Юнофа - Дитя Войны
- Вот попей, осторожно… Не спеши, - помог утолить Юне жажду сам старичок, когда ему подали стаканчик с прохладной водой.
- Мое… имя… Ю… Юно-фа, - очень тихо проскрипела бедняжка, ибо каждое сказанное слово давалось через неимоверные усилия воли.
- Хорошо, откуда ты родом?!
- Я… Я… Простите… не помню…
- Дальше, – прогремел Судья, спеша как можно довести Следствие до нужного момента.
- Сколько тебе полных лет?
- Пятнадцать… Вроде…
- Ты сомневаешься… Почему?! – вкрадчиво произнес старичок, не покидающий Юну, как и Комиссар, встав около нее по другое плечо.
- Простите… Я… Точно… Не знаю…
- Хорошо… Назови свой род занятий? Учишься ли ты или работаешь?
- Я… Служанка в Доме… Сеньора… - от резкой волны воспоминаний о своем благородном Покровителе, давшим ей все в этой Жизни, у бедняжки ножки подкосились.
- Прошу позволения, продолжить допрос сидя, девочка очень слаба, чтобы стоять…
- Разрешаю!
- Нам известно, что ты работаешь служанкой у некоего Сеньора Орсиани… Это верно?! – огласил очередной вопрос Комиссар, в ответ Юна кивнула.
- Он не обижал тебя?! Может быть бил?! – на что девушка замотала головой.
- Это нелепость! Как можно так издеваться над ней?! – рычала себе под нос Жаклир, впившись когтями себе в колени. – Все это жестокая ошибка! Ошибка!
- Хорошо… Скажи, за что тебя задержали?! – резко смял бумажку Комиссар.
- Адвокат, такого вопроса не было! Попрошу придержаться списка и продолжить Допрос! – одернула его Сеньора Флавия.
- А если я откажусь?! – поднял голову Оломби, сверкнув гневным взглядом на своего друга.
- Тогда… - прохрипел Судья, схватившись за молоточек. – Я вынужден буду, вас…
- Позвольте мне, продолжить?! – поднялся с места Обвинитель, тем самым отсрочив вышвыривание надоедливого Главу городского Комиссариата из Зала суда.
- Позволяю! – манул рукой Кристобаль.
- Сколько именно вы себя помните, Юнофа?! – продолжил Дознание Профессор, которому даже не потребовалось заглядывать в бумажку, которую ему передал Оломби.
Как и старичку, мужчине пришлось прикусить язык и занять место позади девушки. Возложив бедняжке на плечи ладоши, Защитники хоть так давали ей понять, что они не дадут ее в обиду.
- Я… Помню себя… Где-то с годик…
- Хорошо… Назови все пять Королевств в алфавитном порядке!
- Королевство Розалия… и… и…
- Других, ведь ты не знаешь, верно?! – получив в ответ кивок, Профессор Мартино продолжил. – Тогда, назови столицу нашего Королевства…
- Столицу?!
- Может быть, ты поведаешь нам, о Трех основных составляющих Нашего Мира? И его Сердце?!
- Три… Сердце?!
- Расскажи, как нам удается поддерживать свет, без применения свечей?!
- А-а-а?!
- Устройство городских канализаций…
- Чего?!
- А как, по-твоему, передвигаются Кареты, ведь от возниц мы отказались еще полвека назад!
- Кареты?! Возницы… - от каждого вопроса, на которые у малышки не было ответа ее голова кружилась все сильнее, а перед глазами все так и плыло.
- Протестую! Не вижу никакого смысла во всех этих нелепых вопросах! - вступился за бедняжку Оломби, когда Обвинитель перешел на крик и уже навис над Юной, готовясь вонзиться в нее всеми когтями.
- Напротив, Мои Дорогие Адвокаты, Присяжные и Гости Заседания… - в конец осмелел мужчина и схватил девочку за подбородок. – Все эти вопросы так и остались без ответа… И не мудрено! Ведь самый главный здесь это - «Кто есть Юна?» – поднял он ее личико к себе.
- Попрошу убрать свои грязные лапы от девочки, - прижал ему старичок вторую ладонь клюкой к столу, когда Обвинитель явно перешел все грани дозволенного.
