( Не )фиктивная жена для миллионера (СИ)

Акулов тяжело вздохнул и надавил пальцами на переносицу.
— Мы с тобой будем жить под одной крышей, Волкова. Двое взрослых, половозрелых людей. Возможно, долгое время. Ты будешь нужна мне в любое время суток... — я набрала в лёгкие воздуха, чтобы ответить, но Михаил выставил руку вперёд, сделав упреждающий жест, чтобы я не перебивала его, — мне выгоднее всегда иметь тебя под рукой, это экономит мои ресурсы, в том числе, самый важный из них — время, а за период исполнения наших обязательств с нами, ну или между нами, многое может произойти...
  
Я не выдержала.
— То есть, запретив мне все отношения с мужчинами, вы думаете, что я от голода кинусь в ваши объятия и запрыгну в вашу постель?! — я уже даже нормально соображать не могла от зашкалившего в этом кабинете уровня абсурда.
— Волкова, ты всё утрируешь. Договор на то и подписывают, чтобы исключить все возможные последствия, — затем пригвоздив, произнёс, — или ты уже размечталась? — нагло улыбнувшись.
— Не я же пишу такие условия в контракт, — парировала я, закрывшись, сложив руки на груди, — кто ещё мечтает большой вопрос. А последствия? Что за последствия? — решила уточнить.
— Беременность, Волкова, и прочие неприятности, — уточнил он.
— Я не собираюсь с вами спать, значит, и последствий никаких не будет, — сказала как отрезала, вот уж точно, этот мужик — последний человек, с которым я буду заниматься любовью.
Он лишил меня способности ясно мыслить. Да ещё подвёл мой голодный желудок, подав урчащие китовые звуки.
— Ну раз не предвидится никаких последствий, Волкова, и со всем остальным ты согласна, тем более подписывай, — он размашисто поставил на своём экземпляре подпись и придвинул мой ко мне поближе.
— По крайней мере, я теперь хотя бы представляю, в чём состоят мои обязанности по нашей договорённости, — пробурчала я недовольно.
— Ну вот, Волкова, ничего сложного. Просто будь всегда под рукой, — Акулов кивнул, и на его чувственных губах появилась холодная улыбка.
Скрепя сердце я подписала, хотела поскорее со всем покончить. Теперь предстояло выполнить условия контракта и получить вознаграждение. Как будто это было легко. С другой стороны, босс был заинтересован. И я возьму от этой сделки всё, что могу, но чувствовалось, что с ним определённых граней нельзя было переходить. А также помнить, что потом я стану рядовой сотрудницей, которая легко может вылететь из компании по одной только его недовольно поднятой брови.
Проследив за тем, чтобы я правильно вписала свои реквизиты, сверив их с моим паспортом, он вернул мне мой экземпляр контракта.
Затем Акулов ещё несколько минут о чём-то разговаривал с адвокатом, а я себя чувствовала, словно в ловушке. Связанной по ногам и рукам. Он небось думает, что я легкомысленная и что всё о чём думаю это парни. Ему и в голову не приходило, что я мечтаю только о том, как бы раздобыть деньги, чтобы помочь маме.
Босс вышел от стряпчего явно в хорошем настроении.
— На работу? — уныло спросила я.
— У нас есть ещё дела, — как всегда, безапелляционно произнёс Акулов.
А это означало, что я снова буду голодной. Может по дороге удастся чего-нибудь перекусить? Но моим мечтам не суждено было сбыться. Дорогое, мощное авто Акулова, как и он сам, затормозило возле сверкавшего стеклянными витринами салона красоты. Нет. Не так. Это был не просто салон красоты. В этом относительно невысоком здании в стиле а-ля сталинский ампир творилась красота, такая, что салону и не снилась.
Стоило Акулову пройти в холл, как к нему тут же кинулась девушка-администратор.
— Михаил Александрович, доброе утро! Мы вас ждали! — проговорила она вежливо-услужливым голоском, — как обычно?
Я просеменила рядом, стараясь не особо пялиться на окружившее меня королевство зеркал и стеклянных поверхностей.
— Сегодня нет, — и кивнул в мою сторону.
Девушка наконец-то перевела взгляд на меня, и в глазах я прочла замешательство, даже растерянность, затем, как профессионал, собралась и спросила:
— Никита?
— Да, — вновь кивнул он, смотря сквозь девушку.
Она сделала пару звонков, и в холл выплыл невысокий, пухлый мужчина. Он позвал нас в один из залов, в котором можно было смело проводить балы, а не чесать клиентов.
— Никита, — представился он мне, галантно поцеловав руку.
— Катя, — ответил за меня Михаил.
Никита чуть свёл брови вместе, но промолчал.
— Что желает дама? — он вновь обратился ко мне.
— Дама ничего не желает. Желаю я, — как только я открыла рот, опередил меня Акулов.
— Розу? — загадочно произнёс стилист, усаживая меня за кресло перед зеркалом.
Босс неопределённо махнул рукой, но всё же уточнил:
— Предпочитаю пионы.
— Понял, — услужливо проговорил Никита, — вы пока, Михаил Александрович, пройдите в гостевой холл, вам принесут всё, что вы пожелаете, а даму оставьте на моё попечение.
Стоило ему это произнести, как у входа в залу я услышала женский голос, суетливо выкрикнувший:
— Кто она? Я хочу видеть.
  
