Весь Дэвид Болдаччи в одном томе (СИ)

— Ты хочешь сказать, что миссис Кэнни убил Бобби? Но зачем ему это понадобилось?
— А что, если шантажировать Бэттла начал не Роджер Кэнни? Что, если в качестве шантажистки выступила сначала его жена? Очень может быть, что ей первой пришла в голову мысль заставить Бэттла платить, угрожая в противном случае обнародовать известие о том, кто истинный отец ее сына. Возможно, Бобби не хотелось платить или надоели ее угрозы, вот он и решил от нее избавиться. А уж потом на авансцену вышел Роджер и тоже начал шантажировать его, обвиняя в смерти жены.
— Но как он узнал, что в смерти его жены виновен Бэттл?
— Кэнни мог узнать о планах жены относительно шантажа Бэттла. Более того, он сам мог придумать эту схему, а жена помогла ему в осуществлении. А потом она погибла в автокатастрофе. Даже если у него не имелось доказательств виновности Бэттла, ему как умному человеку ничего не стоило сложить два и два и прийти к такому выводу.
— Значит, он встретился с Бобби, сказал ему, что знает, кто убил миссис Кэнни и кто является отцом ее ребенка, и потребовал крупную сумму за молчание?
Кинг согласно кивнул.
— Пытаясь избежать шантажа из-за своего адюльтера, Бобби Бэттл убил миссис Кэнни и стал по иронии судьбы жертвой шантажа по поводу убийства.
— Но разве Бэттл не понимал, что Кэнни, отправившись в полицию с компрометирующими материалами на него, должен будет признать собственное участие в преступном шантаже? Ведь Кэнни пришлось бы выложить полиции весомый мотив убийства Бэттлом его супруги.
— Ну, он мог просто сказать, что все дело в отцовстве сына миссис Кэнни, а сам он ни о каком шантаже и источнике поступавших в семью денег понятия не имеет. Иначе говоря, ему ничего не стоило свалить всю вину за шантаж на покойную супругу.
— Какой, однако, милый парень этот мистер Кэнни.
— И не говори…
— Складывается впечатление, что это мы и наша въедливость подвигли его на побег.
— Будем надеяться, что он недалеко убежал. Этот тип нужен нам, чтобы мы могли заполнить некоторые пробелы в схеме расследования.
Кинг собирался вынуть сотовый и позвонить Уильямсу, но последний опередил его и позвонил ему сам. Шон сообщил шефу о том, что поведала ему Салли в предыдущую ночь, а также о своих подозрениях относительно Роджера Кэнни и о побеге последнего. Тодд сообщил, что немедленно объявит Кэнни в розыск, после чего попросил детективов приехать к Бэттлам, отказавшись отвечать, зачем ему нужно видеть их, а также на какие-либо вопросы относительно Салли.
Кинг откинулся на спинку кресла и беспомощно развел руками. У него не оставалось никаких сомнений в том, что Вэйнрайт мертва.
  
Глава 72
 
Когда напарники приехали к Бэттлам, Уильямс и Чип Бейли проводили обоих в конюшню. По пути Тодд сообщил детективам известие о смерти Салли и отравлении Эдди. Кинг побледнел и ухватился рукой за штакетник. Максвелл заметила это и подхватила его под локоть.
— Спокойнее, Шон. Не хватало еще, чтобы ты тоже слег!
— Большой нож, которым убита Салли, снят со стенда с инструментами в дальней части конюшни и брошен рядом с трупом, — проинформировал Бейли. — Аналогичная картина и с граблями. Сильвия уже ушла, но из ее слов можно заключить, что смерть наступила очень быстро.
— Мы можем взглянуть на тело? — спросил Кинг.
— Ужасная картина, Шон. Я бы на твоем месте воздержался от этого, — произнес Уильямс.
— Мне необходимо взглянуть на нее, — настоял детектив.
Тодд не без колебаний провел обоих внутрь помещения и подвел к трупу.
— О Господи! — только и вырвалось у Мишель.
— Складывается впечатление, что убийца за что-то на нее разозлился, — заметил Уильямс. — Колотил ее, уже мертвую, по лицу и по голове, пока полностью не изуродовал. — Тут он посмотрел на Кинга. — Быть может, Салли знала куда больше, чем рассказала вам?
— Очень может быть, — пробормотал Шон, отводя взгляд от трупа. Затем, выйдя из конюшни, некоторое время молча наблюдал, как тело девушки, запакованное в черный мешок, выносили наружу и грузили в санитарную машину.
 
