Весь Дэвид Болдаччи в одном томе (СИ)

— Нет, конечно, нет. Но…
— Тогда прекрати делать глупости. — Бет откинулась назад и выпустила руку сестры. — И вали отсюда.
Едва Мейс встала, Бет добавила:
— Да, и передай от меня привет Кингману.
Мейс едва не выбежала из ресторана.
  
Глава 34
 
— Пьем на крыше отеля «Вашингтон», — заметила Мейс, когда они с Роем уселись за столик, глядя на один из лучших видов округа Колумбия.
— На самом деле сейчас он называется «В-Вашингтон», — уточнил Рой.
Он снял с зубочисток три оливки и теперь по одной забрасывал их в рот и неторопливо жевал.
Мейс указала вперед.
— Смотри, отсюда можно разглядеть снайперов охраны на крыше Белого дома. — Глянула на улицу. — А вон патрульная машина едет на вызов. Скорее всего, обычная драка в баре.
— Может, стрельба?
— Нет, на стрельбу выезжают минимум две машины. Мы бы слышали больше сирен. Возможно, сигнализация ОК.
— Сигнализация ОК?
— Срабатывает тревожная сигнализация, ты приезжаешь, а это просто сбой. Здесь, в «безопасной» части округа Колумбия, это основные выезды. Если хочешь посмотреть на стрельбу или зомби под диссоциативами, отправляйся в Шестой или Седьмой район. Там дают шикарные представления.
— Ты — просто ходячая энциклопедия местной преступности.
— И больше ничего, — уныло произнесла Мейс.
— Неприятности?
— Нет, Рой, вся моя жизнь — сплошные пять звезд.
— Неубедительно.
— Парни вечно мне не верят.
Она встала, перегнулась через бортик и указала налево:
— Вон там я впервые сама арестовала человека. Только-только получила разрешение на одиночные разъезды. Засекла парня в костюме, покупавшего пакетик «кокса» у мелкого дилера. Потом выяснилось, что он конгрессмен и заседает в антинаркотическом комитете. Вот же ни фига себе, ага?
Она обернулась, и Рой поспешно отвел взгляд от ее мягкого места. Джемпер Мейс задрался и открыл верхнюю часть татуировки в виде креста, низ которой должен был располагаться на ягодице. «Наверное, татуировщик получил большое удовольствие от своей работы», — подумал Кингман.
Мейс допила пиво и закинула в рот пару орешков.
— Ты столько пялился на мою задницу… Хочешь прокомментировать?
Рой покраснел.
— По правде говоря, она лишила меня дара речи.
— В тюрьме тоже был один неравнодушный охранник.
Рой посмотрел на нее.
— Он что-нибудь тебе сделал?
— Скажем так, штаны оставались на нем, и на этом хватит.
— Так ты сделала татуировку в виде креста?
— А разве не у всех хороших католических девушек есть крест на заднице?
— Не знаю. Я никогда не встречался с католичками. Полагаю, это мое упущение.
— Точно.
— Знаешь, я думал после колледжа поступить в полицейскую академию…
— Быстро ездить и стрелять из «пушки»?
Он ухмыльнулся.
— Откуда ты знаешь?
— У большинства парней так. В моем классе был сорок один рекрут. Шестнадцатинедельный курс. Половина слилась раньше времени. Бывшие атлеты с пивными животами даже отжаться не могли. В академии было нормально. Учили телефонный справочник, чистили и полировали, занимались учебно-боевой подготовкой, но не настоящей полицейской работой.
— Телефонный справочник?
— Инструкции и процедуры. Уставы. В основном бумажная работа. Плюс физподготовка. Под конец они отправили меня в показательный патруль в Джорджтаун, одну, без оружия и приказов.
— И что ты делала?
— Бродила, выписала несколько штрафов за парковку, курила сигареты.
— Юридическая школа тоже скучная.
— Я начала работать в северном конце Джорджия-авеню. Его называли Золотым Берегом, потому что там было относительно безопасно.
— И?..
— И я его ненавидела. Я приняла значок и пистолет не ради безопасности. Я хотела попасть в криминальный патруль. Они работают по всему городу, не в каких-то паршивых пяти кварталах. Занимаются серьезным делом.
— То есть не наркоторговцами?
— Уличные торговцы просто заполняют криминальную статистику. Патруль занимается взломами, вооруженными ограблениями, убийствами и дилерами, которые морят людей. Это и есть настоящая работа… — Она помолчала. — А теперь я даже помечтать не могу о своем «Глоке», иначе немедленно отправлюсь обратно за решетку. Вот такое веселье.
 
