Весь Дэвид Болдаччи в одном томе (СИ)

— Ну, мы пошли, — засобирался Кинг, — нам тоже надо кое-куда съездить и кое-кого повидать.
— Куда и кого, если не секрет? — быстро спросил Бейли.
— Отца Стиви Кэнни и родителей Дженис Пемброк.
— Мы уже разговаривали с ними. А также со всеми, кто имел хоть какое-то отношение к Диане Хинсон.
— В таком деле лишние уши и глаза не помешают, не так ли? — заметила Мишель.
— Поступайте как сочтете нужным, — согласился Уильямс. — Заранее одобряю все ваши действия.
— Не забудьте явиться ко мне с докладом, если узнаете что-нибудь стоящее, — бросил агент.
— Как только, так сразу, — пробормотал Кинг.
  
Глава 44
 
Напарники вернулись в свой офис, поскольку хотели кое-что сделать, перед тем как ехать на встречу с родителями Кэнни и Пемброк. Подъезжая, они заметили припаркованные перед офисом серебристый «мерседес» и «БМВ» восьмой серии.
— Эдди и Доротея, — нахмурилась Мишель, выходя из своего «Белого кита». В следующее мгновение почти синхронно распахнулись двери «мерседеса» и «БМВ» и гости выбрались наружу.
— Между прочим, они ездят в разных машинах, — шепотом прокомментировала Максвелл.
— И, возможно, правят каждый в свою сторону.
Эдди был одет в серые шерстяные брюки, белую рубашку и синий блейзер и держал в руке кожаный портфель. Надо сказать, что хороший дорогой костюм сообщал его правильным загорелым чертам еще больше привлекательности. Так по крайней мере думала Мишель.
Доротея была с ног до головы затянута в черное, что, казалось, полностью согласовывалось с жизненными обстоятельствами семьи. Кинг, однако, знал, что черный цвет ее наряда не имеет ничего общего с трауром. Об этом свидетельствовали, помимо всего прочего, чулки в крупную сетку, туфли на высоких каблуках и весьма глубокое декольте.
Шон отпер офисную дверь, и все вошли.
Когда хозяева и гости расселись в гостиной вокруг стола, детектив произнес:
— Позвольте, Эдди, выразить наши искренние соболезнования в связи с кончиной вашего отца. — Потом он перевел взгляд на Доротею, но не добавил более ни единого слова, поскольку выражение, утвердившееся на ее лице, ясно говорило о том, что она ни в каких соболезнованиях не нуждается.
— Все еще не могу в это поверить, — ответил Бэттл. — Мама находилась у него до десяти вечера, и все вроде бы шло нормально. А в десять тридцать он умер.
— Ремми сказала нам, что, выходя из отделения и направляясь на парковку, не встретила на своем пути ни одного человека, — вступила в разговор Мишель.
— Ну, преступник вряд ли относился к тому типу людей, которые выскакивают из темноты у вас перед носом и кричат: «А сейчас я убью вашего мужа!» — с раздражением в голосе произнесла Доротея.
Эдди кивнул:
— Спасибо, Доротея, что привлекла наше внимание к этому пункту. Ну а теперь, если тебе нечего к этому добавить, посиди немного в тишине и попытайся успокоить нервы.
«Так ее! Молодец, Эдди», — подумала Мишель.
Доротея посмотрела на мужа так, что, казалось, еще немного — и разразится еще более едкой тирадой в его адрес. Этого, однако, не произошло. Она сдержалась и продолжала хранить молчание, сложив на груди руки и мрачно глядя в пол.
— Чем мы можем помочь вам, Эдди? — спросил Кинг.
Тот вынул из портфеля газету и ткнул пальцем в статью на передней странице. Шон взял газету из его рук и некоторое время читал. Максвелл, нависнув над его левым плечом, также погрузилась в чтение.
Прочитав статью, детектив поднял глаза и обвел невеселым взглядом комнату.
— Как могло случиться, что информация об угрозах Ремми в адрес Джуниора проникла на страницы прессы?
— Возможно, Лулу постаралась, — предположила Мишель. — Ее мать Присцилла также могла рассказать об этом газетчикам, что, на мой взгляд, вполне в ее духе.
— В любом случае, — продолжил Эдди, — эти сведения стали достоянием широкой публики, и теперь весь город думает, что Джуниора убила моя мать.
— Но в «Райтсбергской газете» также сказано, что власти обвиняют в смерти Джуниора серийного убийцу, терроризирующего наш город, — заметила Максвелл.
 
