Юнофа - Дитя Войны
Приметив, что девочка чуть успокаивается, она поставила ее на пол, а сама вышла вперед.
- Я готов поплатиться за все! – стоял на своем мальчик с крайне непростым характером.
- Хорошо, посмотрим насколько тебя хватит! – резко развернула она его к классу. – Поднимите руку тот, кого хоть раз незаслуженно обижал этот пройдоха…
На подобную «просьбу» ученики не особо спешили откликнуться.
- Снова засунули свои языки в одно место! Но ничего, мы сделаем для Вас поблажку, - с этими словами Дева достает небольшой платочек из кармашка, затем утирает сопельки и слезы бедняжке, которая спряталась у нее за спиной.
- Желаешь почувствовать всю горечь слез тех, над кем издевался?! Хорошо, я дам тебе шанс, - прошептала мальчику на ухо Юна, повязывая ему глаза платочком.
После чего, девушка выпрямилась в полный рост и обвела всех детей решительным взглядом.
- Я сомневаюсь, что здесь, в этой комнате, найдется хоть один смельчак, готовый заступиться за девочку… Но может быть тогда, в Вас наконец-то проснется чувство Гордости и вы, воспользовавшись тем, что задира ничего не видит - отомстите ему?!
От подобного каверзного и столь соблазнительного предложения, Ученики немного опешили и совершенно не знали, как и реагировать.
- Скажи мне Софиэль, ты желаешь отомстить своему обидчику?! Заставить его почувствовать всю тягость своего страха и горечь обиды?! – на полном серьезе спросила ее Юна, но что бедняжка, утирая слезы с лица и шмыгая носиком, замотала головой.
- Вот видите! Эта маленькая, отважная и очень стойкая девочка оказалась куда выше и благороднее всех вас! Ведь вы засомневались, в вас проснулось желание мести… Именно это отличает ее от всех Вас! И раз вам так хочется выплеснуть весь вой гнев, то пожалуйста – я не буду мешать! Кроме того, этот мерзавец сам вызвался добровольцем, так что – не мешкайте…
После подобных слов никто не пошевелился.
- Я кому говорю, живо все встали и по очереди подходите сюда! Тех, кто не пожелает участвовать в этом, я лично выпорю! Всем все ясно?!
- Юна, это уже через чур, - хотела покинуть кабинет Жаклир, дабы позвать более умудренных опытом взрослых.
- Можешь звать кого угодно, подруга, но, если сейчас этим детишкам не преподать Урок Жизни, они так и будут с каждым днем катиться по наклонной все ниже и ниже, - перехватила ее у дверей Практикантка и зашипела прямо в лицо.
- Но ведь - они Дети! Это жестоко! – забегали глазки у бедняжки, когда она увидела, как детвора уже выстроилась в очередь на «казнь».
- Я тебе сейчас покажу, что есть - Жестоко! – обернувшись на класс, Юна огласила. – А теперь, по разу ударьте своего обидчика, дерните за ухо, поставьте щелбан, пните под зад! Если сомневаетесь – вспомните те минуты, когда этот самый скандалист без всякой жалости и угрызений совести издевался над вами…
Более ей не пришлось упрашивать детвору. Ведь у каждого из них было, что «сказать» этому мальчишке, который стал для них нарицательным именем Страха и Террора. Отбросив всяческое нежелание участвовать в подобном «мероприятии» один за другим, дети наконец смогли отомстить за все свои обиды.
Очень стойко, а главное храня гробовое молчание и понимая всю тягость своей вины, мальчик для битья терпел все издевательства своих одноклассников. Со стороны это могло показаться дикостью – вот так отдать одного хулигана на растерзания остальным. Но здесь сокрылся очень потаенный смысл, который Юна не замедлила огласить.
- Теперь ты понимаешь, как чувствует себя твоя Жертва?! – приблизившись поближе и присев возле мальчика на колени, принялась шептать ему на ухо Юная Наставница.
