Весь Дэвид Болдаччи в одном томе (СИ)
Мейс рыскала взглядом по сторонам, пока не заметила длинный кусок стальной цепи. Она схватила его и намотала себе на руку.
— Вот это подойдет.
— Погоди минуту. Приедут пожарные, найдут нас, и твоя сестра узнает, что ты была здесь.
— Я не собираюсь оставаться тут, когда приедут пожарные.
— Но я думал…
— Если плохие парни не вломятся через минуту в дверь, значит, их напугала тревога. И тогда мы с тобой убираемся отсюда к черту до приезда пожарных.
— Я предпочел бы немного другой план.
— Рой, я держу десятифунтовую цепь. Не раздражай меня.
Через минуту они услышали приближающуюся сирену. Мейс бросила цепь, они метнулись к двери и скатились вниз по лестнице. Пробежав через вестибюль, зашли в гаражный лифт в ту минуту, когда у передней двери показались пожарные. Даже не посмотрев, стоит ли еще в гараже «Маркиз», оба выскочили на улицу и побежали прочь от здания.
— Что теперь? — задыхаясь, спросил Рой, когда они перешли на шаг.
Мейс взглянула на часы.
— Не хочешь выпить кофе?
— Чего? Нас только что пытались убить, а тебе нужен стимулятор?
— Ага, в «Симпсонс» в Джорджтауне. Где в пятницу ужинала Толливер.
— А… Ладно.
— А потом можно будет вломиться в ее дом.
— Господи Боже…
Глава 69
Тем же вечером, но намного позже, Дон Хоуп и Карл Рейгер шли по длинному коридору. Они находились в нескольких этажах ниже уровня земли; стены покрывали материалы, препятствующие любым формам электронного наблюдения. И это было правильно, поскольку немногие здания в стране хранили больше секретов, чем это, включая командный центр ЦРУ в Вирджинии и штаб-квартиру АНБ [212] в Мэриленде.
Оба мужчины выглядели встревоженными, когда остановились перед металлической дверью. Зашипела гидросистема, и дверь открылась. Оба зашли внутрь, и дверь автоматически закрылась за ними.
Перед столом стояли два стула. Мужчины сели. Напротив сидел Джарвис Бёрнс. Еще минуту он смотрел в экран своего компьютера, потом поднял взгляд, снял очки и положил их перед собой на стол. Его рука по привычке легла на бедро и принялась растирать его. Когда Рейгер начал говорить, Бёрнс поднял руку и покачал головой. За этим последовал глубокий вздох. Рейгер и Хоуп нервно переглянулись. Глубокие вздохи редко бывают хорошим знаком.
— Интересный поворот, — произнес Бёрнс. — Не очень приятный. Ситуация чрезмерно усложнилась.
Каждое короткое предложение вылетало, как пули из MP5 [213], поставленного на двухпатронные очереди.
— Разрешите говорить откровенно? — сказал Хоуп.
— Конечно.
— Шеф прикрыт. Мы скормили ей то, что вы сказали, и дали понять, что источником является директор Доннелли. Для нее ситуация сведена к внутренним террористам, и она в долгу перед вами. Сестра и юрист не доставят беспокойства — по крайней мере, на мой взгляд.
Бёрнс откинулся на спинку стула, сложил пальцы горкой и уставился на двоих мужчин.
— На чем основана ваша оценка? На ваших неудачах?
— Мы не потерпели неудачу.
— Правда? «Переключить себя на "А"? Мы внедрили в компьютер Толливер шпионскую программу. Мы знали об этом письме и оставили его там. Вы могли стереть его с компьютера Кингмана до того, как он его прочитает.
— Мы не стали его стирать, поскольку оно выглядело совершенно безобидно, — возразил Рейгер. — Мы думали, она отправила его случайно, по ошибке. Письмо даже не было дописано.
— Оно было достаточно дописано, чтобы они разобрались в его смысле раньше вас. Они узнали об Уоткинсе и отправились в его квартиру ровно тогда, когда ее обыскивал мой человек. Ему пришлось срочно устраивать там танцы…
— Мы не знали, что у нее есть абонентский ящик, — ответил Рейгер. — Она ни разу не была там с момента, как мы взяли ее под наблюдение.
— Значит, она завела его раньше или попросила кого-то другого.
