Весь Дэвид Болдаччи в одном томе (СИ)
Роби свернул в переулок и нашел заднюю дверь. Отмычкой вскрыл замок, вынул пистолет и тихо вошел. Внутри было совершенно темно. Он выждал, чтобы глаза привыкли к темноте, и двинулся вперед. В этот самый момент его напарник должен входить в бар с улицы.
Вот только никакого напарника там не оказалось. Зато был кое-кто другой. Роби подошел к мужчине, сидевшему на табурете слева от уличной двери. Из окон просачивалось достаточно света, чтобы увидеть в голове у него одно-единственное пулевое отверстие. Роби притронулся к его руке. Холодная. Он мертв уже давно.
Роби залез в карман его пиджака и вытащил бумажник. Водительские права на имя Марка Коэна. Он положил бумажник на место, взглянул на входную дверь. Черт.
Он поспешил к двери, открыл ее и вышел на улицу. Его «вольво» был на месте, а черный джип исчез.
Он позвонил Синему.
— Марк Коэн убит, а ваши люди уехали, взяв с собой Мишель Коэн. Как вы это объясните?
— Ничего не понимаю, — сказал Синий. — Это двое лучших моих людей. Они должны были подчиняться вашим приказам.
Роби сказал:
— В джипе было трое.
— Я посылал только двоих.
— Значит, третий увязался за ними, и теперь мы знаем почему.
— Роби, это беспрецедентно.
— Я буду у вас через двадцать минут. Пойдите к Джули, возьмите с собой группу надежных ребят. Не могли же они перекупить всех!
— Роби, вы хотите сказать…
— Скорее!
Когда Роби приехал, первый, кого он увидел, был Синий. Вторая — Джули.
Синий коротко бросил:
— Идите за мной.
Они быстро прошли по коридору, вошли в комнату. Синий закрыл дверь на ключ и жестом предложил Роби и Джули садиться.
— Мишель Коэн? — спросил Роби.
— Убита. Вместе с двумя моими ребятами. С теми двумя, которых я послал. Их тела только что обнаружили в джипе.
— А третий кто?
— Малколм Страйт. Десять лет проработал здесь. Безукоризненное досье.
— Опишите его, — попросил Роби. Синий описал, и Роби узнал его. — Тот, который должен был войти в бар с улицы.
— О чем вы говорите? — спросила Джули.
Роби коротко посвятил ее в суть дела. Казалось, она озадачена.
— Зачем они заставили эту женщину говорить очевидную ложь?
— Вот именно. Чего они этим достигли? — поддакнул Синий.
— Кто еще работал с этим Страйтом? — спросил Роби.
— Много народу.
— Нужно поговорить со всеми. Нужно узнать, не стоит ли он за чьей-нибудь спиной, не руководит ли чьими-то действиями.
— Так у этого человека, возможно, здесь кто-то остался? — сказала Джули и посмотрела Синему прямо в глаза. — Ничего себе безопасное место.
Роби сказал:
— Мы не можем здесь оставаться. Мы должны уйти.
— Куда же вы направитесь? — спросил Синий.
— Туда, где побезопасней, чем здесь, — сказал Роби.
Роби выехал из ворот и повернул налево.
— Куда мы едем? — спросила Джули.
— Осталось только одно безопасное место: домик в лесу.
— Очень уединенное, идеально удобное для засады.
— Зато сразу видно, если кто-то появляется. Вот и думай.
— Они могут послать много людей.
— Могут. А могут и никого не послать.
— Это почему?
— Подумай сама, Джули. Что за игру они ведут? Этот Малколм Страйт был в этом здании, и ты тоже. Он легко мог тебя убить. И то же со мной: меня могли уже не раз застрелить.
Джули откинулась на спинку, подумала и сказала:
— Уилл, эта дорога ведет не к вашему дому.
— Небольшая перемена в планах.
— Почему?
— Чтобы получить помощь и сделать важное признание.
Роби принял несвойственное ему решение. Обычно он не обращался за помощью к другим людям, но в данном случае понял, что одному ему не справиться.
Он подъехал к комплексу кондоминиумов, и Джули вслед за ним вошла в дом. Роби постучал в дверь под номером семьсот один.
Дверь открылась. Вэнс во все глаза уставилась на Роби, потом перевела взгляд на Джули.
— Что, черт возьми, происходит? Что это за ребенок?
— Из-за нее-то я и приехал.
Вэнс шагнула назад и впустила их.
