Весь Дэвид Болдаччи в одном томе (СИ)

— Я имею на это право по закону, так что не притворяйтесь, что делаете мне одолжение. — Рой посмотрел на ее блокнот. — И я заявлю ходатайство об отклонении всего, что он мог вам сказать. И буду требовать расследования этой чертовой истории, потому что она воняет, что бы там ни решил Верховный суд.
— Меня удивляет одна вещь, — невозмутимо произнесла Мона.
— Какая?
— Поскольку я укажу вас в качестве существенного свидетеля по этому делу — в конце концов, вы нашли тело и можете считаться личностью, представляющей интерес для следствия, — как вы собираетесь представлять мистера Докери при таком вопиющем конфликте?
Рой выглядел как человек, которого только что ударили топором.
Улыбка Моны стала шире.
— Судя по вашему невозмутимому лицу, об этом вы не задумались. Вот что я вам скажу, Рой. Я откажусь от любых возражений, которые могут возникнуть в связи с этой маленькой загвоздкой правовой этики, и если судья согласится, вы будете адвокатом мистера Докери.
— И почему вы так поступите? — настороженно спросил Рой.
— О, вы имеете в виду quid pro quo [223]? Ну давайте подумаем. Я не люблю, когда адвокат что-то отклоняет. И очень не люблю, когда он требует каких-то расследований. Я думаю, нам здесь нужен чистый лист.
Мона выжидающе смотрела на него, ее лицо выражало снисхождение и торжество.
— Иными словами, я забываю о трюке, который вы выкинули, — и вы разрешаете мне представлять моего клиента?
— Я не выкидывала никаких трюков. Я действовала полностью в пределах своих прав.
— Я могу получить отказ от суда.
— Только не благодаря мне.
— Так, давайте я попробую разобраться… Если вы утверждаете, что действовали здесь в рамках закона, тогда зачем вы предлагаете сделку, которая позволит мне представлять моего клиента?
— Потому что я хочу, чтобы вы остались адвокатом Лу.
— Почему?
Мона подалась вперед и тихо, чтобы ее слышали только Рой и Мейс, сказала:
— Если вас дисквалифицируют, они могут назначить настоящего адвоката, и это усложнит мне работу. Есть тонна высококвалифицированных общественных защитников, которые просто облизываются на это расследование, и все они знают свое дело. Зачем же играть против основного состава, когда есть запасной?
Она взяла свой портфель и засунула туда блокнот.
— Увидимся завтра в суде. — Обернулась к Капитану: — Да, Лу, пока не забыла…
Данфорт достала из кармана еще один «Твинки» и бросила ему, как бросают кость собаке. В следующую секунду она и детективы вышли, оставив Капитана пожирать очередной бисквит с кремом.
  
Глава 93
 
Рой забился в угол рядом с Мейс, пока Капитан тупо глядел в стену, вытирая остатки крема со рта.
— Может, она и права. Может, я запасной состав, — сказал Кингман.
Мейс стукнула его по руке.
— Так, принимаем правило: Мона никогда не бывает права.
— Мейс, Капитан заслуживает лучшего представителя. Я даже не заметил этой проблемы со свидетелем. А она такая большая, что грузовик поместится… Я бы пошел завтра в суд и получил отвод. От Моны и судьи.
— Капитан хочет тебя.
— Да ладно, он сам не знает, чего хочет. Кроме «Твинки».
— Рой, ты справишься. Даже если и заржавел немного в прецедентном праве, ты не заметил проблемы со свидетелем, потому что знаешь — ты невиновен, и хочешь помочь Капитану.
— Мейс, нельзя защищать обвиняемого в убийстве первой степени, если ты хоть чуть-чуть заржавел. Тут нет места для ошибок. Тем более сражаясь с Моной. Я знаю, ты ненавидишь эту женщину, и я тоже, но она хитра.
— И абсолютно лишена этики. Она буквально подкупила Капитана дешевой едой и большим вырезом.
— Но от этого она становится только опаснее.
— Суть в том, Рой, что ты принял решение представлять Капитана. За это твоя фирма вышвырнула тебя. Хочешь приползти к ним на коленях и умолять вернуть работу за большие баксы? И пусть бездомному ветерану назначат какого-нибудь косящего под Перри Мейсона адвоката, которому будет без разницы, отправится ли тот за решетку на всю жизнь? Ты этого хочешь?
 