— Но вашему парню незачем было открывать чертову дверь в квартиру Уоткинса, — заметил Хоуп.
— Поверьте, если б он не открыл, Мейс Перри сломала бы ее. И полиция, разумеется, тоже знает об Уоткинсе. Мы могли изъять бумагу из ящика после того, как ее нашла Перри со своим приятелем, но это было рискованно — она могла рассказать об этом своей сестре, а у той пропажа бумаги вызвала бы подозрение… В любом случае вред уже причинен. С другой стороны, они арестовали старого солдата и очень скоро его обвинят в убийстве.
— Тогда наша работа, возможно, уже закончена.
— Нет, ваша работа не закончена. Но мы не можем допустить еще один провал.
Мускулистая рука Хоупа легла на стол.
— Почти с самого начала мы занимались зачисткой, ответными мерами. Это не метод ведения успешных операций, тайные они или нет. Не для этого вы выводили нас на доску.
— Технически вы подчинены Департаменту национальной безопасности, который не занимается тайными операциями. Вы с Рейгером — стерилизованное оружие, взведенное и круглосуточно готовое. И мы вывели вас на доску, чтобы вы сделали дело, какое бы дело ни потребовалось. Наша работа далека от идеала. Она неприятная, грязная и изменчивая. Ты заключаешь сделку с одним дьяволом, потому что он чуть лучше другого. В противном случае вы нам не понадобились бы. Но нам нужно, чтобы вы прибрали за собой.
— Послушайте, они ничего не нашли в кабинете, а шпионская программа, обеспечивавшая наблюдение через компьютер Толливер, уже удалена. Я не вижу, в чем тут может быть проблема.
— Тогда давайте я вам покажу. — Бёрнс нажал кнопку на клавиатуре и развернул к ним экран с фотографией Мейс Перри. — Вот проблема.
Рейгер раздраженно поднял руки.
— Да ладно, она даже не коп. Она на пробации. Ее возможности ограниченны. Она действует исключительно на свой страх и риск. На мой взгляд, это абсолютно надуманный вопрос.
— Правда? А вы, случайно, не читали психологическую оценку Перри?
— Психологическую оценку? — с любопытством переспросил Рейгер.
Бёрнс встал из-за стола и похромал к ним.
— Они сделали ее психологическую оценку, когда она захотела пойти работать под прикрытием. Очень интересное чтение. Рейгер, она никогда не сдается. Никогда не отступает. Ее отец был прокурором округа Колумбия. Я был с ним знаком. Его убили, когда ей было двенадцать. Она так с этим и не свыклась. Это жжет ее изнутри с взрывным потенциалом тонны С-4. Она скорее умрет, чем услышит, что была не права.
— Если вам нужно о ком-то беспокоиться, лучше подумайте о шефе полиции. Эта женщина — гранитный блок с очень хорошими мозгами.
Бёрнс присел на край стола.
— Я много лет знаю Бет Перри. Она — грозный противник. Но ее действиям присуща тенденция укладываться в жесткие рамки. В то время как ее сестра не знает и никогда не признает рамок. Откровенно говоря, Мейс Перри меня здорово пугает. И если ей удастся испортить наше дело, никто из нас не будет в безопасности. — Он оценивающе разглядывал обоих мужчин. — Ни один. То, что мы здесь делаем, правильно и хорошо для страны, но если общественность узнает, она никогда этого не одобрит.
— Но она даже не может легально носить оружие, — сказал Хоуп.
Бёрнс шлепнул ладонью о стол.
— И это приводит нас к вопросу: почему ее так трудно устранить? Сегодня вечером в той юридической фирме была упущена золотая возможность. Я отправил туда специально отобранную команду, чтобы она разобралась с проблемой, пока вы встречаетесь с Бет Перри. А в результате все обернулось какой-то чаплиновской комедией.
— Но если убрать Мейс, ее сестра перевернет небо и землю, чтобы выяснить, кто это сделал, — заметил Рейгер.
Бёрнс кивнул.
— Совершенно очевидно, что обе сестры готовы умереть друг за друга.
— Вот видите, об этом я и говорю.
— Но мне нужно, чтобы умерла только одна. И мы поможем Бет Перри прийти к заключению, что в гибели ее сестры виноват один из многих врагов, которыми она обзавелась, будучи копом. Пуля в голову — это чертова пуля в голову.