Простые удовольствия (СИ)

Пять горстей я набрал камушков подходящего размера. Из них горсть тех, что по цвету подходили. Выбрал в результате один. А дальше… надо же ещё огранить!
Почти до самого утра возился. И это при том, что мне так-то даже специальных инструментов не требовалось: зажимаешь камень пальцами и трёшь о свою кожу. Побыстрей, помедленней, вот и вся обработка. Стачивается только в путь!
Две горсти камней я истратил на тренировку и «черновики». Только потом принялся за «чистовой» кристалл.
Если бы мои поделки увидел кто-то из ювелиров, он бы меня просто убил. Или не просто, а сложно и страшно, за такое варварское обращение с драгоценным материалом. Слишком «простая» форма у Ланиного кулона. Восемь граней «сверху» и восемь «снизу». Всего шестнадцать. Этого удручающе мало для ювелирного изделия из кристалла такого размера, такой чистоты и такой стоимости.
Исходный камень до обработки весил около сорока пяти граммов, а это двести двадцать пять карат с ценой где-то, по самому плохому варианту, долларов семьсот за карат… Сто пятьдесят тысяч долларов, в грубом округлении.
После обработки осталось где-то грамм тридцать. Тысяч на сто вечно зелёных долларов за зелёный камень.
Что ж, будем надеяться, что ювелир мою поделку никогда не увидит. По многим причинам.
Потом было тихое проникновение в «святая святых» – спальню девушки (тот, кто считает, что с моими способностями замок можно только сломать, очень сильно ошибается: я же вижу весь механизм изнутри! Достаточно простой шпильки и ловких пальцев, чтобы мне покорился практически любой замочек), умиление её спящим личиком и подмена кулонов. Пришлось задействовать «скорость», чтобы извлечь шкатулку из дома, затем одеться в «скафандр» и извлечь камень из оправы. Один извлечь, другой вставить. Затем вернуть кулон в шкатулку, а шкатулку в спальню. В притык успел: чуть на месте не подпрыгнул, когда в Ланиной комнате будильник внезапно для меня сработал. Только «скорость» и спасла! Ещё бы секунда, и всё – спалился бы, девушка уже почти открыла глаза.
***
Однако, операцию можно считать успешной. Было сложно, но я справился. А самое главное: Лана не заметила подмену камня (оправа и цепочка остались прежними). Почему я так решил? Потому, что утром, в школу девочка шла с этим кулоном на своей шее. Я специально заострил на нём внимание, спросив, почему она всё же решила продолжать носить это украшение. Лана потеребила кулон (есть у неё такая привычка), ответила, что всё же не хочет отказываться от памяти о родителях и… ничего не заметила. Кулон прошёл проверку. Я же смог вздохнуть спокойно и больше не бояться, что внезапно грохнусь в обморок, попытавшись обнять свою девушку.
К сожалению, Лана Лэнг не единственный человек, имеющий украшения из осколков метеорита. Подобное, вообще, в нашем городе, чуть ли не «тренд», всё же «Смоллвиль – мировая столица метеоритов». Сколько за двенадцать лет было сделано и продано сувениров из этой зелёной пакости, одному только Богу известно. Так что то, что я вычистил от них всю округу: леса, поля, заброшенные здания, озёра и реки, ещё не значит, что я теперь могу чувствовать себя в безопасности… или, что работа моя окончена. Наоборот: лишь самая лёгкая часть закончена: дальше сложнее. Ведь теперь предстоит «очищать» от метеоритов город… А это значит – начинать вредительство, вандализм и хулиганство: вскрывать асфальт, подкапываться под фундаменты домов… проникать в сами дома и воровать метеоритные сувениры. Теми, что из Смоллвиля уехали, займусь позже, когда здесь закончу. В таком деле важна методичность, а не только напор.
***
Весь день мы с Ланой провели вместе. Ничего особенного не делали: обычный день в обычной школе. Потом шли вместе до остановки, ехали к дому, шли к крыльцу, долго на этом крыльце стояли, даже почти не целовались. Но почему-то было нам так хорошо, такая близость чувствовалась, такой комфорт, что… не подобрать слов. Такое можно только почувствовать и испытать самому.
А вот дома меня ждала гостья: Салливан. Хлоя заглянула по-соседски (да, она тоже живёт от меня не дальше, чем Лана). Она раньше часто в гости заходила. И она и Пит. Но с тех пор, как мы сошлись с Ланой, как-то эти визиты приостановились.