— Конечно, нет, — горячо ответил Рой.
— Тогда в чем проблема? Мона только что бросила тебе вызов. Она собирается надрать тебе задницу. О'кей, супер. Но я знаю одного амбициозного парня, у которого в пароле к компьютеру счет его последнего баскетбольного матча. Этот парень не забывает поражений и не станет подставлять другую щеку. Однако сейчас это не просто игра. И ты нужен Капитану. Рой, ты ему нужен.
Кингман посмотрел на Мейс, на Капитана, потом опять на Мейс.
— Ладно, но мне потребуется помощь, чтобы нарыть кое-что полезное.
— Считай, уже сделано.
— Ты? Но ты же завтра едешь в Ньюарк по поводу Мелдона.
— Этот след может привести нас к убийце Дианы.
— Ты правда в это веришь?
— Я сама сейчас не знаю, во что верю. Но халтурить в этом деле не собираюсь.
— Честно сказано.
— Значит, ты продолжаешь, как есть?
— Да.
— Тогда, наверное, я могу тебе сказать.
— Что сказать?
— Пока я сюда ехала, Бет звонил Лоуэлл Касселл.
— И?..
— В сперме, найденной в Диане, нет желтка-буфера. Она не из «Потомакского криобанка».
Рой взглянул на Капитана, который ковырялся в зубах.
— О'кей, время контроля нутра… Ты веришь, что он это сделал?
Мейс тоже посмотрела на старого солдата.
— Я говорила с Бет на этот счет. Она согласилась, что вокруг Дианы и вашей фирмы происходит что-то странное. Но при этом отметила, что ее убийство может быть абсолютно с этим не связано. Возможно, это просто случайное преступление.
— Так ты думаешь, он это сделал?
— Нет, Рой, не думаю.
— Тогда какой во всей этой чертовщине смысл?
— Смысл определенно есть. Нам только нужно вычислить, в чем он заключается.
  
Глава 94
 
Они потратили еще час, пытаясь получить от Капитана хоть какие-то ответы. Разговор часто становился односторонним, когда ветеран терял интерес, начинал дремать, отвлекался на какие-то несвязанные темы или просил еще «Твинки». Он не мог адекватно описать человека, который подошел к нему на улице и спросил, не хочет ли он заработать по-быстрому двести баксов. Этот человек становился большим, маленьким, толстым, худым, лысым, но с волосами… Капитан не заходил в это место через переднюю дверь; он не помнил вывеску. Он сказал, что рылся в большом зеленом мусорном контейнере, пока тот человек все готовил. Мейс пометила себе проверить, есть ли такие контейнеры рядом с «Потомакским криобанком». Капитан помнил, что внутри имелась маленькая темная комната. Ему дали чашку и «журнал с девочками». Ему потребовалось много времени, но он выдал требуемый образец, а потом получил деньги.
— Лу, ты можешь что-нибудь вспомнить об этом месте? Хоть что-нибудь? — спросил Рой.
— Запах.
— На что этот запах был похож? — спросил Рой.
— Сложно сказать… — Капитан запустил пальцы в лохмы на макушке. — Не такой, как у меня. Очень чистый.
Рой обернулся к Мейс:
— Там действительно пахло антисептиком. Как в больнице.
— Ну это же вроде клиники.
— Да, но суд вряд ли сочтет запах железным доказательством.
— Будто ты их от него ждал, — тихо сказала Мейс.
Они вышли от Капитана и вернулись в гостевой дом Альтмана, где Рой начал разрабатывать стратегию на завтрашнее слушание.
— Все будет быстро и формально, — сказал он. — Я заявлю о невиновности. Мона попросит суд о задержании и довольно быстро получит постановление о привлечении в качестве обвиняемого. И вот тогда начнется настоящая работа. Когда ты уезжаешь в Ньюарк?
— В семь утра на «Акеле». Поезд приходит в Ньюарк примерно в 9:30. От станции до этой фирмы где-то двадцать минут на такси. Я поговорю с ними, надеюсь, что-то получу, успею на обратный поезд и вернусь сюда днем.