Весь Дэвид Болдаччи в одном томе (СИ)

— Что он хотел и что вы ему сказали?
— Сначала он долго распространялся о том, почему я должна всячески ему помогать, но я, внимательно прочитав бумагу, обнаружила там некую правовую лазейку, которая позволила мне сдержать его натиск и несколько ограничить его аппетиты. Вполне возможно, это мне еще аукнется, но я посчитала нужным рассказать вам, как все обстояло на самом деле.
Веб несколько секунд обдумывал ее слова, потом сказал:
— Значит вы ради меня подставили себя под удар, Клер? Поверьте, я ценю это.
— Это еще не все. Уинтерс хочет во что бы то ни стало привлечь вас к ответу за тот случай во дворе. Говоря о вас, он даже употребил такое слово, как «предатель».
— Что ж, для меня в этом нет ничего нового. После Вако мы с ним не особенно расположены друг к другу.
— Но если мы доберемся до глубинных основ вашего срыва, то сможем доказать и Уинтерсу, и всем остальным, что вы не предатель и вас не за что привлекать к ответственности. Разве в этом есть что-нибудь, умаляющее ваше достоинство? Я лично так не думаю. А вы?
Веб вздохнул. Подвергаться гипнозу ему не хотелось, но ему также не хотелось, чтобы люди высказывали на его счет вечные сомнения. Кроме того, он был не прочь выяснить, имеет ли он возможность — с медицинской точки зрения — продолжать служить в ПОЗ.
— Так вы и вправду считаете, что гипноз может мне помочь?
— Мы ничего не узнаем, Веб, пока не проведем сеанс. Хочу лишь сказать, что с помощью гипноза я добилась немалых успехов в лечении других пациентов.
Помолчав с минуту, он сказал:
— Хорошо. Быть может, мы продолжим этот разговор при личной встрече?
— Где? У меня в офисе?
— Повторяю, я на задании.
— Могу ли я в таком случае приехать туда, где вы сейчас находитесь?
Веб обдумал ее слова. Больше всего ему хотелось послать Клер к черту и сказать ей, чтобы она убиралась из его жизни. С другой стороны, он наконец-то стал по-настоящему осознавать, что ему нужна помощь, а Клер, как ему казалось, искренне стремилась ему помочь. Что ж, ради этого можно кое-чем поступиться и запрятать поглубже собственную гордость.
— Я пришлю за вами одного человека.
— Кто он?
— Его зовут Пол Романо. Он, как и я, служит в ПОЗ. Ничего ему не рассказывайте, поскольку временами он бывает не в меру болтлив.
— Договорились. Но где вы все-таки находитесь?
— Вы сами увидите, доктор.
— Я освобожусь примерно через час. Ваш приятель успеет?
— О, вполне, — сказал Веб и повесил трубку.
Потом Веб взял полотенце, вытерся и оделся. Найдя Романо, он сообщил ему, что нужно сделать.
— Кто эта женщина? — спросил Романо, с подозрением посмотрев на Веба. — Твой «псих», что ли?
— Люди этой профессии предпочитают, чтобы их называли психиатрами.
— Я тебе не наемный водитель, Веб. И так же, как и ты, нахожусь на задании.
— Брось, Полли. Тебе будет полезно проветриться. Несколько ночей ты всю работу делал в одиночку, и теперь моя очередь присматривать за Кэнфилдами. Но тебе надо выехать сейчас же, чтобы успеть захватить эту даму.
— А что будет, если в мое отсутствие начнется какая-нибудь заварушка?
— Я справлюсь.
— А если тебя подстрелят?
— С чего это вдруг ты стал так за меня беспокоиться, Полли?
— Просто не хочу подставлять свою задницу. Если с тобой что-нибудь случится, меня вышибут со службы, а у меня, между прочим, семья.
— Скажи лучше, что боишься гнева Энджи.
— Что ж, можно сказать и так.
— Очень тебя прошу, поезжай. А я даю тебе слово, что сумею удержать ситуацию под контролем и дождаться твоего возвращения.
Хотя было совершенно очевидно, что Романо не очень-то хочется куда-то ехать, он все-таки взял у Веба бумажку с адресом и фамилией психиатра.
— Ладно, я за ней съезжу. Но меня есть и свои причины — хочу сменить колеса.
— Ты что же — собираешься перегнать сюда свой «корвет»?
