Весь Дэвид Болдаччи в одном томе (СИ)
Здание было разделено на несколько тематических зон. На первом этаже собраны экспонаты из мира науки и техники. В центре стоял огромный старинный паровоз, прикрепленный к полу. На втором этаже находились экспозиции по культуре, социальной и политической истории США, в восточном крыле — галерея Национального музея афроамериканской истории и культуры. Третий этаж был отведен войнам и политике, а еще там была знаменитая выставка, посвященная президентам США.
Эми и мальчики остановились в просторном вестибюле.
— С чего начнем? — спросил Дэн.
— Пожалуй, надо спросить у работников музея, — заметил Аттикус. — Может быть, здесь есть постоянная выставка, посвященная Льюису и Кларку.
— Отличная мысль! — признала Эми и добавила: — Остерегайтесь Изабель Кабра! Вряд ли она путешествует без охраны, так что смотрите в оба.
В справочном отделе ребята узнали, что экспозиция Льюиса и Кларка находится на третьем этаже.
Мериуэзер Льюис и Уильям Кларк были военными. Томас Джефферсон, тогдашний президент США, поручил им руководить первой экспедицией на Северо-Западные территории, которые выкупили у Франции в 1803 году. Исследователи прошли до самого побережья Тихого океана.
В пути к ним присоединилась молодая женщина по имени Сакагавея из индейского племени шошонов. Она помогла провести экспедицию на запад через Скалистые горы. Путешествие было самым длинным и трудным в истории Америки, поэтому современники почитали Льюиса и Кларка как величайших героев.
Ребята поднялись на третий этаж и быстро нашли нужную экспозицию.
В стеклянных витринах стояли личные вещи участников легендарной экспедиции, к каждой прилагалась табличка с подробными описаниями. Однако и через двадцать минут напряженных поисков друзья не обнаружили ничего, что могло бы им пригодиться.
— Да ничего тут нет, — заявил Дэн. — Надеюсь, мы убили столько времени не напрасно. Сейчас были бы уже на полпути к западному побережью…
— Моя мать говорила про Льюиса и Кларка перед самой смертью, — твердо сказал Аттикус. — Вряд ли она стала бы тратить время на бесполезные сведения!
Дэн устыдился и примирительно сказал:
— Аттикус, я не имел в виду ничего такого! Вдруг она бредила?
— Нет, не бредила! — решительно заявил Аттикус. — Я уверен, она прекрасно понимала, что происходит.
— Изабель Кабра приехала сюда не просто так, — добавил Джейк.
— Мы не знаем, зачем она здесь, — сказала Эми. — Вашингтон — город большой. Мы сами решили, что ее поездка связана с Льюисом и Кларком. Точнее, это я предположила.
Пока они спорили, к ним подошла женщина в ярко-красном платье и сказала:
— Льюисом и Кларком сегодня многие интересуются.
Ребята изумленно уставились на высокую доброжелательную брюнетку лет пятидесяти с большими карими глазами.
— Выставку осматривал еще кто-нибудь? — уточнила Эми.
— Да, незадолго до вас, — кивнула женщина. — Кстати, меня зовут Нэнси Гвин. Я профессор, куратор музея. Льюиса и Кларка я изучаю уже много лет.
— Вы-то нам и нужны! — обрадовалась Эми.
— Неужели? — удивилась профессор Гвин.
— Мы приехали из другого города, чтобы собрать материал для конкурсной работы по Льюису и Кларку. Понятное дело, многие факты о легендарной экспедиции широко известны, и все же мы надеемся найти что-нибудь эдакое! — Эми показала на застекленные витрины. — Об этих предметах мы уже написали. Скажите, у вас есть какие-нибудь другие экспонаты, которые не попали на выставку?
Профессор Гвин кивнула:
— Разумеется. Их много, все просто не поместились.
— Вы сказали, кто-то уже интересовался личными вещами исследователей. Это случайно не девушка вроде меня, только блондинка с волосами до плеч? Видите ли, для нас конкурс очень важен, по его результатам могут зачислить в колледж!
— Нет, она была гораздо старше. Привлекательная брюнетка лет сорока, весьма напористая. Знаете, я вроде бы видела ее раньше.
Ребята переглянулись. Речь явно шла об Изабель Кабра.
