Весь Дэвид Болдаччи в одном томе (СИ)

— Лео Брум? Рик Уинд? Кертис Гетти? — подсказал Роби.
— Гетти, да. Гейб говорил, что они дружили, но они не виделись с тех пор, как вернулись на родину. Дело в том, что Гейб не любил рассказывать о службе в армии. Он боялся, что умрет, потому что они воевали в страшных условиях, среди токсичных веществ. Когда Элизабет заболела, он впал в депрессию. Он был убежден, что он следующий.
Джули сказала:
— Вы говорите, что он дружил с Кертисом Гетти? Есть какие-нибудь фотографии, где они вместе?
Роби и Вэнс посмотрели на Джули. Роби ощутил укол вины, подумав, как все эти разговоры могут подействовать на подростка.
Элис засуетилась.
— Наверняка есть. Подождите-ка. — Она вышла из комнаты и через несколько минут вернулась с фотографиями.
— Вот мой папа! — сказала Джули.
Это была групповая фотография на фоне сожженного иракского танка. Крайний справа был Кертис Гетти, в камуфляже, с пистолетом в руке. Молодой, веселый. Рядом стоял Джером Кассиди — в рубашке навыпуск, загорелый, стройный и мускулистый. Элизабет Клэр с серьезным лицом смотрела прямо в камеру — она казалась самой зажатой.
— А крайний слева — Гейб, — сказала Элис.
Сигель казался уверенным в себе, почти дерзким. Теперь от этого человека с фотографии осталась лишь пустая оболочка, подумал Роби.
— Не понимаю, почему служба мужа в армии заинтересовала кого-то сейчас, когда прошло столько лет.
— Есть у него что-нибудь еще, связанное с армией?
— Я об этом ничего не знаю. Что-то он привез с собой. Каску, ботинки, еще что-то. Но потом выбросил.
— Почему? — спросила Вэнс.
Казалось, Элис удивил ее вопрос.
— Он думал, что они токсичны.
Когда они вернулись в лесной дом, Вэнс позвонила в ФБР и по полной программе получила за то, что вышла из-под наблюдения. Когда ее начальник закончил свою тираду, Вэнс попросила его отследить телефонный звонок Габриэлю Сигелю в банк. Он позвонил через двадцать минут. Одноразовый телефон. Тупик. Начальник приказал Вэнс явиться в офис.
Роби услышал эту часть разговора. Когда Вэнс начала отказываться, он схватил ее за руку и поднял глаза вверх, где Джули наполняла себе ванну.
— Поезжайте, и возьмите Джули с собой. Отвезите ее в Вашингтонское отделение, под защиту вооруженной охраны. А потом возвращайтесь сюда, ко мне.
Вэнс смотрела на него, и в глазах у нее было недоверие.
В телефоне забулькал голос.
— Сейчас приеду, — ответила она в телефон. — И привезу с собой Джули Гетти. Надеюсь, теперь нам удастся защитить ее лучше, чем в прошлый раз.
Она нажала кнопку отбоя и пристально посмотрела на Роби.
— Если вы меня обманываете…
— Устройте Джули и возвращайтесь сюда.
— И что, вы будете сидеть здесь и ждать меня? — недоверчиво спросила она.
— Если меня не будет, у вас есть мой мобильный.
— Не верю я вам, Роби. Вы меня вытесняете…
— Что происходит? — спросила сверху Джули, перегнувшись через перила лестницы.
Вэнс вздохнула.
— Пойдем, Джули. Надо отсюда уезжать.
Роби смотрел, как удаляется по дороге БМВ, и чувствовал облегчение. Он предпочитал работать один, а не в команде. Так уж он был устроен. Он наслаждался свободой.
Он выбросил из головы обещание помочь Джули узнать, что случилось с ее родителями. Выполняя его, сказал он себе, ты добьешься только лишь того, что девочку убьют.
Что случилось с ее родителями, Роби было уже не важно. Он, конечно, доделает то, что начал. Но он повторял себе: все дело во мне. И еще в чем-то большем.
И теперь он должен понять, что же это.
  
Глава 8
 
Первая остановка — банк. Роби поговорил со служащими, но это ничего не дало. Габриэль Сигель оставил свой портфель, что показывало, что его торопливый уход не планировался заранее и не был связан с работой. Его машина осталась на парковке. Роби обыскал ее, но не обнаружил ничего, заслуживающего внимания.
Следующая остановка — хоспис. Когда он был здесь, он забыл одну вещь. Гостевую книгу — книгу записи посетителей.
Дежурная на рецепции показала ему эту книгу. Когда она отвлеклась, он сфотографировал страницы за последний месяц.
 
