Весь Дэвид Болдаччи в одном томе (СИ)

Он прошёл по коридору дальше, в переднюю часть коттеджа, и не заметил тонкого луча сигнализации, пересекавшего коридор на уровне колен. Ли пересёк этот луч, и где-то в глубине дома послышался тихий щелчок. Ли вздрогнул и замер на секунду, водя стволом пистолета из стороны в сторону, затем успокоился. Дом старый, а старые дома постоянно издают разные звуки. И все же он немного нервничал, что было вполне объяснимо. Ведь сам этот дом, само его расположение словно появились из фильма ужасов «Пятница, 13-е».
Ли вошёл в одну из комнат в передней части дома. Луч фонарика выхватил из тьмы расставленную вдоль стен мебель. А потом Ли увидел на пыльном полу следы ног и какого-то предмета, который кто-то волок за собой. В центре комнаты стол, рядом тесно составленные складные стулья. На одном конце стола несколько пластиковых чашек из-под кофе и кофемолка. Рядом с кофемолкой — пакетики сахара, растворимого кофе и сливок.
Ли бегло оглядел все это, потом перевёл взгляд на окна и вздрогнул. На окнах были не только плотно задёрнутые шторы; изнутри их прикрывали большие листы фанеры, из-под краёв которых торчали края штор.
— Черт! — тихо выругался Ли. Выйдя, он увидел, что маленькие квадратные окошки в дверях тоже забиты, только не фанерой, а кусками картона. Он достал из рюкзака камеру и сделал несколько снимков двери и окон. Затем, желая завершить осмотр как можно скорее, поспешил по лестнице на второй этаж. Осторожно приоткрыл дверь одной из спален, заглянул внутрь. В ноздри ударил запах плесени. Стены здесь были не закончены. Ли приложил ладонь к стене и почувствовал, как тянет сквозняком. Через щели в маленькое помещение просачивался воздух с улицы. Задумчиво постояв секунду-другую, Ли вдруг заметил исходящий откуда-то сверху слабый свет. И сразу понял, что это луна: лучи её проникали через щель в том месте, где стены должны были соприкасаться с крышей.
Он осторожно открыл дверцу шкафа. Она так пронзительно заскрипела, что Ли затаил дыхание. Ни одежды, даже ни одной вешалки! Он покачал головой и прошёл в смежную со спальней ванную комнату. Там все было устроено более современно: навесной потолок, пол из линолеума в крапинку, отделанные пластиком стены с наклеенными на них обоями в цветочек. Душ с гибким шлангом из стекловолокна. Но ни полотенец, ни туалетной бумаги, ни даже мыла здесь не оказалось. Как помыться или просто освежиться — непонятно.
Ли прошёл в соседнюю спальню. Здесь от покрывал так несло плесенью, что он едва не зажал нос. В шкафу тоже ровным счётом ничего.
Как-то все это странно, бессмысленно. Ли стоял в пятне лунного света, проникающего через окно, чувствовал, как тянет сквозняком из многочисленных щелей в стенах, и недоуменно качал головой. Что делать здесь Фейт Локхарт? Вряд ли это подходящее место для любовного гнёздышка. Ли с самого начала решил, что она использует коттедж именно с этой целью, хоть и видел её с какой-то высокой женщиной. Впрочем, пути любви неисповедимы. Но даже залив ноздри цементом, они едва ли могли бы предаваться любовным утехам на проплесневелых простынях.
Спустившись вниз, Ли прошёл через холл в ещё одну просторную комнату, где, как он полагал, находилась гостиная. И здесь тоже окна были закрыты листами фанеры. На одной из стен висела книжная полка — без единой книги. Потолок тоже не закончен, как и на кухне. Ли повёл лучом фонарика вверх и разглядел короткие деревянные плашки, прибитые между балками под углом в сорок пять градусов и образующие на потолке крестообразный ряд. Здесь использовалось другое дерево, более светлое и с непохожей текстурой. Нечто вроде дополнительного укрепления? Но разве оно необходимо в этом коттедже?
Он снова покачал головой с видом человека, обречённого терпеливо нести свой крест. Теперь ко всем тревогам добавилась ещё одна: Ли подумал, что этот проклятый второй этаж может в любую секунду обрушиться ему на голову. Он уже представлял себе примерно такие заголовки: «РАЗВЕДЧИКУ, ПРОВОДИВШЕМУ ФОТОСЪЁМКУ, НЕ ПОВЕЗЛО, ЕГО УБИЛ ОБРУШИВШИЙСЯ СВЕРХУ БЛОК ТУАЛЕТА И ВАННОЙ. БЫВШАЯ ЖЕНА-БОГАЧКА ОТКАЗАЛАСЬ ОТ КОММЕНТАРИЕВ».
