Сладкая погибель (ЛП)

Рун хочет представить ее своим соратникам?
— Ты организуешь встречу?
— В свое время. Как я уже говорил: тебе нужны союзники. Почему бы не примкнуть к самым сильным.
— У кого-нибудь из твоих союзников есть пара?
Рун поперхнулся своим напитком.
— Почему ты спрашиваешь?
Он откашлялся, опорожнил кувшин и подал знак, чтобы принесли другой.
— Потому что я — абсолютно точно твоя.
Он выглядел ошарашенным.
— Я даже не демон. Я — темный фей... у нас не бывает пар.
— Кто сказал?
— Я никогда не встречал темных феев, у которых была бы пара.
Забавно, как это он не сказал Джо, что такое просто невозможно.
— Но ведь ты знаешь не так уж много темных феев, так?
— Мне казалось, мы договорились, что ты просто влюблена.
Она скрестила руки на груди.
— Неа. Я на это не договаривалась.
— Тогда объясни, почему ты в этом уверена.
— Когда кровь впервые коснулась моего языка, я поняла, что навсегда стала кровопийцей. Мне было не нужно в течение нескольких месяцев ходить на свидания с Кровью, затем переезжать к Крови и знакомиться с семьей Крови, чтобы стать в этом уверенной.
— Да, но это инстинкты.
— В точку. Ты не доверяешь своим?
Вместо ответа, он спросил:
— Ты думаешь, обратное тоже верно? Я твой?
— Я думала, что одно подразумевает другое.
— Часто, но не всегда. — Он наклонился ближе, пристально смотря ей в глаза. — Я... твой?
Джо тоже подалась вперед.
— Я... надеюсь... на это.
Рун снова выпил.
— Когда Ллореанец находит свою пару, и она оказывается другого вида, женщина, как правило, сопротивляется. Многим моим знакомым пришлось пройти все круги ада, чтобы устроить будущее с парой другого вида. Я бы ожидал, что ты станешь вести себя как-то в этом роде. Вместо этого ты на четвертый день требуешь обязательств!
— Что ж, я как глоток свежего воздуха. Слушай, я знаю, чего хочу и жду этого. Так что просто не выноси мне мозг. Что будет если я твоя пара, и мы займемся сексом?
— Мое тело признает твое. Я начну производить семя для тебя, — сказал он хриплым голосом.
— Тебе нравится представлять это?
Его глаза еще сильнее потемнели.
— Фантазировать о том, как я наполню тебя моей спермой? Блять, да, это чертовски эротично. — Он провел рукой по губам. — Но реальность окажется совсем другой... даже если бы это было возможно. Все во мне — ядовитое. Почему я должен ожидать, что с моим семенем все будет иначе?
— У меня иммунитет ко всему в тебе. — Она вернула ему вопрос: — Почему мы должны ожидать, что с твоим семенем все будет иначе?
— Ты готова рискнуть? Если есть хоть малейшая вероятность, что ты — моя, то есть шанс, что ты умрешь мучительной смертью.
— У меня иммунитет к тебе; ты восхитителен для меня. Кажется, мы совместимы, да?
Он либо удивился, либо разочаровался ее пофигизмом или и то и другое сразу.
— Есть еще кое-что. Даже если ты сможешь выжить после того, как я наполню тебя моим семенем, демон во мне потребует отметить твою шею укусом, навсегда сигнализируя другим мужчинам, что ты занята.
Так вот о чем говорил Деш.
— Что-то типа татушки? У тебя есть татушки... и я хочу одну!
— Нет-нет, все не так. — Определенно разочаровался. — Она будет видна только демонам.
Джо надулась.
— Я не смогу увидеть собственную тату?
— Ты позволишь мне сделать это? Я воткну свои клыки... тоже смертельно-ядовитые... глубоко в твою плоть. Ты выдержишь столько яда в своем теле? Что если это станет последней каплей?
— Ты засадишь мне, кончишь в меня и укусишь мою шею? Ты только что описал свидание моей мечты. — Она задрожала. — А что буду делать я?
Рун снова наполнил стакан.
— От укуса демона женщины кончают.
— Мне... это... нужно...
Рун выглядел взволнованным. Наливая себе добавки, он плеснул через край.
— Почему тогда я прожил без пары семь тысяч лет? У тебя есть этому объяснение? Скажу, что думаю я: потому что это в любом случае невозможно. Ты не сможешь изменить мое мнение по этому вопросу. У меня была тьма тьмущая времени, чтобы смириться со своей судьбой.
 
