Весь Дэвид Болдаччи в одном томе (СИ)

Лулу внимательно посмотрела сначала на Кинга, потом на Мишель.
— Хэрри предупреждал нас, что вы приедете. Я только что забрала Джуниора из тюрьмы и не хочу, чтобы он вернулся туда.
— Я туда не вернусь, — пробасил Девер. — Потому что не сделал ничего дурного.
Стоило ему только произнести эти слова, как маленькая девочка, которую он вынес на руках из машины, начала тихонько всхлипывать.
— Ну и дела, — произнес с озадаченным видом Джуниор и, повернувшись к дочери, добавил: — Хватит реветь, Мэри Маргарет! Сказано же тебе, что папочка ни в какую тюрьму больше не пойдет и останется дома.
Малышка, однако, продолжала всхлипывать.
— Мама! — крикнула Лулу, обращаясь к недрам трейлера. — Выйди и забери детей.
Присцилла — уже без пистолета — вышла наружу и загнала старших детей внутрь. Потом, протянув руку за всхлипывающей Мэри Маргарет, подняла глаза на зятя.
— О как! Похоже, нынче выпускают из тюрьмы кого попало.
— Мама! — вскричала Оксли. — Иди в дом и присматривай за детьми.
Присцилла повернула Мэри Маргарет лицом к двери и наградила поощрительным легким шлепком. Девочка мгновенно исчезла в чреве трейлера.
Потом толстуха кивнула в сторону Кинга и Мишель.
— Этот говорун со своей подружкой все тут рассматривали и расспрашивали меня о разных вещах. Сказали, что работают на Джуниора. А я сказала, что прострелю им головы, если они попытаются войти в дом, и послала их куда подальше.
Вид у этой мегеры был настолько воинственный, что Кинг невольно сделал шаг вперед, закрывая собой Мишель.
— Миссис Оксли! — произнес он. — Как я уже говорил, мы на стороне Джуниора и приехали сюда, чтобы прояснить некоторые вопросы, связанные с его делом. До этого мы побывали в большом доме и имели беседу с Ремми Бэттл.
— Опять затарахтел, — прокомментировала выступление детектива Присцилла и осведомилась: — Значит, побывали в доме Бэттлов? Ну как там поживает королева?
— Вы знаете ее? — спросил Шон.
— В свое время я работала на курорте Гринбриер в Западной Виргинии. Она и ее семья частенько приезжали туда.
— И миссис Бэттл показалась вам слишком… хм… требовательной? — спросил детектив.
— Надменная стерва и боль в заднице — вот кто она такая, — заявила Присцилла. — А если Джуниор настолько глуп, что позволил себе красть у этой ведьмы, то пусть огребет за это полной мерой.
Лулу наставила на мать указательный палец как пистолет.
— Дай нам переговорить с этими людьми. — Она кивнула в сторону входной двери, из которой высовывалось личико Мэри Маргарет, прислушивавшейся с замирающим сердцем к разговорам взрослых. — И обсудить с ними кое-какие вопросы, которые детям слушать совершенно не обязательно.
— Не беспокойся об этом, малышка. Я сама расскажу детям о недостатках их папочки. Это займет не более двух месяцев.
— Не надо делать этого, мама. Очень вас прошу, — буркнул Джуниор, опустив голову и исследуя взглядом свои большие ступни. Он был выше Присциллы почти на голову, но даже при этом условии проигрывал ей в весе. И не только в весе. Глядя на них со стороны, Кинг и Мишель все больше убеждались, что он как огня боится свою тещу.
— Не смей называть меня мамой! Мы с Лулу столько всего для тебя сделали — а как ты нам отплатил? Влез по уши в грязное дело! Возможно, тебя даже посадят на электрический стул!
При этих словах сдавленные рыдания Мэри Маргарет перешли в громкий рев, и Лулу поторопилась навести порядок в своих владениях.
— Прошу простить меня, — твердо извинилась она перед гостями, после чего перешла от слов к делу.
Зажав подол платья Присциллы в кулаке, она чуть ли не волоком оттащила родительницу к трейлеру и, втолкнув ее вместе с Мэри Маргарет в помещение, нырнула внутрь сама. Некоторое время из трейлера доносились приглушенные дверью крики и сердитые голоса, но постепенно они затихли и установилась тишина. Прошло еще несколько секунд, и Лулу как ни в чем не бывало вышла из трейлера, предусмотрительно заперев за собой дверь.
