Попаданка для некроманта, или Как выжить в Академии (СИ)

— Проверьте, пожалуйста, еще раз, может вы не там ищете? — я подняла руку перед его лицом. — Может в другом месте посмотреть?
— Искра не в теле, глупышка, искра здесь, — он переместил ладонь выше моей груди, в область сердца. Дыхание его стало прерывистым.
— В сердце? — пролепетала я пересохшим языком. Его блуждающая ладонь уже начинала нервировать.
— В душе. Искра магии в душе. Дух обладает магией, а не тело.
И тут меня осенило! Просто как гром среди ясного неба. Я не смогу научиться магии Мариши, потому что в этом теле нет никакой магии. Ее магия ушла вместе с ее душой в мой мир. А в моей душе нет и отродясь не было никаких магических искр. А значит, я никогда отсюда не выберусь, а без магии здесь просто не выжить.
Это открытие так ошеломило, что у меня подкосились ноги, но Эрих не дал мне упасть. Я привалилась к нему всем телом. От шока даже не могла сопротивляться, тело было будто ватное. Эрих по-своему понял мою податливость. Склонился и коснулся губами моей шеи — нежно и чувственно. Затем тяжело выдохнул, щекоча кожу горячим дыханием. Я посмотрела на него через плечо и увидела в его глазах бездну, полную огня, в закатных сумерках они пугающе поблескивали. В его взгляде была та самая тьма, которая шла из самых глубин его души, тьма, которая проявлялась во время его магии или вырывалась, когда он испытывал сильные эмоции… и вот сейчас.
Увиденное привело меня в чувство. Оцепенение сменилось страхом. А если все, что рассказал Норт правда, и Эрих и есть тот самый убийца? Что если он не может контролировать свою магию? А я здесь с ним совсем одна.
Я вцепилась в его руку, которой он обнимал меня за талию.
— Мне надо идти, простите магистр, — я пыталась говорить мягко, чтобы не разозлить и не спровоцировать его, но получился только жалобный писк.
— Куда торопиться, Мариша? — он коснулся губами моего виска и даже не подумал разжать руки. — Ты же сама этого хотела, любовным мороком баловалась.
Голос звучал хрипло и низко, а слова все больше повергали в ужас. Он думает, я хочу его соблазнить. Господи!
— Вы ошибаетесь, вы приняли меня за другую. Это не я ворожила.
Эрих заглянул мне в лицо и с минуту буравил меня не верящими глазами.
— Вот как, — наконец, холодно произнес он и разжал руки. — Идите, адептка. Занятие окончено.
Мне показалось, в его взгляде мелькнуло разочарование. На негнущихся ногах я проковыляла до двери, и черт меня дернул спросить:
— А следующее занятие… оно состоится?
— Уходите! — рявкнул он, и я вылетела из аудитории.
Не помню, как добежала до общежития. Не знаю, что взбудоражило меня больше — внезапное открытие об искре магии или неожиданная пылкость Эриха. Кожа на шее еще помнила его поцелуй, но перед взором стояли его черные глаза, пугающие до дрожи. Хотя в сравнении с искрой магией проблема с Эрихом была сущей ерундой.
Я в панике заперлась в своей комнате. Что теперь делать? Магии во мне нет. Портал не активировать, а до поездки в пещеры осталось всего три дня. Возможно, это мой единственный шанс попасть домой, и я так бездарно его теряю.
Я взволнованно заметалась по комнате и не сразу заметила Вилхелмо. Он восседал на моей кровати рядом со спящим Орсо и укоризненно сверлил меня взглядом.
— Где ты ходишь?! — прошептала я, вложив в голос все свое негодование. — У тебя дите вылупилось, в Академии бродит убийца, по моей комнате шастают все кому не лень, магии нет! А ты, ты… — от накопившегося возмущения мне не хватало воздуха.
— Тише, разбудишь Орсо, — Вилхелмо аккуратно поправил одеяло. — У меня дела, адептка. А ты не маленькая уже.
— Я твои дела! Ты меня должен учить магии! — прошептала я.
Вилхелмо что-то пробормотал на своем паучьем, уверена, какое-то ругательство. Я закатила глаза. Бесполезный, просто ни на что не годный фамильяр!
Ночь я спала плохо, мне снились тяжелые и странные сны. После пробуждения я не вспомнила ни один из них, но они оставили неприятное послевкусие. Настроение было отвратительное, все мои планы по возвращению домой рушились. Если у меня нет магии, то и в обучении теперь смысла нет. Портал без магии не активировать.