— Мишель Коэн и ее муж убиты, — сказал Роби.
— Что?! — воскликнула Вэнс. — Как?
Он сел на диван и жестом предложил сесть Джули. Вэнс стала перед ним, уперев руки в бока.
— Она лгала, как я и сказал. Ее муж был азартный игрок, он запутался в долгах. Они подумали, что таким образом смогут выбраться из долгов. Я видел его — в одном баре в Бетесде, с третьим глазом. Ее убили позже, вместе с двумя офицерами спецслужб.
Вэнс охнула:
— Что, черт возьми, происходит?
— Нет ли у вас кофе? Боюсь, объяснения затянутся.
— Только поставила.
— Я пью черный, — сказала Джули.
— Да неужели? — сказала так и не оправившаяся от изумления Вэнс.
Роби прошел на кухню.
Вэнс шла за ним по пятам.
— Ну, Роби, рассказывайте.
— Ладно. Во-первых, я технически не принадлежу к СУРМО.
— Какой сюрприз! Дальше.
— Дальше — не для записи.
— Понятное дело.
— Так вы не хотите кофе?
— Я хочу, чтобы вы ответили на мои вопросы.
Роби разлил кофе по чашкам и протянул одну ей. Посмотрел в окно на монументы округа Колумбия.
— На что вы готовы, чтобы сохранить все это?
— На что готова? Черт возьми, да на все!
— А чтобы сохранить жизнь этой девочки?
— Вы даже не сказали мне, кто это.
— Джули Гетти. Она была в автобусе, но вышла перед тем, как он взорвался.
— Откуда, черт возьми, вы это знаете? — резко спросила Вэнс.
— Потому что я вышел вместе с ней. Вот почему я точно знал, что Коэн лгала. Как видите, мы с Джули не чернокожие.
Вэнс пыталась осмыслить это ошеломительное признание.
— Вы были в автобусе? Почему? И почему я узнаю об этом только сейчас?
— Потому что об этом знали только те, кому положено, а вам было не положено. Во всяком случае, раньше.
Они одновременно обернулись. Джули стояла в дверях.
Вэнс переводила взгляд с нее на Роби:
— Кому положено? Так вы из разведки? Видит бог, Роби, вам придется очень многое объяснить! Кто взорвал автобус?
— Не знаю. Но, должно быть, его взорвали удаленно. Это был не таймер, потому что они не хотели убивать ни ее, ни меня.
— Почему?
— Не знаю. Знаю только, что они по неведомой причине хотели оставить в живых одного из нас или обоих.
Вэнс повернулась к Джули:
— Что ты делала в этом автобусе?
— Можно мне сначала кофе?
— Боже мой, пожалуйста. — Вэнс протянула ей чашку. — Так что ты делала в этом автобусе?
— Какой-то человек убил моих родителей. Мама послала мне записку, по крайней мере, я думала, что мама. В записке говорилось, чтобы я садилась в этот автобус и ехала в Нью-Йорк, где мы с ней встретимся. Когда я села в автобус, тот человек, что убил родителей, тоже вошел туда и напал на меня. Уилл его обезвредил. Мы вышли из автобуса, и он взорвался.
Вэнс, обращаясь к Роби, прошипела:
— Так это ваш пистолет мы нашли рядом с автобусом! Это вы были в квартире Джейн Уинд. Вы собирались убить ее!
— Выслушайте его, агент Вэнс, — взмолилась Джули. — Уилл спас мне жизнь. Он хороший.
Вэнс успокоилась и сказала Роби:
— Вы поставили меня в очень неловкое положение. Я обязана доложить об этом.
— Согласен. Я выполнял приказ, но, как выяснилось, он исходил от изменника. Мы обнаружили в наших рядах изменника. И боюсь, он может оказаться не единственным…
Она вскинула брови.
— Вы хотите сказать, и в Бюро?
— У вас не бывает червивых яблок?
— Очень мало, — сказала она, защищаясь.
— Хватит и одного, — сказал Роби.
Вэнс вздохнула:
— Чего вы от меня хотите?
Роби повернул «вольво» к аэропорту Даллеса, купил билет до Чикаго, прошел контроль безопасности и зашел в туалет. Оттуда он вышел в тренировочном костюме, бейсболке и в очках. На автобусе доехал до проката автомобилей, взял «ауди», воспользовавшись кредитной карточкой на вымышленное имя, и по платной дороге помчался на запад.