В палате Элизабет Ван Бюрен ничего не изменилось. Она по-прежнему лежала в постели с трубкой в горле.
Роби взял с подоконника семейную фотографию и стал на нее смотреть. Когда-нибудь, может быть, и у него будет семья. В памяти всплыло лицо Энни Ламберт. Он стряхнул наваждение. Это невозможно.
Потом он поехал в бар Джерома Кассиди. Заказал пиво и попросил пригласить Кассиди. Через несколько минут тот подошел к Роби, вопросительно на него глядя.
На пиво он посмотрел так, словно это брикет тротила.
— Хотел поговорить о Джули, — сказал Роби.
— Что с ней?
— Вы намерены рассказать ей, что вы ее отец?
— Давайте сядем.
Кассиди провел его к угловому столику, они устроились на стульях.
— Как вы узнали, черт побери?
— Просто друзьям, особенно мужского пола, мужчины не пишут письма пачками. Будь вы просто друзья, вы бы не стали тратить время и деньги. Я увидел, как у вас лицо засветилось, когда Джули вошла. Вы ее не видели с младенческого возраста, но узнали сразу. Нетрудно догадаться, в самом-то деле. Может быть, Джули и похожа больше на мать, но на вас она похожа тоже.
Кассиди глубоко вздохнул и кивнул.
— Думаете, она знает?
— Нет. Может, вы мне расскажете эту историю?
— Да что рассказывать. Мы с Сарой встречались до того, как она вышла замуж за Кертиса. Потом появился Кертис. Любовь с первого взгляда. Я не особенно страдал. Кертис любил ее сильнее, чем я. К тому же, как я сказал, он спас мне жизнь. Хороший был парень.
— Про Джули.
— Да глупость, мы с Сарой решили попрощаться. В постели. Кертис считал, что Джули его дочь. Но Сара-то лучше знала. И я. Но я не сказал ни слова! Меня на пушечный выстрел к ребенку не подпускали. И знаете, тогда мне было так легче.
Кассиди уперся взглядом в нетронутый бокал пива.
— Хотите пива? — сказал Роби.
— Хочу, но не стану.
— А сейчас, значит, не легче.
— Чем старше становишься, тем больше накапливается сожалений. Мне захотелось узнать, какой выросла Джули. К тому времени я уже уехал из Пенсильвании. И когда я начал их разыскивать, они тоже оттуда уехали. Я искал повсюду, только не здесь. — Он помолчал. — Что происходит? ФБР подключилось. Убивают людей. И в центре этого всего Джули.
— Не могу вам сказать. Но могу сказать точно, что, когда все это закончится, Джули понадобится друг.
— Я очень хочу помочь. Как вы думаете, сказать ей?
— Я в таких вопросах не самый лучший советчик. Никогда не был женат, не имел детей.
— Ладно, давайте предположим, что вы самый лучший советчик. Что бы вы посоветовали?
— Она любит своих родителей. Всячески приукрашивает их жизнь. Она хочет докопаться, почему их убили. И отомстить.
— То есть не говорить ей?
— Это решаете вы, и только вы. — Роби встал, глядя на пиво. — И вы примете правильное решение.
— Почему? — вскинул на него глаза Кассиди.
— Если вы в такой ситуации отказались от прекрасного пива, то, значит, вы все сделаете правильно.
Роби не знал, зачем он сюда вернулся, в эту квартиру на другой стороне улицы. Расставшись с Кассиди, он заехал на место взрыва автобуса, потом к «Доннелли», где до сих пор было закрыто. И вот теперь он здесь, и не понимает почему.
Он посмотрел в телескоп — и увидел свой дом. Немного изменил угол наклона — и увидел квартиру Энни Ламберт. Она шла по коридору в стильном костюме, который носила на работе. Вот он потерял ее из виду, но через минуту она появилась снова, сняв блузку и сменив ее на футболку. Ему вдруг страстно захотелось пойти к ней. Он смотрел, как она подняла на вытянутые руки длинное черное платье, которое было перекинуто через спинку стула. Платье без бретелек. Похоже, сегодня вечером Энни собиралась куда-то идти. Он почувствовал укол ревности. Странное, незнакомое чувство.