 
Он повёл лучом фонарика в сторону и замер. В одной из стен виднелась дверь. Наверняка чулан или встроенный шкаф. Вроде бы ничего особенного, однако дверь заперта на задвижку с замком. Ли подошёл и тщательно осмотрел замок. Потом пригляделся и увидел на полу, прямо под ним, маленькую кучку древесной пыли. Очевидно, она осталась после того, как человек, устанавливавший это запорное устройство, просверлил в деревянной двери отверстие. Внешние замки. Система сигнализации. Здесь замок установлен совсем недавно. Что же там, за дверью, такого ценного, что заставило предпринимать все эти хлопоты?
— Черт! — снова выругался Ли. Ему захотелось немедленно уйти из этого странного дома, но он никак не мог оторвать взгляда от замка. У Ли Адамса был один недостаток — если это вообще можно считать недостатком для человека такой профессии — любопытство. Его притягивали разные секреты и тайны. А люди, пытавшиеся скрыть или спрятать что-то, раздражали сверх всякой меры. Твёрдо убеждённый в том, что власть и деньги идут по земле рука об руку и только создают препятствия для таких простых людей, как он, Ли свято верил в необходимость полного и честного разоблачения. И вот, решив подкрепить свою веру действием, он зажал фонарик под мышкой, сунул пистолет в кобуру и достал свой волшебный набор под названием «Сезам, откройся». Пальцы ловко прикрутили к головке подходящую по размерам отмычку. Вздохнув, Ли поднёс отмычку к замку и включил моторчик.
Засов отлетел в сторону, и Ли, снова громко вздохнув, извлёк пистолет из кобуры, нацелил на дверь и повернул ручку. Нет, он вовсе не думал, что там, за дверью, кто-то засел и готов наброситься на него. Просто Ли побывал в разных переделках и знал, что всякое возможно. Шут его знает, может, там все же кто-то есть.
Но увидев, что находится в чулане, Ли решил: уж лучше бы кто-то действительно набросился, было бы проще. Тихо чертыхнувшись, он сунул пистолет в кобуру и бросился прочь.
В чулане высветилась большая чёрная панель какого-то электронного оборудования, мигающая красными лампочками.
Ли вбежал в соседнюю комнату и начал водить лучом фонарика по стенам, снизу вверх. И вскоре обнаружил то, что ожидал. Видеокамеру на стене, под самым потолком, рядом с пятном плесени. Блестящие маленькие линзы устройства, предназначенного для наблюдения и сигнализации. При таком плохом освещении заметить её было бы просто невозможно, если б в линзах не отразился свет фонарика. Ли повёл лучом и увидел ещё четыре линзы.
Святый Боже! Звук, который он слышал чуть раньше. Должно быть, по неосторожности Ли привёл в действие устройство, включившее камеры. Он поспешил назад, к чулану в гостиной. Посветил внутрь фонариком.
«Удалить». Что, черт возьми, означает это «удалить»? Он надавил на кнопку под надписью, но ничего не произошло. Надавил ещё раз и ещё. Жал на все кнопки подряд. Никакого результата. Заметив второй маленький инфракрасный вход в передней части панели, Ли сразу все понял. Машина контролировалась с помощью пульта дистанционного управления, и все кнопки на панели были заблокированы им. У Ли кровь застыла в жилах при мысли о том, какие функции способно осуществлять это устройство. Он уже размышлял, не пустить ли пулю в эту штуковину, чтоб заставить её выплюнуть драгоценную плёнку. Нет, не пойдёт, она наверняка защищена броней, и дело кончится тем, что пуля срикошетит и достанется ему. А что, если чёртова машина передаёт информацию через какой-нибудь спутник-шпион? Что, если там установлена камера? И сейчас на него смотрят люди? Он едва сдержал желание показать им кукиш.
Ли уже собрался уходить, но тут его, что называется, осенило. Начав судорожно рыться в рюкзаке, он отметил, как дрожат руки. Достал небольшую коробочку, немного повозился с крышкой и открыл. В коробочке лежал маленький, но очень сильный магнит.
Магнит — весьма популярный у взломщиков инструмент, идеальное средство для обнаружения оконных шпингалетов, после того как вы выдавили стекло. Без него эти хитрые шпингалеты, запорные устройства на окнах, становятся непреодолимым препятствием. В данном случае магнит должен был сыграть обратную роль: помочь Ли не прорваться внутрь, а, как он надеялся, найти невидимый пока выход.