— Потому что на тот момент я еще не родилась, дружище. — Джо ткнула ему в грудь указательным пальцем. — Я вступила в игру всего двадцать пять лет назад. К тому же сейчас Приращение. Ты говорил, что это время, когда Ллореанцы обретают свои половинки. Итак, семь тысяч лет звучит, конечно, страшно, но по правде говоря, я пропустила только первые тринадцать Приращений в твоей жизни.
Рун сглотнул.
 Выкуси. 
— Ты не думал об этом в таком свете, да?
— Ты действительно считаешь, что ты — моя?
— Ага.
Он пристально посмотрел на нее.
— Я гарантирую, что ты ошибаешься.
Джозефина с пониманием кивнула.
— Потому что я пара Деша? Думаю, он сможет подарить мне свидание моей мечты.
Рун скрежетал зубами, пока на его широкой челюсти не задергались мышцы.
Хозяин ресторана вернулся с подносом, на котором стояли две большие миски. В которые была наложена длинная лапша, украшенная сверху овощами. Еда пахла восхитительно, а бедняге Руну сегодня потребуются все его силы.
— Давай, ешь. Через двадцать минут я по-прежнему буду твоей парой.
  
 Глава 42 
 
— Пусть это поставит меня в неловкое положение, — торжественно заявила Джозефина, когда они с Руном прогуливались вдоль террасы, — но я хочу официально заявить. Мне нравится алкоголь.
Она пошатнулась, поэтому Рун приобнял ее.
Видимо, он дал ей слишком большую дозу. Она еще дважды прикладывалась к его пальцу.
— Думаю, я создал монстра.
По крайней мере, она готова к допросу.
— Ты про кровавую медовуху, о которой упоминал? Не могу дождаться, чтобы попробовать ее. Эй, к слову о фантомах...
Она задавала мириады вопросов о своем виде, но ему почти нечего было ей рассказать.
Она на полном серьезе спросила:
— Если у фантома бывает оргазм, это фантазм?
Рун усмехнулся.
— Я уверен в этом.
Задрав голову вверх, Джозефина остановилась.
— Взгляни на звезды. Мне нравится смотреть на них.
— Ты когда-нибудь летала на самолете?
За обедом она призналась, что никогда не выбиралась дальше Юга Америки.
— Э-э-э-э.
— На такой высоте ты оказываешься ближе к звездам, чем когда-либо.
Ее красные губы изогнулись в усмешке. Но затем она нахмурилась.
— Возможно, в другой раз?..
— В другой раз?
— Разве они не заманчивы? Возможно, я уплыву к ним. — Она протянула руку, словно могла коснуться их. — Они мои. Это первое, что я увидела.
— Что ты имеешь в виду?
— Ничего. — Она снова посмотрела на него. — Куда ты меня ведешь?
Придерживая ее рукой за плечи, он повел ее вниз по каменной дорожке.
— Я же сказал тебе. Это сюрприз. — Он понюхал воздух, но не учуял на горе ни одного Ллореанца. Не услышал Ореа. Время для вопросов. — Я хотел бы кое-что узнать. Как ты могла не знать, кто ты есть? Ты никогда не знала своих родителей?
— Не знаю.
Даже будучи пьяной, она собиралась упираться?
— Ты либо знала их, либо нет.
Пнув камушек, она споткнулась, но он поддержал ее.
— У меня нет никаких воспоминаний до восьмилетнего возраста. Просто чистый лист.
Рун остановился и развернул ее лицом к себе.
— Как такое может быть? Какое твое первое воспоминание?
Ее взгляд стал отстраненным.
— Меня окружала оболочка из массивного стекла, а в моем плаще ощущался теплый сверток. Я дернулась вверх, ударилась головой о стекло и разбила его. Затем сверток зашевелился! Я держала на руках ребенка.
 Дорогие боги. 
— Продолжай.
— Я не знала, сколько мне лет, поэтому предположила, что это мой ребенок. В конце концов, Тедди все равно был моим ребенком.
Неудивительно, что она так его защищала.