— Мама иногда бывает просто несносной. Особенно когда начинает выпивать. Вы уж извините.
 
— Она меня не любит, — заявил Джуниор, хотя в этом не было никакой необходимости.
— Почему бы нам всем не присесть? — предложила Оксли, указывая на столик для пикников справа от трейлера.
Когда все устроились за столом, Кинг вкратце поведал Джуниору и Лулу о своем визите в Каса-Бэттл.
После детектива первой заговорила жена Девера.
— Вот в чем проблема, — ткнула она пальцем в сарай на импровизированном заднем дворе. — Я миллион раз говорила Джуниору, чтобы он навесил дверь и врезал замок. Но воз и ныне там.
— Известная история, — проворчал плотник. — Вкалываешь всю жизнь в чужих домах, а на свой собственный времени не хватает.
— Беда в том, — продолжила Лулу, — что туда кто угодно может зайти.
— Только не тогда, когда там старина Лютер, — Девер кивнул на собаку, которая, выскочив из пустого дверного проема, снова подняла лай. На этот раз, правда, она лаяла в знак приветствия, радуясь возвращению хозяев.
— Лютер? — пренебрежительно произнесла Лулу. — Тоже мне сторож… Да, он лает — но укусить вряд ли осмелится. Это не говоря уже о том, что когда кто-нибудь приносит ему пожрать, он готов перед этим человеком на брюхе ползать. — Оксли повернулась к Мишель и Кингу. — К моему мужу постоянно заходят приятели, чтобы позаимствовать тот или иной инструмент. Когда нас нет дома, они оставляют записку, где перечисляют взятые вещи, и сообщают, когда вернут их. Но бывает, что и не возвращают. А этот Лютер ни разу никого из них не остановил.
— В знак благодарности они оставляют упаковку пива, — быстро добавил Джуниор. — Эти старперы — хорошие ребята.
— То, что они старперы — чистая правда, — с сарказмом заметила Лулу. — Не знаю только, насколько они хорошие. Очень может быть, что один из них тебя и подставил.
— Нет, детка. Никто из моих приятелей не сделает мне подлости.
Кинг вмешался в разговор:
— Как бы то ни было, имеет смысл продемонстрировать разумные сомнения на этот счет. Если жюри решит, что тут вероятны варианты, это может сыграть вам на руку.
— Да, Джуниор, именно так. Он дело говорит, — подтвердила Оксли.
— Но парни мои друзья. И я не хочу впутывать их в это дело. Тем более я уверен, что ребята не способны мне навредить. В любом случае подозревать кого-то из них в том, что они вломились в дом Бэттлов, просто-напросто глупо. И еще одно: позвольте совершенно официально вам заявить, что никому из моих приятелей никогда и ни при каких условиях не могло прийти в голову как-либо задеть или обидеть миссис Бэттл. Я, конечно, в колледже не учился, но мне и без того достанет ума не лишать женщину ее обручального кольца. Кому нужна такая головная боль?
— Вам и не придется ничего предпринимать против ваших друзей, — со значением отчеканил Кинг. — Просто дайте нам их имена и адреса, и мы проверим — скрытно и конфиденциально. Очень может быть, у них у всех железное алиби, а если так, мы сможем забыть про них и двигаться дальше. Друзья друзьями, но пока мы не найдем еще одного подозреваемого, главным будете оставаться вы, поскольку на вас указывают очень серьезные улики.
— Слушай, что он говорит, Джуниор, — кивнула Лулу. — Ты ведь не хочешь возвращаться в тюрьму, верно?
— Конечно, не хочу, детка.
— И какой же из этого следует вывод? — Она выжидающе на него посмотрела.
Девер с большой неохотой назвал детективам имена и адреса приятелей.
— А теперь, Джуниор, — елейным голосом произнес Кинг, — ответьте мне честно на пару вопросов. Мы работаем на вашего адвоката, поэтому все, что вы скажете, будет считаться конфиденциальной информацией и дальше этого места не пойдет. — Он сделал паузу, подбирая нужные слова. — Итак, вы имеете что-либо общее с этим делом? Я не в том смысле, что лично участвовали в ограблении, но, возможно, словом или делом помогали кому-то это осуществить, пусть даже невольно?
Девер вскочил с места и сжал кулаки.