— Она приходила одна? — спросил Дэн. — Здорово смахивает на учительницу, которая руководит группой наших соперников.
— Да, одна. Действительно, она вела себя как учительница и тщательно выговаривала слова.
— Еще бы. Она не обращалась к вам с какой-нибудь необычной просьбой? — спросила Эми.
Профессор Гвин задумалась.
— Она очень просила взглянуть на компас Льюиса и Кларка. Я бы сказала, даже настаивала.
— Компас! — воскликнула Эми и прищелкнула пальцами. — Ну конечно! Тот самый компас. — Она переглянулась с мальчиками. — Мы сделаем его центральной темой нашей статьи!
Эми обернулась к профессору Гвин.
— Можно нам тоже на него взглянуть?
Женщина покачала головой:
— Ваша учительница предварительно послала запрос. Таковы правила Смитсоновского института — экспонаты из запасников выносятся только при наличии специального разрешения.
Эми расстроенно покачала головой.
— На прошлой неделе она сказала нам, что никаких запросов не нужно. А ведь она состоит в оргкомитете конкурса…
— Это нечестно! — возмутилась профессор Гвин. — Она ввела вас в заблуждение.
Эми с Дэном промолчали и с надеждой посмотрели на куратора.
— Если она осматривала компас, то вы тоже должны его увидеть, — решила она. — Так будет справедливо. Кредо Смитсоновского института — просвещать и обучать! Подождите меня пару минут.
После того как куратор отошла, Дэн заметил:
— Эми, с каждым днем ты врешь все лучше и лучше. Я уже начинаю беспокоиться!
— Поздновато спохватился, — улыбнулась Эми. — Кто бы говорил! «Здорово смахивает учительницу, которая руководит группой наших соперников»!
— Ну, я решил тебе подыграть, — усмехнулся Дэн.
— Зато теперь ясно, что Изабель тут была и интересовалась экспедицией, — вставил Аттикус.
— Ты был прав, — согласился Дэн. — Молодчина, Аттикус!
Вернулась Нэнси Гвин с черным футляром. Она успела надеть белые одноразовые перчатки. Куратор положила экспонат на стол и открыла крышку.
— Вот легендарный компас Льюиса и Кларка! — восторженно объявила профессор Гвин. — Мериуэзер Льюис сам купил его в тысяча восемьсот третьем году, готовясь к экспедиции по поручению президента Томаса Джефферсона. К осени тысяча восемьсот шестого года, по возвращении путешественников в Сент-Луис, приборов и оборудования уцелело совсем немного. К счастью, компас был в их числе. Кларк оставил его себе на память, потом подарил другу. В начале тридцатых годов двадцатого века потомки передали компас в дар Смитсоновскому институту. — Она достала прибор из футляра. — В те времена он стоил пять долларов. Льюис приобрел его у знаменитого мастера — Томаса Уитни. Круговая шкала изготовлена из посеребренной латуни, корпус сделан из красного дерева. К нему также прилагается кожаный футляр. Очень тонкая работа!
Ребята сгрудились, чтобы рассмотреть прибор получше, но ничего необычного так и не заметили. Джейк с Дэном принялись фотографировать его на мобильники.
— А можно взглянуть на нижнюю сторону корпуса? — поинтересовалась Эми.
— Не поверите, та женщина тоже об этом попросила.
Куратор перевернула компас, Джейк с Дэном немедленно его сфотографировали.
— Что это там написано? — спросила Эми и склонилась над компасом.
Профессор Гвин внимательно присмотрелась.
— Действительно, на корпусе нацарапаны какие-то цифры. С годами они сильно поистерлись. Мы так и не выяснили, что они означают. Вероятно, во время путешествия запись сделал либо Льюис, либо Кларк. Взял первое, что попалось под руку.
Эми посмотрела на Дэна. Они оба знали, что Льюис и Кларк принадлежали к клану Томасов. Эта ветвь Кэхиллов славилась феерическим упрямством и невероятной целеустремленностью. Томасы первыми высадились на Луне, а Льюис и Кларк пробились сквозь дебри и горы до побережья Тихого океана! Эми сомневалась, что они стали бы царапать какие-то бессмысленные цифры на компасе, который благодаря Уильяму Кларку уцелел до наших дней.
