Начальник милиции. Книга 5 (СИ)

— А как мне найти товарища Жорича?
— Вот он я, что хотел, студент?
Нарядился я перед походом на комбинат как воспитанный интеллигентный человек — брючки, рубашка, туфли-лодочка. Вкупе с моложавым и бритым лицом я вполне тянул на какого-то практиканта, еще и морду делал безобидно-щенячью, немного удивленную и добродушную, как и полагается новичку, для которого все тут в диковинку.
— Силантий Прокопьевич, меня из кадров к вам направили. Сказали, у вас тут помощники требуются. Просили узнать, возьмете или нет.
— Да они что там, совсем охренели? Нету вакансий, — замахал руками Жорич, будто я был чумной. — Иди, гуляй, парень… А им передай, что с директором все утрясено было, чтобы не давали нам студентов, ответственный фронт работы у нас, не для таких как вы.
— Так и передать? — прищурился я.
— Так и передай.
— И про директора сказать? Ну, что вы с ней там… трясли что-то, — лицо мое выражало полную серьезность, и кладовщик, не уловив подкола, лишь скривился и отмахнулся, мол, иди уже, не мешай работать.
А я вышел из склада и посмеялся в кулак. Затем быстро вернулся, юркнул за открытую дверь и притаился. Стал ждать.
— Кто там приходил? — раздался чей-то мужской голос.
— Да опять Нинка-клуша из кадров направила к нам молодого, — пробурчал Жорич.
— Ты же знаешь, Силантий, нам сюда чужих никак нельзя… — вкрадчиво проговорил незнакомый голос.
— Да, знаю я, Семенов, не учи батьку…
— Ты бы уж с Воблой договорился, чтобы не совали нам новичков. Имеешь ее в кабинете, а договориться не с руки?
— Не называй ее так, — прошипел Жорич.
— Тю-ю… Да ее весь завод так кличет…
— Она моя баба…
— А я думал, ты ради дела с ней кувыркаешься, — усмехнулся тот.
— Много думаешь, Семенов, думалку не перенапряги. Ты лучше машину готовь. Завтра следующая партия пойдет.
Я осторожно выглянул из-за двери. Очень хотелось разглядеть этого Семенова. Вот вся шайка и в сборе, насчет чего-то незаконного явно договариваются…
Высунул глаз и половину лица. Слепые пассатижи! Ни хрена не видно! Они где-то в глубине тамбура стояли. Высунулся чуть больше, и дверь предательски скрипнула.
— Кто там? — всполошились мужики, а Жорич быстрым паучьим движением выбросил руку и схватился за топорик.
  
Глава 12
 
— Кто там? — ещё напряжённее повторил Семёнов.
— Да никого особенного, — я вышел из-за двери склада, нагнав на себя вид придурковатый, будто заплутал ненароком в тех соснах.
— Ты чего это здесь застрял, студент? — Силантий убрал руку с топориком за спину и медленно шагнул ко мне.
Так медленно, что казалось, плывет.
— Да заблудился, мужики, где тут кадры у вас? Не подскажете? За тем корпусом, наверное? — махнул я рукой наобум куда-то в сторону. — Вот вернулся спросить, а то чувствую, не разберусь.
— За тем корпусом, ага, — с некоторым облегчением выдохнул Семенов, его рожа мне не была знакома, хоть он и жил с недавнего времени в одной общаге со мной. Видимо, ещё не пересекались, потому что такого бы я вмиг запомнил: коротышка, но пузатый. Уши лопухами, а на мясистом носу кляксы мерзких веснушек. Ну блин, нашел Нурик к кому Василину ревновать.
— Подь сюда, — как-то по лисьи проговорил Жорич, будто я был вороной с сыром, он так и не показывал топорик, прятал. — Объясню, как дойти.
Я решил придерживаться своего плана — корками не светить, притворяться безобидным студентом.
— Угу, пасиб… — кивнул я и с беспечным видом шагнул на встречу, а сам неотрывно присматривал за рукой с топориком. Был, что сжатая пружина, готов в любой момент выстрелить ударом в морду, на опережение, если что.
Силантий приблизился вплотную. Взгляд он изображает добрый, но тяжесть в нем не спрячешь, и что-то еще непонятное в глазах проскальзывает, будто он уже раздумывает, как лучше труп порубить и спрятать. А Семенов подступил с другой стороны, отрезая меня от выхода из склада. Грамотно встали, черти…
— Чего ты тут услышал, практикант? — прищурился кладовщик.
— В каком смысле? Да ничего не слышал… А что надо слышать? — скреб я макушку, изображая озадаченность, а на самом деле под видом почесываний занёс руку повыше, чтобы если что сразу, без замаха рубануть ей по предплечью Жорича, если вдруг тот задумает выкинуть вперед топорик.
  