 
Хлоя ждала в моей «Крепости Одиночества», рассматривала вскрытый системный блок так и не проданного ещё компьютера.
– Кларк! – лишь бросив на меня взгляд и тут же вернувшись к прерванному занятию, обратилась-поприветствовала она. – Ты стал геймером?
– Геймером? – удивился я. – Почему геймером?
– Игровой компьютер на твоём столе, по-моему, достаточная «улика», – обличительно ткнула она пальцем в системник.
– Не игровой, а рабочий, – поправил её я.
– С игровой видеокартой и игровым процом? – изобразила лицом скепсис Салливан.
– Я собирал его по частям, с рук, б/у. Логично, что более-менее приличное железо продают именно геймеры, так как им постоянно требуется всё новый и новый «апгрейд».
– Рабочий? – продолжала излучать весёлый скепсис Хлоя.
– Рабочий, – кивнул утвердительно я.
– И что ты на нём делаешь?
– Программы пишу. На заказ. Заказы на фриланс-сайтах беру.
– И как? Успешно?
– Вполне, – улыбнулся я. – Вон, ноутбук уже прикупил на заработанные деньги. Этот компьютер продаю – объявление в Сети выложил. Правда, желающих пока нет.
– Ноутбук? – удивлённо посмотрела в указанном направлении Салливан. Видимо, спокойно стоящий в углу специальный портфель она раньше не замечала. – Но это же… дорого!
– Б/у. У Лекса Лютера взял по дешёвке. Он себе новый как раз собирался купить.
– Ноутбук Лекса Лютера?! Я хочу это увидеть! – загорелась энтузиазмом девочка-гик.
– Смотри, – с улыбкой пожал плечами я. – Он не запоролен. Можешь даже в Интернете с него полазать – у меня тариф безлимитный.
– Тариф? А что за Интернет у тебя? Диалаповский?
– Нет. Джи-Пи-Эр-Эс. Через мобильный телефон подключается.
– Буржуйствуешь? – вскинула брови Салливан.
– Есть немного, – признался я. Тем временем, девушка уже извлекла ноутбук, восхищённо его рассмотрела, присвистнула, глянув на логотип Wayne Electronics на его крышке. Затем открыла, включила и влезла в настройки.
– Вот это машина! – восхищённо-завистливо воскликнула Салливан. – Вот это параметры!!! Наш факеловский комп тут и рядом не проходил даже! Так… а на чём пишешь?
– Ассемблер, Си, Дельфи, в основном, но и Пэ-Хэ-Пэ с Аш-Тэ-Мэ-Элем иногда, если скрипты или движки для сайтов заказывают.
– Хм… а не слишком ли… амбициозно? – с большущим сомнением посмотрела на меня Хлоя, типа: «А не пи***бол ли ты, часом?». Что ж, понимаю её скепсис, но она же о возможностях моих мозгов не знает. Мне ведь и правда всё равно на каком языке программирования писать: да хоть на Алголе или Ку-бейсике. Концептуально-то они все одинаковые… по большей части. Естественно со своими особенностями и фишками. Хотя, конечно ставить знак равенства между Асмом и Си совершенно некорректно, но… моим мозгам, на самом деле нет разницы. Это нарушает законы логики, но это так. Я вообще, само моё существование, нарушает любые законы: физики, химии, логики… но, опять же, я просто есть.
– Пока получается, – пожал плечами в ответ. – Видимо, сложность задачек пока не высокая.
– Возможно, – вздохнула Салливан, вновь возвращая своё внимание компьютеру. Минуты полторы полазав по его содержимому, Хлоя вздохнула и повернулась ко мне. – Какой-то он скучный. Я, честно говоря, большего ожидала от компьютера мальчика, тем более Лекса Лютера: где крутые игры? Где музон? Где порнуха, в конце концов? Одни среды программирования да офисные программы с браузером – стерильная скука!
– Ну, комп уже не Лекса, а мой: я же его сразу же полностью форматнул и по новой установил только то, что мне нужно для работы… вот такой вот я скучный.
– Да… разочарование, – покачала головой Хлоя. – А где фотографии?
– Какие фотографии? – не понял я.
– Ваши с Ланой фотографии. У вас же всё серьёзно? – немножко сильнее напрягшись, чем по логике беседы следовало бы, спросила Салливан.