Весь Дэвид Болдаччи в одном томе (СИ)

Он потихоньку продвигался в очереди. Не исключено, что его найдут здесь еще до отхода автобуса. Он сжимал в кармане пистолет, стараясь не поднимать глаз.
В автобусе он прошел назад и уселся у окна на самом последнем ряду. Здесь его не видно, а он видит всех входящих в просвет между двумя креслами перед ним. Стекла тонированные, значит, в окно стрелять не станут.
Девочка-подросток села через три ряда кресел впереди него, по другую сторону от прохода.
Какой-то мужчина вскочил в автобус за секунду до того, как водитель закрыл двери. Роби насторожился. Мужчина двинулся к задним рядам. Приближаясь к девочке, он смотрел в сторону. Это был тридцать шестой пассажир — и последний.
Роби пригнулся пониже и натянул капюшон. Сжал «глок» в кармане и направил его дуло вперед и вверх, нацелив в точку, где окажется мужчина, если продолжит путь к заднему ряду. Приходится признать, подумал он, что они как-то узнали о его запасном плане и послали этого мужчину прикончить его.
Однако мужчина остановился у ряда, следующего за тем, где сидела девочка, и устроился прямо за ней. Роби ослабил хватку на пистолете, но продолжал наблюдать за мужчиной.
Автобус тронулся, а Роби рассматривал мужчину. Того же роста и возраста, что и он сам. Без сумки. Роби перевел взгляд на руки мужчины. В перчатках. На его собственных руках тоже были перчатки. Не то чтобы было холодно. Роби понял, что этот мужчина сел в автобус не для того, чтобы просто поехать в Нью-Йорк.
Профессиональные убийцы — люди специфические, подумал Роби. Он наблюдал, выжидал. Когда ты на задании, обращаешь внимание на такие вещи, которые другие не замечают. Например, точки входа и выхода. Углы прицела, позиции, с которых на тебя могут напасть. Оцениваешь противника — так, чтобы никто не заподозрил этого. Пытаешься угадать его намерения, следя только лишь за языком его тела. Ни в коем случае не позволяешь никому заметить, что заметил его.
Роби проделал все это. И получалось, что он здесь совершенно ни при чем. За ним идут, это ясно. Но столь же ясно, что этот мужчина пришел за этой девочкой.
Значит, он не единственный профессиональный убийца в этом автобусе. Он посмотрел на второго и вытащил «глок» из кармана.
Девочка читала книгу. Это нехорошо. Молодежь — идеальная мишень: телефон прилип к уху, пальцы колотят по клавиатуре, в наушниках гремит музыка. Легкая добыча.
Второй подался вперед. Роби понял, как он будет действовать. Голова и шея. Крутануть вправо, крутануть влево — так учат американских морских пехотинцев. И не нужно никакого оружия. Человек умирает бесшумно. Окружающие ничего не замечают. А уж здесь, в автобусе, точно ничего не заметят. В основном народ уже спал, хотя и проехать-то успели от силы полмили.
Мужчина напрягся.
Роби обхватил пистолет. В эту ночь на его глазах с жизнью расстались двое, один из них — маленький мальчик. Третьей смерти он не допустит.
Мужчина занес руки. Сейчас схватит, подумал Роби, раз — и нет девочки.
Но не сегодня.
И тут случилось такое, чего Роби совершенно не ожидал. Мужчина вскрикнул.
Кто бы не вскрикнул. Перечный спрей жжет, как черт, когда попадает в глаза.
Девочка даже не повернулась. Просто пальнула через голову назад, прямо в лицо нападавшему. Однако тот, хоть и вскрикнул и одной рукой стал тереть глаза, другой нашел шею девочки.
Роби ударил его по голове пистолетом, и тот рухнул на пол.
Девочка оглянулась на Роби. Остальные пассажиры проснулись и тоже смотрели на них.
Водитель остановил автобус, крикнул: «Эй!» — и пошел по проходу к Роби, но, увидев пистолет, замедлил шаги.
— Чего вам надо, черт побери? — спросил он.
— Этот тип напал на девушку. Я его остановил, — сказал Роби.
Он посмотрел на девочку, ища поддержки. Она промолчала.
— Скажите им, — попросил Роби.
Она молчала.