 
Я села на кровати и увидела в ногах огромный кокон. Меня едва инфаркт не хватил, но присмотревшись я заметила под аккуратным плетением лепестки. Я поковыряла пальцем паутину, и из-под нее показались алые цветы.
— Вилхелмо! Это что такое? Вилхелмо!
— Он ушел, — из-под комода показался Орсо, быстро перебирая лапками, он взбежал на кровать и уселся у меня на коленях.
— Это что такое? Почему цветы в паутине?
— Я играл, — довольно произнес Орсо. — Смотри, смотри, ни одного просвета не оставил, — он ткнул лапкой в лепесток, тщательно оплетенный аккуратным плетением.
Орсо весь светился, переполненный гордостью. Мда, главное, мне однажды не проснуться в коконе.
Я освободила несколько цветов и выудила из кокона открытку:
“Карамелька, доброе утро. Жду тебя сегодня в саду в беседке. Это важно, о нашем будущем!!!
Целую, Нортон.”
Я скомкала открытку, бросила ее в угол и без сил упала на кровать. О будущем, конечно. Вот ведь неугомонный.
Лекцию по некромантии, которая сейчас была по расписанию, я решила бессовестно прогулять. После вчерашнего встречаться с Эрихом было страшно и немного неловко.
Я бы так и провалялась весь день в постели, но через полчаса ко мне зашла Нинель. Я как раз выковыривала бедный букет из паутины. Цветы то ни в чем не виноваты, но Орсо поработал на славу, каждый цветочек, каждый лепесточек оплел. Его бы усердие да в мирное русло.
— У тебя все в порядке? — застенчиво спросила Нинель, оглядывая комнату.
— Приболела немного. Простуда, наверное, — я нарочито шмыгнула носом и сделала грустные глаза. — А что такое? Почему ты не на лекции?
— Ничего, — Нинель взглянула на многострадальный букет в моих руках, — просто магистр Каллистр просил узнать, почему ты не явилась на урок.
Я смущенно опустила глаза, вспомнив, как мы вчера с ним расстались. Может ему тоже неловко? Или он почувствовал себя виноватым за вчерашнее?
— Сегодня многие не пришли из-за тех сплетен про убийцу. Вот собирают списки, — продолжила Нинель, рассеив мои иллюзии. — Так я скажу, что ты приболела?
— Да, так и скажи, — я тяжело вздохнула.
Неужели Эриху все равно? И цветы, видимо, придется выбросить.
— Помочь? — вдруг робко спросила Нинель.
— Я уже час с ним вожусь, это бесполезно.
Я кинула букет на край кровати, Нинель подошла и сплела над ним заклятие, тонкие пальчики рисовали в воздухе узоры так виртуозно, будто она занималась этим каждый день. Взлетели искры, паутина вспыхнула и за секунду превратилась в пепел.
Я ахнула.
— Как? Как ты это сделала?
Невероятно, букет был, как новенький.
— Я так дома от паутины избавлялась, — Нинель пожала плечами.
И в этот самый момент, меня озарила гениальнейшая идея. Я схватила Нинель за руки и взволнованно зашептала:
— А врата в иномирье ты сможешь активировать?
Нинель побледнела.
— Ты что? Нет, конечно. Это запрещено.
— Ну, чисто теоретически ты могла бы?
— Нет. Это под силу только инициированному магу. Но это все равно запрещено. За это могут отправить в тюрьму.
— Да, да, да, — я задумчиво побаранила пальцами по комоду.
На краю сознания вертелась мысль, которая могла бы решить все мои проблемы, нужно было только за нее ухватиться и вытащить наружу. А еще решиться, и это было крайне сложно.
— Хорошо, спасибо, Нинель. Иди. И об этом разговоре никому не говори, пожалуйста.
Нинель понимающе кивнула и удалилась, а я бросила взгляд на смятую открытку в углу, которую Орсо уже старательно оплетал паутиной. Да у малыша просто патологическая страсть к оплетению! Мне хватило секунды, чтобы решиться. Это было ужасно, отвратительно, но это могло бы решить все мои проблемы. И имя моего спасителя было Нортон. Что ж, раз он хочет перемирия, будет ему перемирие, но только теперь на моих условиях. Я впервые улыбнулась со вчерашнего вечера. На горизонте вновь замаячила надежда вернуться домой, только нужно пережить вечер с Нортоном.