«Не в силах сказать и слова, не смея глаз поднять, ущемленная и побитая, а самое главное – презираемая сама собой за свою слабость и неумение постоять за себя…
Тебе ведь очень хочется закричать: «Довольно! Остановитесь, я все понял! Я больше так не буду!».
Но знаешь, что, даже если ты сделаешь это, никто из окружающих не послушает тебя. Как ты, в свое время, не слушал тех, над кем издевался.
На миг закрой глаза и вспомни все те самые страшные забавы, что любил устраивать над теми, кто слабее тебя. И тогда ты поймешь, каково это, становится объектом всеобщих насмешек и издевательств».
- Но… - осеклась на полуслове девушка, когда очередь дошла до Алисии.
Невесть где, раздобыв молоток, она, сжимая его в обеих руках и сверкая недобрым взглядом, стала надвигаться на обидчика своей подруги.
- А ну отдай! Ты чего, мокруху хочешь тут развести?! – перехватила ее «смертоносное оружие» мести Юна.
- Но я… А, ладно, - сдалась девочка, отпустила молоток и как отвесит юноше смачного пинка под зад.
Раз за разом, удар за ударом, он как мог терпел все это. Но даже самая стойкая Воля может однажды надломиться. Так и случилось с ним. Не в силах больше терпеть, мальчик падает на колени и прикрывает ладошами лицо. По его щекам потекли горькие слезы, которые он ничем не мог унять. Видя, что ему совсем худо, детвора чуть замялась.
- Чего встали, как вкопанные?! Продолжайте «казнь»! Или может быть вы забыли своих слез и глухие мольбы о пощаде, что взывали к нему?! Разве он, хоть раз, прислушался к ним и сжалился над вами?! – указала взглядом на мальчика Юна, поднимаясь на ноги.
В ее словах было столько горькой правды, заставившей Учеников снова продолжить свое дело. Но в тот самый момент, когда даже Жаклин не смогла более лицезреть этого, у стоящей совсем рядом маленькой Софиэль сердечко екнуло.
- Нет прошу вас, остановитесь! – кинулась она к своему обидчику, и заслонила собой.
- Софи, что ты творишь?! Ведь ты больше всех пострадала от его рук! Так зачем ты… - кинулась к ней Алисия.
- Хватит! Умоляю вас, перестаньте вести себя в точности, как он! – осмелев проскрипела девочка, у которой глазки вспыхнули огоньком жизни и борьбы за справедливость. – От того, что мы уподобимся таким как он, наша Жизнь не станет лучше. Мимолетное счастье от его страданий не принесет нам радости, а лишь наоборот… Спустя некоторое время мы сами будем сожалеть, что поддались стадному желанию отомстить ему! Что он, что мы – сейчас я совершенно не вижу разницы!
Столь пронзительный Голос Души, прозвучавший как спасительный Набат Колокола, заставил мальчика воспрять духом и снова подняться с колен.
- Простите меня! Я полное ничтожество и свинья! Мне очень совестно, и я отныне даже боюсь смотреть всем вам в глаза, но… - прохрипел он сквозь боль. – Я должен пройти этот Путь до конца!
При этих словах, юноша срывает с себя камзол и кидает под ноги.
- Так не бойтесь больше меня! Докажите, что вы правы, а я нет! Можете бить меня сколько угодно, я больше не боюсь оказаться Жертвой своего Страха!
- Нет, ну надо же… Вечно эти мальчишки любят драматизировать и устраивать сцены, даже в такие минуты, - усмехнулась про себя Юна, кивнув ученикам, дабы продолжили «расправу».
После подобных заявлений, Воздаяние по заслугам стало набирать обороты.
Теперь даже те, кто сомневались в правильности всего затеянного и сдерживали себя, наконец осознали, что целью этой публичной «казни» было вовсе не доказать им, какие они жестокие дети, а наоборот. Нужно было пересилить себя, поднять голову, встать с колен и сказать: «Довольно».