— Мейс, я знаю, мы познакомились совсем недавно, но если тебе понадобится о чем-то поговорить, я рядом.
— Я больше думаю вперед, чем назад. — Она встала. — Дамская комната. Вернусь через минуту.
Сделав дела, Перри вышла из кабинки, подошла к раковине и плеснула воды на лицо. Она смотрела в зеркало, а слова Бет входили в нее, как разрывные пули.
«Прекрати делать глупости. Доверься мне».
Мейс не хотела делать глупости. И однозначно доверяла сестре. Она была чертовски уверена, что не желает вернуться в тюрьму. Однако к ней все время возвращались слова агента Келли.
Она застонала. Стопроцентный внутренний конфликт. От такого давления голова скоро взорвется.
«По крайней мере, у тебя будет шанс».
Она плеснула на лицо еще воды и снова посмотрела в зеркало.
— Сколько ни три, грязь не смоешь.
Мейс резко обернулась и увидела стоящую у двери Мону Данфорт.
  
Глава 35
 
— Ты что, преследуешь меня? — рявкнула Мейс на главного прокурора округа Колумбия.
Вместо ответа Мона заперла дверь в туалет.
— Если ты не откроешь дверь, я вышибу ее твоей головой.
— Угрожаешь представителю судебной власти?
— Участвуешь в незаконном задержании? — огрызнулась Мейс.
— Просто подумала, что могу оказать тебе небольшую услугу.
— Супер. Зайди в кабинку и перережь себе вены. Я позвоню в «Скорую», как только кровь перестанет течь.
— Я прекрасно знаю о маленьком плане Бет.
— Правда? И в чем же заключается этот маленький план?
Мона открыла свою маленькую сумочку, подошла к зеркалу и стала поправлять макияж, одновременно продолжая говорить. Мейс безумно хотелось запихнуть ее в унитаз, головой вперед.
— Восстановить тебя в правах, разумеется, в чем же еще? Тебя подставили, накачали наркотиками, заставили совершить все эти преступления, бла-бла-бла… Бедняжка Мейс. Все тот же бред, которому отказались верить присяжные.
Мона закрыла косметичку, повернулась и оперлась о стойку раковины.
— И вот Бет отправляет своих лучших детективов работать по этому делу в надежде, что случится чудо, которое докажет твою невиновность.
— Я невиновна.
— Ох, прошу тебя… Прибереги это для тех, кому интересно. Но все усилия Бет не сработают, потому что я ее опережаю. По правде говоря, я настолько ушла вперед, что даже не против рассказать тебе об этом. А потом можешь бежать к Бет и рассказывать, как всегда, когда ты попадаешь в беду.
Мейс изо всех сил старалась говорить спокойно.
— И что именно я должна ей рассказать?
Мона пренебрежительно посмотрела на нее.
— Есть шесть человек; им нужно будет подписать твое восстановление в правах, если Бет найдет какие-то доказательства твоей невиновности.
— И если она найдет их, я полагаю, эти люди всё подпишут.
— Не все так просто. Железных доказательств не будет. Если она отыщет свидетелей, я смогу убедить нужных людей, что показания даны под нажимом чрезмерно усердного начальника полиции, который не остановится ни перед чем, лишь бы оправдать младшую сестру. И какие бы еще доказательства она ни представила, я объявлю их ущербными или даже сфабрикованными, по той же причине. А поскольку я не люблю оставлять за другой стороной первый выстрел, я уже переговорила со всеми подписантами, включая нашего дорогого мэра, который на прошлой неделе приглашал меня на домашний ужин, и заложила прочную основу для своих аргументов.
— Они в жизни не поверят, что Бет фабрикует доказательства. Это твой МО, а не ее.
От этого укола Мона на мгновение вспыхнула, но тут же обрела спокойствие.
— Благодаря мне они наконец-то осознали, что твердая как скала Бет Перри не способна ясно соображать, когда речь заходит о тебе. Она сделает что угодно, даже нарушит закон, лишь бы помочь тебе, хотя ты этого не заслуживаешь. Должна признать, у Бет есть определенные таланты. А вот ты абсолютно бесполезна.