- Протест отклонен! – прогремел Судья, чем заставил Комиссара выскочить вперед.
- Прошу Вас остановитесь! Эта девочка ни в чем не виновна! А все, что здесь происходит – не имеет никакого отношения к Закону! – прокричал он.
- Остыньте, Комиссар, - послышался у него за спиной голос все того же Профессора.
Возложив ему на плечо руку, он продолжил свой Допрос.
- Виновна эта девушка, или нет – Следствие покажет… А пока, попрошу вашего разрешения, пригласить к Допросу еще одного Обвиняемого… - хитро прищурил он глазки.
- Разрешаю! – послушно кинул ему Судья, а на просьбу друга даже и не обратил внимания.
- Как Вы все уже наверное осознали, эта девочка страдает потерей памятью -редкий недуг в наше время… Иначе, как можно объяснить того, что она совершенно не знает элементарных вещей, что и трехлетнему ребенку ведомы… - завел свою речь Обвинитель, пока его подручные из ТАДа затаскивали еле живого мужчину в оборванной одежке простого лекаря.
«Напомните пожалуйста самое Страшное преступление – после Убийства и предательства Отчизны?!
Верно – это применение запретной Черной Магии на людях.
Из покон веков людей, обладающих подобным Даром, считали проклятыми. На них велась охота и всяческие гонения. Отчего вскоре их Племя и вовсе было уничтожено…
И вроде все наладилось…
Но не позднее, чем двенадцать лет назад, соседнее с нами Королевство уличили в укрывательстве и даже пособничестве Темным Магам. Ходили слухи, что те подчинили своей Воле правителя Страны и готовили на нас нападение…
Но наш Мудрый Король опередил их и сам объявил им Войну.
Так началась кровопролитная пятилетняя Война, вошедшая в Историю, как Война Трех Лилий…»
- Но думаю, из учебников Истории всем известно, чем она закончилась… Поэтому давайте вернемся к Разбирательству, - прохрипел Обвинитель и подошел вплотную к тому, кого ввели в Зал и посадили за его стол.
- Кто это?! – поинтересовался Судья. – Назовись!
- Мое имя Августино Орсиани Франциско-де-Лагри, лекарь города Флаверия, - проскрипел бедолага, чье внешнее состояние оказалось еще хуже, чем у Юны.
Только раз услышав это имя, до сего момента пребывая в жутком затуманенном состоянии рассудка, девушка резко очнулась.
- Па-па! – сорвался с ее уст глухое восклицание, которое умный старичок поспешил скрыть свои кашлем.
- Кхе…кхе…кхе… Простите, мушкой подавился, - поспешил он извиниться.
- Позволите задать ему парочку вопросов?! – вышел вперед Оломби, также разобрав слово, произнесенное девочкой.
- Конечно, - самым радушным образом уступил Защите свою «очередь» Профессор.
- Скажите, Сеньор Орсиани, кем именно приходится Вам эта девушка?!
- Она моя служанка…
- И только?!
- Нет… Я люблю ее, как родную Дочь!
- Хорошо… А собственные дети у вас есть?
- Сынишка…
- Сколько ему?
- Семь лет…
- Хорошо… На что вы готовы, ради своих детей?!
- Жизнь отдать!
- А как насчет - сознаться в том, чего не совершали?! – хитро прошептал мужчина, чем вызвал волну негодования на лицах Судейских Чинов.
- Предупреждаю Вас, Комиссар – еще одна подобная выходка со стороны Защиты, и Заседание пройдет без вашего присутствия! – прорычал Судья, неистово застучав молоточком.
- Ох, простите меня… С уст сорвалась шальная мысль… - со всей возможный раскаянием поклонился им Адвокат. – Ну тогда… Спасибо Вам Сеньор Орсиани, у меня больше нет вопросов…
- Браво! Браво! – захлопал в ладоши Мартино, перехватывая инициативу. – Теперь ни у кого из Присяжных не останется и капли сомнений, что перед нами – настоящий любящий Отец - Глава Семейства, готовый ради счастья своих чад горы свернуть, - взял он слово.