Глава 8
 
Я замерла на месте. Замер Никита, крепко держась за копну моих русых волос. В воздухе повисло напряжение. Лишь только Акулов невозмутимо взглянул мне в глаза, затем повернулся к дверям. В залу вошла тонкая, сухая, высокая женщина, возраст которой определить было невозможно: ухоженная, хорошо одетая и очень стильная. С чихуахуа на руках. На её плечах был небрежно накинут красный пиджак, так красиво контрастирующий с белыми сапогами и платьем. В мочках ушей, на шее и вокруг запястий висели крупные украшения. Она оглядела помещения свысока и, увидев меня, подняла бровь.
— Это она? — вновь спросила женщина, теперь уже не в пустоту, а у Михаила Александровича.
— А меня ты, значит, не замечаешь? — ответил вопросом на вопрос Акулов, подходя к даме.
Та проигнорировала его, отодвинув, и стала надвигаться на меня. Мне не оставалось ничего, кроме того, как встать. Я бросала отчаянные взгляды на босса. Женщина всучила растерянному Никите собачку и всмотрелась в моё лицо. Пауза затянулась.
— Здравствуйте? — я не поздоровалась, я спросила, робко.
Ещё несколько томительных секунд изучения меня, за которые я успела подумать, к примеру, что, возможно, Акулов просто жиголо, живущий за счёт одиноких и богатых женщин. Но сразу отмела такие мысли от себя, потому что это как-то не увязалось в моём представлении с его образом.
— Она милая, — выдала дама и, улыбнувшись мне, затем повернулась к Михаилу, — ну и к чему эти тайны мадридского двора, надо было давно познакомить нас.
Я молчала, но в стороне не остался Акулов. По выражению его лица, я поняла, что мне почему-то придёт хана, полная и безоговорочная. Хотя я вообще не понимала, при какой здесь виновата.
— Мы не хотели афишировать, — произнёс он и подошёл ко мне ближе, приобнимая меня, отчего мои глаза стали настолько огромными, что Акулов насмешливо улыбнулся и прошептал мне в ухо, — твои глаза как у лемура, обратно их в себя втяни, — а как ты вообще...?
— У меня есть свои люди везде, ты же знаешь, Мишенька, — она чуть ли не потрепала его по щеке, отчего я хотела рассмеяться, но, взглянув на убийственную улыбку босса, подавилась смехом.
— Галя, — сообразил Михаил Александрович.
— Так я тебе и рассказала, — парировала женщина и обратилась ко мне, — я — Дарья Алексеевна, тётя этого оболтуса.
— Катерина Волкова, — как всегда ответил за меня Акулов.
— Когда свадьба? — спросила Дарья Алексеевна без обиняков.
— Мы никуда не торопимся, — казалось, что босса ничего не берёт, он даже не смутился.
— Ну, Миша, часики-то тикают, — женщина улыбнулась, — он такой затейник, всё работает да работает, не понимает, что человеку нужен человек, нужна семья, дети, в конце концов. Кстати, Сам здесь, ждём вас у нас в выходные, он, да и я, не потерплю никаких отказов.
— Ты только за этим приходила?! — искренне удивился Акулов, — мне бы такую осведомлённость.