Когда санитарная машина уехала, он повернулся к Уильямсу.
— Это моя вина. Я заставил ее рассказать правду, даже не подумав о том, что ей может угрожать опасность.
— Ты боролся за свою жизнь, — возразил Уильямс. — И у тебя просто не было возможности подумать о чем-либо другом.
— Как чувствует себя Эдди? — спросила Мишель.
В разговор вступил Бейли:
— Я только что звонил в госпиталь. Там мне сказали, что он вне опасности, хотя в сознание пока не приходил.
— Диагноз уже поставили?
— Нет. Я собираюсь заскочить в госпиталь несколько позже, так что если хотите — присоединяйтесь. Ну а сейчас нам необходимо переговорить с Доротеей, а потом с Саванной, хотя последняя, как я слышал, пребывает в истерическом состоянии.
Когда все двинулись к бывшему каретному сараю, Тодд повернулся к Кингу.
— Я перед вами в большом долгу, если выяснится, что во всем виноват Кэнни. Признаться, это никогда не пришло бы мне в голову.
— Делишки Роджера Кэнни — лишь один из элементов головоломки, которую мы пытаемся разгадать.
Доротея встретила их у дома и проводила в гостиную. Жена Эдди казалась бледной и измотанной. Пока Уильямс, Шон и Мишель выражали ей сочувствие, произнося необходимые в таких случаях слова, Бейли стоял в стороне и с критическим видом на нее поглядывал. Сторонний наблюдатель мог бы сказать, что он не одобряет происходящего и настроен недоброжелательно по отношению к хозяйке дома.
— Когда вы с Эдди пошли спать? — спросил шеф.
— Около половины первого. До этого времени он работал у себя в студии. Но мы не сразу уснули. Прежде чем окончательно успокоились, прошел минимум час. — Она смущенно улыбнулась. — Никогда бы не подумала, что возможность уголовного преследования за убийство может оказывать столь положительное воздействие на сексуальную сторону семейной жизни. Но надо отдать Эдди должное — последнее время он только и делал, что занимался моими делами.
— Люди познаются в дни испытаний, — процедила Мишель.
— Я только сейчас начала это понимать, — с удивительной для нее искренностью ответила Доротея.
В разговор вступил Бейли:
— Ваш муж находился под сильным воздействием наркотиков. Врачи сказали мне, что ему дали какой-то очень сильный препарат.
На лице Доротеи неожиданно проступил испуг.
— Этого я ни понять, ни объяснить не могу… Но между прочим, когда Саванна начала колотить в двери, я сама проснулась с сильно затуманенной головой и до сих пор чувствую себя не лучшим образом.
Бейли с подозрением посмотрел на нее.
— Когда мы беседовали с вами сегодня утром, вы ничего подобного не говорили.
Доротея застрочила как из пулемета:
— Все произошло так быстро… Прибежала в истерике Саванна и сказала, что убили Салли. А тут еще Эдди никак не хотел просыпаться. Я чувствовала себя словно в кошмарном сне…
— Когда Саванна постучала в вашу дверь? — осведомился агент.
— В начале девятого. Я машинально бросила взгляд на часы, когда спустилась в холл.
— Что Эдди ел и пил вчера вечером?
— Ну, мы пообедали. Все как обычно, никаких изысков и дополнительных блюд. Потом выпили немного вина, после чего муж отправился к себе в студию, я же села за рабочий стол и стала просматривать деловые бумаги.
— Мы можем взглянуть на остатки обеда и винную бутылку? — продолжал гнуть свое Бейли.
— Объедки, естественно, отправились в мусорное ведро. А бутылка где-то, наверное, стоит, только я не помню где…
— Мне бы очень хотелось до отъезда взглянуть на нее, — настаивал Чип.
Доротея помрачнела.
— Что конкретно вы пытаетесь доказать?
Агент одарил ее холодным взглядом.
— Так или иначе, но вчера в Эдди влили нечто такое, отчего он совершенно отключился и до сих пор не может прийти в себя. Каким-то образом это должно было произойти, не так ли?
— Я не имею никакого представления, как это случилось, — с чувством произнесла Доротея.