— Он хотел вас убить. Вы прыснули в него перечным спреем. — Роби наклонился и, не успела она опомниться, вынул баллончик из ее руки и поднял вверх. — Перечный спрей, — сказал он подтверждающее.
Теперь пассажиры смотрели на девочку.
 
Она оглянулась, сжавшись от их испытующих взглядов.
— Что происходит? — спросил водитель.
Роби сказал:
— Этот тип напал на девушку. Она прыснула в него перечным спреем, а поскольку он не отстал, я его вырубил.
— А почему у вас пистолет?
— У меня есть на него разрешение.
В отдалении раздался вой сирен. Не из-за трупов ли в том доме, откуда он только что ушел?
Мужчина на полу пошевелился. Роби поставил ногу ему на спину.
— Лежать, — приказал он и обратился к водителю: — Позвоните лучше в полицию.
Девочка схватила свой рюкзачок и пошла к выходу.
— Вы не можете уйти, мисс, — раскинул руки водитель.
Она вытащила что-то из кармана куртки и показала водителю. Роби, оттуда где он стоял, не видел, что это. Водитель немедленно отступил, явно испуганный. Какая-то женщина вскрикнула.
Роби связал мужчине за спиной руки с коленями его же собственным ремнем, тем самым совершенно обездвижив его. Потом пошел за девочкой и нагнал ее уже в конце улицы.
— Что ты ему показала? — спросил он. Она протянула ему гранату. — Она же пластмассовая, — не моргнув глазом сказал Роби.
— Ну, он, кажется, этого не понял. — Голос ее оказался ниже, чем он ожидал. Она продолжала идти.
— Почему этот тип хотел тебя убить?
Она ускорила шаг и скользнула в узкую щель между двумя припаркованными машинами. Роби — за ней. Она побежала. Он схватил ее за руку.
— Эй, я с тобой разговариваю.
Он не услышал ответа. Раздался взрыв, их обоих свалило с ног.
Роби первый пришел в себя. Он не знал, сколько времени был в отключке — вряд ли долго. Полиции не было, только он и автобус, которого тоже больше не было. Он посмотрел на пылающий металлический скелет. Наверняка в живых никого не осталось.
В столь поздний час этот район округа Колумбия был пустынен. Жилья здесь не было. Только бездомные бродили здесь, только они могли видеть, что случилось. Роби увидел, как один старик в рваных джинсах и рубашке, почерневшей от грязи, выбрался на тротуар из своего домика, сделанного из картонных коробок и пластиковых мусорных пакетов, посмотрел на костер, некогда бывший автобусом с пассажирами, и буркнул сквозь гнилые зубы: «Черт, есть у кого что-нибудь вкусное поджарить?»
Роби медленно поднялся на ноги, поискал глазами девочку. Она лежала рядом с припаркованным «Сатурном». Роби пощупал ей пульс и выдохнул с облегчением. Через минуту она открыла глаза. В руке она по-прежнему сжимала гранату.
— А настоящую ты оставила в автобусе?
Она с трудом села, посмотрела на остатки автобуса. Роби ждал какой-то реакции, но она ничего не сказала.
— Кто-то очень хотел тебя убить, — сказал он. — Почему?
Она встала на ноги, взяла рюкзак, потом посмотрела на Роби.
— Где ваш пистолет? — спросила она.
Вопрос застал его врасплох. Он не знал. Он заглянул под машины. Там была решетка ливневой канализации — возможно, пистолет упал туда, когда взрывная волна свалила его с ног. Она наблюдала за ним.
— На вашем месте я бы его нашла. Он вам понадобится.
— Почему? — спросил он.
— Потому что вас видели со мной.
Сирены становились все громче. Машины полиции и скорой помощи приближались. Бездомный старик плясал вокруг костра и визжал, что хочет «зефирчика».
— А почему это имеет такое значение? — спросил Роби.
Она посмотрела на остатки автобуса.
— Что? Вы же не дурак.
Роби еще поискал пистолет и подошел к ней.
— Тебе надо обратиться в полицию. Там тебя защитят.
— Да уж.
— Думаешь, не смогут?
— На вашем месте я бы ушла отсюда.
— В автобусе живых не осталось, некому рассказать копам, что произошло.
— А что, по-вашему, произошло?
— Больше тридцати человек расстались с жизнью, в том числе и тот тип, что хотел тебя убить.
— Это ваша теория. А доказательства?