— Именно. Уверен, что Билли будет интересно на него глянуть. Ведь мы с ним оба фанаты эксклюзивных автомобилей.
— Уезжай скорей, Полли. Уши вянут тебя слушать.
Романо отчалил, предварительно сообщив Вебу, что Кэнфилды находятся в большом доме. Веб совершил небольшую пробежку и через несколько минут уже стучался в парадную. Дверь ему открыла пожилая женщина в джинсах, футболке и яркой бандане. Она провела его в маленькую, залитую солнцем столовую рядом с кухней, где завтракали Гвен и Билли.
 
Увидев Веба, хозяйка поднялась с места и спросила:
— Хотите кофе? Или, быть может, перекусите?
Веб попросил принести ему кофе, яйца всмятку и тосты.
— Не так давно мы с Романо осматривали ночью территорию и обнаружили какую-то подозрительную активность на соседней ферме.
Гвен и Билли обменялись взглядами, потом Билли сказал:
— Это в Саутерн-Белли, что ли? Да, там происходят странные вещи.
— Значит, вы тоже это замечали?
— Билли кое-что видел, — сказала Гвен. — Но у него нет доказательств.
— Доказательств чего? — быстро спросил Веб.
— Доказательств у меня, возможно, и нет, зато есть здравый смысл, — сказал Билли. — Так вот: то, что происходит за забором этой фермы, никакого отношения к разведению лошадей не имеет.
— Но что же вы все-таки видели, Билли?
— Сначала скажите мне, что видели вы.
После того как Веб закончил свой рассказ, Билли сообщил ему о своих наблюдениях. Они как нельзя лучше согласовывались с выводами, сделанными Вебом.
— Я, слава Богу, занимался перевозками двадцать лет, — сказал Билли, — и глубокие отпечатки шин, которые я видел на дороге, навели меня на странную мысль, что парни с фермы ездят в основном на огромных трейлерах, которые мы использовали только для транспортировки тяжелых грузов на большие расстояния.
— А кто-нибудь еще жаловался на шум двигателей и полеты вертолетов? — спросил Веб.
Билли покачал головой.
— Мы фактически единственные ближайшие соседи владельцев Саутерн-Белли. Ферма, которая примыкает к их владениям с противоположной стороны, сейчас пустует. Ее хозяева живут то в Неаполе, то на Нантакете. Они и ферму-то купили только для того, чтобы было где покататься на лошадях. Представляете? Эти люди заплатили восемь миллионов долларов за ферму площадью в девятьсот акров только для того, чтобы иметь возможность два раза в год ездить верхом. — Билли снова покачал головой и продолжил: — Что интересно, эти грузовики передвигаются только ночью, а управлять таким монстром в темноте, да еще на узких сельских дорогах — дело крайне непростое. Мы-то гоняли на них все больше по освещенным трассам, да и то без аварий не обходилось. И еще одно…
— Что? — осведомился Веб.
— Помните, я говорил вам, что эту ферму приобрела некая компания?
— Помню. И что же?
— Ну так вот. Когда над нами стали летать их вертолеты, я решил навести кое-какие справки, отправился в суд и маленько там копнул. Оказалось, это компания «ЛЛС», общество с ограниченной ответственностью, и владеют ею два парня из Калифорнии — Харви и Жиль Рэнсомы. Братья, должно быть, а может, и супруги — в Калифорнии… хм… однополые браки не редкость. — Билли покачал головой.
— Вы знаете что-нибудь об этих людях?
— Нет. Но ведь вы детектив — вам и карты в руки. Полагаю, при желании вы сможете довольно быстро узнать, кто они.
— Я попробую решить этот вопрос.
— Когда я узнал, как их зовут, то решил пригласить их в гости. Поперся прямо на ферму и сказал об этом их людям.
— И что было потом?
— На этот раз их люди встретили меня довольно вежливо, поблагодарили за приглашение, но сказали, что владельцев на ферме нет. Тем не менее они пообещали связаться с ними и передать им мои слова. Как же, жди! Черта с два они что-нибудь передали…
Гвен встала и налила себе еще одну чашку кофе. В это утро на ней были голубые джинсы, светло-коричневый пуловер и туфли на низком каблуке. Прежде чем снова сесть за стол, она собрала и заколола на затылке волосы, обнажив длинную красивую шею, от которой Веб с минуту не мог оторвать глаз. Опустившись на стул, она сделала глоток из своей чашки, а потом посмотрела на Веба.