Бэттл наклонился вперед.
— Это уже не имеет значения. Наверняка люди думают, что она велела своему человеку замаскировать убийство под деяние маньяка.
— Ну и как Ремми воспринимает сложившуюся ситуацию?
— Она в ужасе.
— Но ваша мать не отрицает, что угрожала Джуниору? — быстро спросил Кинг.
Теперь настала очередь Эдди невесело оглядывать комнату.
— Не хочу играть с вами в семантические игры, Шон. Но даже если моя мать ему и угрожала, это не значит, что она имеет хоть какое-то отношение к этому убийству.
— Я не в состоянии контролировать мысли горожан.
— Знаю. Просто я подумал, что вы могли бы…
— Что вы от нас хотите, Эдди? — мягко спросила Мишель.
— Хорошо, что вы сразу перешли к этому пункту, — встряла Доротея. — Мне еще нужно сегодня успеть показать два дома потенциальным покупателям.
Муж проигнорировал ее замечание:
— Не могли бы вы приехать к нам и поговорить с матерью? Я знаю, что, когда в прошлый раз вы приезжали к нам вместе с Чипом, она вроде как прервала разговор. Но сейчас, уверяю, она примет вас, поскольку ей просто необходимо обсудить эту ситуацию.
— А что, собственно, миссис Бэттл хочет нам сообщить? — осведомился Кинг.
— Ну, я не знаю точно, что именно, однако вам в любом случае будет полезно узнать ее точку зрения по этому поводу. Не станете же вы, в самом деле, основываться на скандальных газетных статьях.
— Уверен, что Чип и его люди с удовольствием выслушают ее.
— Несомненно. Но с вами она почувствовала бы себя более комфортно. Между нами, Бейли и моя мать не больно-то ладят друг с другом.
— Несмотря на то, что он спас вам жизнь?
— Не знаю, чем это объяснить. Тем не менее это правда.
— А он отзывается о ней с большим пиететом.
— Вероятно, я неудачно выразился… Дело в том, что моя мать с некоторых пор не испытывает к нему никого интереса.
— Хорошо. Если так, мы поговорим с ней. Но, повторяю, это не сможет отвратить жителей города от сплетен.
Доротея вмешалась в разговор:
— Поскольку Эдди продолжает ходить вокруг да около, позвольте мне сформулировать то, что он имеет в виду, более отчетливо. Разумеется, Ремми не имела никого отношения к смерти этого человека, и в этом не может быть никаких сомнений. Что же касается сплетен, они сразу прекратятся, когда вы поймаете настоящего убийцу.
— Совершенно верно, — кивнул Эдди. — А заодно, возможно, выясните, кто убил моего отца.
— Значит, вы полагаете, что это сделал один и тот же человек? — спросил Кинг.
— Мне лично кажется весьма подозрительным, что смерть Джуниора и моего отца последовала вскоре после того, как Девера обвинили в ограблении родительского дома. Таких совпадений, на мой взгляд, не бывает.
— Между прочим, это моя идея, — произнесла Доротея с гордостью в голосе. — Я затем сюда и приехала, чтобы довести свою точку зрения до вашего сведения. Много думала об этом в последнее время. Что, если кто-то использует серийные убийства как прикрытие для собственных делишек? И еще одно: убийства Джуниора и Бобби, как мне представляется, связаны с тем, что́ было похищено из усадьбы Бэттлов.
— Мы тоже рассматривали эту версию, — подтвердил Кинг.
— Видишь?! — воскликнула Доротея, обращаясь к мужу. — Я тебе говорила!
— Говорила, не спорю, — откликнулся Эдди. — Стало быть, вы, Шон, не сбрасываете со счетов такую возможность?
— Все может быть, — осторожничал детектив. — Ваша мать сегодня дома?
— Да. Но завтра похороны, на которые придут множество людей.
— Тогда мы поговорим с ней после этого. На какое время назначена служба?
— На два часа дня. Отпевание состоится в церкви Христа, а похороны — на Кенсингтонском кладбище. Разумеется, вы тоже входите в число приглашенных.
Жена Бэттла подалась всем телом вперед и снова вступила в разговор: