Весь Дэвид Болдаччи в одном томе (СИ)
Лу-Энн знала наперед, что выиграет в лотерею.
При мысли о том, что это могло означать, угрюмого агента охватила дрожь. Мастерс не мог взять в толк, как просмотрел эту возможность десять лет назад, однако он вынужден был признать, что такая мысль ему даже в голову не приходила. Он разыскивал предполагаемого убийцу — и больше ничего. Единственным утешением было то, что десять лет назад у него не было сведений о встрече Романелло с подозреваемой и об убийстве последнего.
Разумеется, Мастерс был не настолько стар, чтобы помнить скандалы, связанные с махинациями в лотерее, гремевшие в конце прошлого века, но он определенно помнил скандалы с телевизионными играми пятидесятых годов. Однако все это показалось бы детским лепетом по сравнению с тем, с чем, возможно, столкнулась страна сейчас.
Возможно, десять лет назад неизвестный совершил махинацию с тиражом Национальной лотереи Соединенных Штатов. По меньшей мере один раз, возможно, больше. Если задуматься, последствия этого могут быть просто ужасающими. Федеральное правительство использует доход от лотереи на финансирование самых разных программ, настолько глубоко завязанных политически, что свернуть их в одночасье просто невозможно. Но если источник финансирования является зараженным? Если американский народ об этом узнает?
От этой мысли у Мастерса пересохло во рту. Он проглотил две таблетки аспирина, запив их водой из стоящего на столе графина, чтобы побороть зачатки сильнейшей головной боли, и, собравшись с духом, снял трубку.
— Соедините меня с директором.
Дожидаясь установления связи, Мастерс откинулся на спинку кресла. Он понимал, что в конечном счете все это должно будет попасть в Белый дом. Но пусть директор ФБР разговаривает с генеральным прокурором, а уже тот доложит президенту. Если предположения Мастерса верны, вывалится такая огромная куча дерьма, что перепачканными окажутся все.
Глава 45
Джексон снова сидел у себя в номере и снова смотрел на экран переносного компьютера. Лу-Энн уже несколько раз встретилась с Риггсом. Он даст ей еще несколько часов, дожидаясь ее звонка. И все же Джексон был разочарован. Он не стал прослушивать ее телефон — упущение, которое сейчас, на его взгляд, устранять было уже слишком поздно. Сказать по правде, Лу-Энн застала его врасплох, слишком быстро отослав Лизу. Помощник, нанятый для того, чтобы следить за ней самой, теперь вынужден был отправиться следом за Чарли и девочкой, тем самым лишив Джексона еще одной пары глаз, которая сейчас была так нужна. Поэтому он не знал, что Лу-Энн уже встретилась с Донованом.
Джексон подумал было о том, чтобы вызвать дополнительных людей, чтобы заткнуть все дыры, но затем рассудил, что появление в маленьком городке большого числа посторонних неминуемо вызовет подозрения. А этого следовало по возможности избегать. В частности, потому, что в деле имелась неизвестная переменная: Мэтт Риггс. Джексон переправил отпечатки пальцев Риггса тому же самому осведомителю и сейчас ожидал ответа.
Когда он увидел появившуюся на экране компьютера информацию, у него отвалилась нижняя челюсть. Обладателя отпечатков пальцев звали не Мэтью Риггс. У Джексона мелькнула было мысль, что он по ошибке снял в сторожке чьи-то другие отпечатки. Но это было невозможно; Джексон точно запомнил то место, к которому прикоснулся человек, называющий себя Мэттом Риггсом. Никакой ошибки тут быть не могло. Он тотчас же решил выяснить у осведомителя, не произошла ли ошибка на другом конце, и, набрав номер, долго выговаривал тому, кто ему ответил.
— Тут какое-то запутанное дело, — произнес голос в трубке. — Вначале мы действовали через обычные каналы, чтобы не вызывать подозрений. Наш запрос был переправлен на самый верх, откуда мы получили ответ: «Отпечатки пальцев не идентифицированы».
— Но ведь этот человек был идентифицирован, — заметил Джексон.
