Весь Дэвид Болдаччи в одном томе (СИ)

На миг перед ним мелькнула решетка радиатора внедорожника, казалось, перекрывшая все заднее стекло их машины. А затем Рил как-то ухитрилась вывернуться так, чтобы проскользнуть в просвет между внедорожником и бетонной несущей колонной. Выполнила полицейский разворот и врубила передачу, даже не успев завершить 180-градусный маневр. Оставив четверть дюйма резины на бетонном полу стоянки, машина вылетела через выходной проем в поток движения у въезда в торговый центр.
Рил вывернула руль влево, перескочила разделительную полосу и выжала газ. Машина рванула вправо. Врезалась в вереницу оранжевых дорожных конусов. Рил вывернула руль вправо, входя в следующий поворот.
Роби едва успел пристегнуть ремень безопасности. Пистолет находился у него в руке, но стрелять было некуда.
Впереди были машины, но лишь с одной стороны. К несчастью, на их стороне. Рил устранила эту проблему по-британски, поехав по противоположной стороне дороги.
Проскочив затор, она не потрудилась остановиться на красный, вклинилась во встречное движение, как-то умудрилась швырнуть машину в левый поворот, попутно потеряв колпак ступицы, и вдавила педаль газа в пол, снова перестроившись на правую сторону дороги.
Теперь сирены сближались со всех сторон.
Роби оглянулся.
— Мы в порядке. Не гони, а то полицейские догадаются.
Она сбросила газ, помедлила секунду перед знаком «Уступи дорогу» и влилась в поток движения. Через насколько минут они уже мчали по шоссе на скорости семьдесят миль в час вместе с транспортным потоком.
Роби спрятал пистолет.
— Жаль твоего друга.
— А мне жаль, что тебе приходится то и дело это повторять, — отрубила она.
— Кем он был?
— Его звали Майкл Джоффр. И он погиб из-за меня.
— Правда? А я думал, из-за типов, стрелявших по тебе.
— Я не проверила команду наружки, Роби. Знала, что раньше она была. Легальная. Всегда проверяла. А сегодня нет.
— Что там было?
— Выстрел одного из них срикошетировал от урны прямо Майку в глаз. Он умер, не успев упасть.
— А что потом?
— Я их застрелила. По пуле каждому. Они были не ахти. Примчались так, будто я даже отбиваться не буду. Дурачье.
— Вообще-то мои были тоже не очень хороши, — заметил Роби.
— Интересно, почему? — Рил бросила на него пронзительный взгляд.
— Может, лучшие уже в Ирландии. — Роби включил радио. — Хочу послушать, появилось ли что-нибудь в новостях о торговом центре.
Ничего. Зато был другой материал, вызвавший их интерес. Диктор не задерживался на подробностях, хотя сейчас их и не так уж много.
Когда он перешел к следующей новости, Роби выключил радио и уставился на Рил.
— Кто-то убил Говарда Деккера.
— Рубят все неприбранные концы, Роби. Эти сукины дети планируют провернуть это и выйти сухими из воды. Как бы не так. Я всажу по пуле в голову всем до единого. Буду отстреливать их снова и снова, пока патроны не кончатся.
Положив ладонь ей на запястье, Роби сжал его.
— Что ты делаешь? — спросила Рил.
— Сожалею о Майке. Можем заехать куда-нибудь, и ты сможешь погоревать о нем. И о Гвен…
— Мне не надо горевать ни о ком.
— Думаю, надо.
— Ты ничего обо мне не знаешь. Так что оставь свои чертовы скорбные проповеди для тех, кому не до лампочки. Я — убийца, Роби. Люди вокруг меня то и дело умирают.
— Но обычно не твои друзья, Джессика.
Она хотела было что-то сказать, но слова будто застряли у нее в горле.
— Я вовсе не разыгрываю из себя психотерапевта, — продолжал Роби. — Как только доберемся до Ирландии, приходить в чувство тебе будет уже некогда. Так что либо ты в деле на сто процентов и я знаю, что могу на тебя положиться, или ты для меня бесполезна и можешь высадить меня на следующей остановке.
Рил моргнула.
— Ты уже пускал эту уловку в ход со мной, Роби.
— Йемен. Мы потеряли Томми Биллапса. Ты винила себя. Мало того, ты не сводила с меня глаз добрых полчаса.
— Пока ты не надавал мне пенделей.
— Потому что команда есть команда, Джессика. А в нашей команде сейчас всего два человека. Дом разделенный обречен [81]. Что в нашем случае означает смерть.
 