— Врешь… — как бы по-доброму, но с нотками яда пропел Жорич. — Ты близко стоял, не мог не слышать…
Сзади послышался шорох. Я среагировал мгновенно. Развернулся и локтем двинул туда, где должна быть голова подкравшегося ко мне из-за плеча Семенова. Но не сделал поправку на его гномий рост, и локоть ударил в лоб. Там самая крепкая часть морды, потому как кость толстая, и гном устоял. Схватившись за голову, он теперь ловил «звездочки».
В следующий момент топорик просвистел совсем рядом, и если бы я не увернулся, то Жорич зацепил бы мне плечо. Но я ушел на полшага, пропуская топорик вниз в пустоту, и накрыл его сверху рукой, а второй почти одновременно что есть силы зарядил кладовщику в нос.
Бам!
Удар получился с подворотом, и энергия всего тела, от самой пятки до казанков — вошла в нос Жоричу. Послышался хруст хрящей. Кладовщик, сдерживая стон, осел на бетонный пол, схватившись за нос, из которого текла кровь. Топорик со звоном упал на пол, а я его запнул подальше под какие-то стеллажи.
Я не забыл про Семенова, посмотрел на него — угрозы нет. На его лбу шишка, хорошо я его ударил, что аж локоть ноет. Но к бою я готов, а вот экспедитор — нет. Струхнул сразу. Он попятился, бормоча:
— Да ты чего, паря? Ты чего творишь-то? Это, мы же пошутили… Ну?..
— Он мне нос сломал… с-сука! — подвывал Жорич, обливаясь собственной кровью.
Покряхтел и встал на ноги.
— А-а… — я хлопнул себя по лбу и продолжил валять Ваньку. — Пошутили⁈ Ха! Ну и юмор у вас, мужики, ну вы даёте! Я же вас зашибить мог… У меня же это… разряд. Хе… Реакция сразу — ты мне, я тебе. Извиняйте, коль что не так. Я-то думал, вы мне предъяву кинуть хотите. Мол, услышал что-то не то… Я-то не слыхал ничего, удивился еще такой, чой-то, думаю, они на меня накинулись, злые, главное… А вы, оказывается, шутили! Новичка подловили, да? Ну добро… Принимается. А к носу мясо холодное приложите… До свадьбы заживет. Ладно… Я в кадры почапал. Туда, говорите идти? Туда? Не хворайте.
Я вышел.
* * *
— Думаешь, не врет? — испуганно пробормотал Семенов.
— Затупок какой-то, — авторитетно констатировал Жорич. — Спортсмен, сука, что с него взять. Бьет знатно, но нам он явно не помешает. Даун.
— А он точно ментам не стуканёт? — боязливо оглядывался Семенов. — Может, завтрашний вывоз отменить?
— Уже с рыночниками договорено, — морщился Жорич. — Этот не стуканет. Он же тупой… Да и не слышал он ничего.
— Скажи, Силантий… А ты его что, правда хотел того… ну, топориком?
— Много вопросов задаешь, Сережа, — прищурился Жорич. — Я на нары не пойду. Запомни… Если что, и тебя…
Силантий многозначительно провел пальцем по лезвию топорика.
— Да ты что? Сбрендил? Я же — могила! — вытаращился на топор Семенов. — Мы вместе повязаны в этом деле… Куда ты, туда и я…
— Если в тюрягу, — хмыкнул Жорич. — То нам не по пути. Усек?
Он зло плюнул на пол и тихо, еле слышно добавил:
— Думаешь, я людей не убивал?
— Так то война была, все убивали… — попытался разрядить разговор Семенов. — Ты, кстати, много немцев сам на тот свет отправил?
— Много, — кивнул Жорич и добавил чуть слышно, так чтобы Семенов его не расслышал. — Но не немцев…
А напарник услышал, хотя и сделал вид, что пропустил мимо ушей. Семенов поежился и, уловив холодный, пробирающий до костей взгляд Силантия, не рискнул больше ничего спрашивать. Он очень боялся этого странного кладовщика. Чувствовалась в нем скрытая звериная сила матерого хищника. Иногда Семенов даже хотел завязать со всем этим. Но знал, что Силантий его просто так не отпустит.