— Правильно, но только после того, как мы задействовали другие каналы. — Джексон понял, что речь шла о взломе базы данных. — Вот каким образом мы получили ту информацию, которую сейчас переслали вам.
— Но тут указано другое имя, не то, которое этот человек носит сейчас. Больше того, он значится умершим.
— Правильно, но все дело в том, что после смерти преступника у трупа снимаются отпечатки пальцев, которые отправляются для проверки в ФБР. После завершения этой процедуры указатель, по которому отпечатки извлекались из базы данных, стирается. Как следствие, формально в базе данных не остается отпечатков пальцев умерших преступников.
— В таком случае как вы объясните то, что прислали мне? С какой стати Бюро понадобилось обозначать этого человека как умершего, но под другим именем?
— Ну, я считаю, что в базе данных указано настоящее имя, а сейчас этот человек носит вымышленное. То обстоятельство, что он значится как умерший, говорит о том, что федералы хотят представить его умершим для всех, в том числе и для тех, кто попытается получить доступ к их базам данных. Мне уже приходилось сталкиваться с подобным.
— Зачем федералам это нужно?
Услышав ответ, Джексон молча положил трубку. Теперь все встало на свои места. Он посмотрел на экран.
Дэниел Бакмен: умер.
* * *Меньше чем через три минуты после ухода Лу-Энн Риггсу позвонили. Сообщение было кратким, но Мэтт ощутил леденящий холод.
— Кто-то только что получил несанкционированный доступ к файлу с вашими отпечатками пальцев через систему автоматической идентификации отпечатков пальцев. И этот человек знал, что делает, потому что мы узнали обо всем только после того, как это произошло. Проявляйте предельную осторожность; мы разбираемся со случившимся.
Бросив трубку на телефон, Риггс схватил приемное устройство. Ему потребовалось одно мгновение, чтобы отпереть ящик письменного стола. Он достал два пистолета, две обоймы с патронами и кобуру на щиколотку; большой пистолет положил в карман, а маленький убрал в кобуру, которую закрепил на щиколотке. Выскочив из дома, Мэтт бросился к своему внедорожнику, моля Бога о том, чтобы Лу-Энн не нашла и не убрала спрятанный у нее в машине микрофон.
Глава 46
С установленного в машине телефона Лу-Энн набрала номер, который дал ей Джексон. Тот перезвонил меньше чем через минуту.
— Я тоже в дороге, — сказал он. — Нам нужно поговорить.
— Я докладываю вам, как и обещала.
— Не сомневаюсь в этом. Уверен, у тебя есть что мне рассказать.
— Не думаю, что у нас возникли какие-либо проблемы.
— А, вот как! Рад это слышать.
— Так вы хотите узнать, что мне удалось выяснить? — раздраженно спросила Лу-Энн.
— Да, но только при личной встрече.
— Почему?
— А почему бы и нет? — ответил вопросом на вопрос Джексон. — И у меня тоже есть кое-какая информация, которая может тебя заинтересовать.
— О чем?
— Не о чем, а о ком. О Мэтте Риггсе. Например, его настоящее имя, его настоящее прошлое, и то, почему с ним нужно быть предельно осторожным.
— Все это вы можете сообщить мне по телефону.
— Лу-Энн, возможно, ты меня не расслышала. Я сказал, что нам с тобой нужно встретиться.
— Почему я должна вам повиноваться?
— Я назову тебе одну великолепную причину. Если ты откажешься, в ближайшие полчаса я разыщу Риггса и убью его. Я отрежу ему голову и отправлю тебе по почте. Если ты позвонишь и предупредишь его, я приду к тебе домой и убью там всех, начиная от горничных и кончая садовниками, после чего сожгу дом дотла. После чего отправлюсь в элитную школу твоей драгоценной дочери и перебью всех там. Ты будешь звонить и дальше, предупреждая весь город, а я просто буду и дальше убивать случайных людей. Ну как, Лу-Энн, это хорошая причина, или ты хочешь слушать дальше?
Женщина, бледная и трясущаяся после этой словесной взбучки, сделала над собой усилие, чтобы выпустить задержанный вдох. Она понимала, что этот безумец сделает все слово в слово так, как сказал.