Она сделала долгий успокоительный вздох.
— Я в порядке, Роби.
— Обрати гнев на то, что гарантированно позволит нам побить этих говнюков, Джессика. Вот что я говорю.
— Знаю. Ты прав.
Несколько миль проехали в молчании. Рил нарушила его словами:
— Вот почему ты всегда был номером один.
Он повернулся, чтобы посмотреть на нее.
— Ты никогда не даешь эмоциям взять верх, Роби. Никогда. Ты — машина. Все так думают.
Он уставился на собственные руки. Эти слова его смутили.
Тем, что были крайне далеки от истины.
Сунув руку в карман, он потер рукоятку пистолета. Не на удачу. Об удаче речь никогда не шла.
Это его талисман. Избранное им орудие. Его ремесло.
«Я убийца.
А еще я человек.
Проблема лишь в том, что я не могу быть и тем и другим сразу».
— О чем думаешь? — Рил поглядела на него.
— Ни о чем существенном, — ответил он.
  
Глава 70
 
Трехмоторный «Дассо Фалькон» мог бы с комфортом разместить дюжину пассажиров.
Сегодня же их было всего двое.
Рил сидела на заднем сиденье салона.
Роби рядом с ней.
За спиной никого. Так обоим больше по душе.
— Как ты урвала такой рейс? — поинтересовался он.
— Долевое владение. Намного меньше служб безопасности. И намного больше приватности. А ты на что тратишь? — Она поглядела на него.
— Помнишь мой домик в лесу? Остальное в банке под отрицательный процент.
— Откладываешь для пенсии? На золотые годы?
— Сомневаюсь. Знаешь, они ведь могут отследить, что самолет принадлежит тебе.
— Он не на мое имя. На имя одного русского миллиардера, даже не знающего, сколько самолетов и яхт ему принадлежит. Я лишь отщипнула крохотный кусочек, и никому это невдомек.
— Умно.
— Поглядим, насколько я умная, когда доберемся до Дублина.
— Я провел небольшую разведку.
— Снова твоя подружка Вэнс?
— Никогда не повредит иметь за спиной изыскательские мощности Бюро.
— Вопросы задавала?
— В голове — да, но вслух — нет.
— И что же она накопала?
— Защитный пузырь практически как в прошлые годы, но с парой новых извращений.
— А именно?
— Очевидно, дабы выказать дух глобального сотрудничества, на один день пригласили некоторых лидеров не из Большой восьмерки. Фактически на открытие конференции.
— Какие лидеры не из Большой восьмерки? — уточнила Рил.
— Несколько привычных к климату пустынь.
— Они что, идиоты?
— Очевидно, они так не считают.
— Ты же знаешь, кто прибывает с лидерами.
— Сотрудники их служб охраны.
— И эти сотрудники проходят только внутреннюю проверку. Мы должны верить, что они те, кем назвались.
— Совершенно верно.
Рил поглядела на темно-синее небо за окном на высоте сорока одной тысячи футов — просторное, пустое и словно задумчивое.
— Хочешь выпить? — спросила она, поднимаясь, чтобы направиться к бару в передней части салона.
— Нет, — ответил Роби.
— Ты еще можешь передумать.
Минуту спустя она уселась на место, держа в ладони бокал водки с тоником.
Самолет влетел в зону умеренной турбулентности, и ей пришлось сжать бокал покрепче, чтобы не расплескать содержимое. Как только полет снова пошел гладко, Джессика пригубила коктейль и посмотрела на экран ноутбука Роби.
— У нас в багаже сумка, битком набитая оружием. Как будем с таможней?
— Русские миллиардеры обычную таможню не проходят, как и их попутчики. По большей части процедура крайне упрощена и приватна.
— Расскажи еще раз, как тебе это удалось?
— По-моему, я не рассказывала еще ни разу.
— Ты уверена, что твой русский миллиардер не представляет угрозы безопасности?