуи, а поцелуи в нечто большее…
И один футон этой ночью все же пустовал.
Глава 12
В это утро я проснулась непростительно счастливой. Рядом набоку спал Кирилл, а я лежала на его руке. На футоне вдвоем было тесно, но это я заметила только сейчас, ночью же у нас и мысли не возникло придвинуть к нему другой. Да и не до этого было. Я попыталась вылезти из-под простыни, заменявшей одеяло, но меня остановила рука Кирилла, захватившая в капкан мою талию.
– Куда? Еще рано, – пробормотал Кир, приоткрыв один глаз.
– И совсем не рано, – возразила я почему-то шепотом. – Уже половина девятого. А в девять мы встречаемся с Хиери за завтраком. Или в восемь? – озадачилась я.
– Может, и в восемь, – промычал Кирилл.
И в этот момент в дверь постучали.
– Кирилл, Софья, у вас все в порядке? – послышался голос той самой Хиере. Легка на помине.
– Да-да, все в порядке! – я все же выкрутилась из объятий Кир, подхватилась и стала надевать юкату. – Сейчас!
Я, пригладив волосы, распахнула дверь, улыбнулась виновато.
– Простите, Хиере, мы проспали. Видимо, вчера слишком устали. Мы сейчас мигом соберемся.
– Ничего, – гид тоже улыбнулась, – бывает. Мы ведь все равно не привязаны к какому-то времени, как тургруппы. Так что собирайтесь, жду вас внизу.
– Да-да, конечно, – закивала я. – Мы быстро.
Когда я закрыла дверь и обернулась, Кир уже сидел на футоне, потирая сонные глаза.
– Я бы сразу поехал в Токио, – вздохнул он. – Может, так и сделаем?
– Ничего подобного! – заявила я. – Я впервые в Японии и не знаю, приеду ли сюда еще, так что хочу охватить все по максимуму.
– Тяжело жить максималисткам, – хмыкнул Кирилл, наконец тоже поднимаясь.
– Чур я в душ первая! – я подскочила к двери ванной комнаты.
– Уверен, там нам хватит места обоим, – Кир многозначительно улыбнулся и оказался рядом со мной. – Заодно и время сэкономим.
Не знаю, удалось ли нам сэкономить время, но места нам в душе точно хватило. На все. Полочка, которую мы сбили во время особенно жаркого поцелуя, не в счет.
– Так как, пойдете в онсен? – поинтересовалась у нас Хиери. – Я видела здесь в аптеке большие пластыри.
Мы с Киром переглянулись, а я, наверное, даже чуть покраснела. Но признаваться в своих ночных приключениях не хотелось, поэтому мы ответили:
– Пойдем.
– Только ненадолго, – добавил Кирилл.