Весь Дэвид Болдаччи в одном томе (СИ)

— Что же произошло?
— Я выполнял квалификационный заезд на трассе Дарлингтона. Из-за уникальной формы овала ее прозвали «Яйцом». Некоторые же гонщики зовут трассу «Леди в черном». Именно такой она для меня и оказалась.
— Что? Что там произошло?
Калеб помрачнел.
— «Леди в черном» неумолима. На выходе из четвертого поворота я тиранулся правым задним крылом о стальные рельсы ограждения, чтобы использовать их как катапульту для скоростного рывка на прямой. Этот прием назывался «прыжок тигра». «Тигровые» полосы стертой краски — «шрамы Дарлингтона» — были в то время отличительной чертой машин лучших гонщиков. Ну так вот, на выходе из поворота, на скорости сто восемьдесят пять миль, у меня взрывается правая передняя шина, и я полностью теряю управление. Тогда еще не ставили передние спойлеры, поэтому машина взлетела и перевернулась. В том месте стояло два ограждения — трассы и ограждение пит-лейн. Я перелетел через оба и грохнулся прямо в команду механиков.
— Боже!
— Мою команду, — торжественно и мрачно добавил Калеб. — Мою собственную команду.
Аннабель судорожно вздохнула.
— Отец?
— Я отделался синяками да шишками, а он лежал в больнице долгие месяцы. С тех пор я автоспортом не занимаюсь. Долгое время не мог воткнуть передачу, надавить на акселератор, не мог даже сесть в машину. Совсем все забросил. И вместо гонщика вышел библиотекарь. Но я сохранил «шеви-нова», один из первых своих гоночных автомобилей. Я крашу его в дерьмовый серый цвет, чтобы скрыть номера и полосы-шрамы. Номер двадцать два. Дубль-два, как меня называли. Глядя на это старье, никто не скажет, что под невзрачной внешностью скрывается мощный суперкар. Двухдиффузорный карбюратор, форсированный двигатель в четыреста с лишним лошадок и педаль газа, которая никогда не подведет. Как-то мне пришлось гнать поздно ночью в Сентрвиль. Так на прямой моя старушка легко выдавала сто пятьдесят. Да, были дни…
— Калеб, прости меня. — Она нежно коснулась его плеча.
Несколько минут прошли в молчании.
— Ну что, купил я тебя, а?
Она глянула на Калеба — тот широко ухмылялся.
— Ой, да неужели ученик Ричарда Петти? Кто? Я?
— Так ты все это сочинил?! Гад! — Она шлепнула его по плечу, но во взгляде было восхищение.
— Что, съела? Думала, одна ты умеешь правдоподобно врать? Я всю свою жизнь провел среди книг, Аннабель. Я сочиняю не хуже всех этих писателей.
— Но это все равно не объясняет, где ты научился так водить.
— Я вырос в центральной, гористой части Пенсильвании. Моей первой машиной был мини-погрузчик, на котором я засыпал гравием дорогу. А с восемнадцати лет я стал участвовать в гонках на сток-карах. В основном на всяком металлоломе по грунтовкам. После трех тяжелых аварий, едва уцелев, я посвятил себя библиотечному делу, но остался большим фанатом НАСКАР.
— Калеб, я увидела тебя совершенно с другой стороны.
— У каждого есть свои тайны.
— А у членов «Верблюжьего клуба», как я вижу, их больше, чем у остальных.
  
Глава 53
 
— Бен?
Стоун открыл глаза, повернулся на голос и увидел державшую его за руку Аби. Он глянул повыше ее плеча и понял, что находится в больничной палате.
— Что тут происходит? — спросил он, силясь подняться.
Аби и еще кто-то осторожно уложили его назад.
— Тише, тише, вставать нельзя.
Это был Тайри, стоявший по другую сторону больничной койки.
Стоун откинулся на подушку.
— Так что произошло? — спросил он опять.
— А что ты помнишь? — вопросом на вопрос ответила Аби.
— Везу Вилли домой, потом просыпаюсь здесь.
— Он взорвался, — тихо сказал Тайри. — Я имею в виду, его трейлер взорвался.
— А Вилли? А Боб? Они тоже там были.
Аби сжала его руку.
— Они оба погибли.
— Что случилось?
— Предположительно баллон с пропаном. Только он мог так рвануть, — ответил Тайри. — Еще два-три фута, и вам бы тоже конец. Повезло, что вы стояли за пикапом, он частично погасил ударную волну.
Стоун задумался.
— Помню, что-то сыпалось сверху прямо на меня.
 
Аби с Тайри переглянулись.
— Разный мусор, — наконец сказала она.
— Почему взорвался газ?
— Надо выяснить, — мрачно произнес Тайри. — Вероятно, у него в трейлере, где кухонная плита и баллоны с пропаном, хранились и охотничьи боеприпасы.
— Это не может быть несчастным случаем. Не может.
— Готов согласиться с вами, — сказал шериф. — Но мне нужны доказательства.
Стоун сумел устроиться полусидя.
— Постойте. Я вспомнил. По дороге мы с Вилли говорили о Дебби.
Он изложил им свою версию о том, что Дебби могла видеть убийц Петерсона.
Тайри потер челюсть.
— Вилли мне не говорил, что она была в тот вечер в булочной. Впрочем, я и не считал, что Дебби покончила с собой.
— Как? — в один голос воскликнули Стоун с Аби.
— У нее не такие длинные руки, чтобы, вставив дуло в рот, дотянуться до спускового крючка.
Стоун посмотрел на него с уважением:
— Как раз об этом я и подумал, когда осматривал ружье. Вилли показывал мне ее фотографию. Дебби была невеличка.
— Тайри, ты никогда не намекал, что Дебби убили, — сказала Аби.
— Потому что не знаю, кто ее убил. И зачем. Полагаю, кто-то из местных. Пусть лучше убийца считает меня дураком-деревенщиной. Тогда он может допустить ошибку, что позволит его вычислить.
— Вы отнюдь не деревенщина, — сказал Стоун, и Тайри посмотрел на него с благодарностью.
— Дэнни уже знает про Вилли?
Аби кивнула.
— Его это так потрясло, что пришлось давать успокоительное. Он ревел, как ребенок.
— Кончилась калифорнийская мечта, — вздохнул Стоун.
— О чем вы? — удивился Тайри.
— Долго рассказывать, — ответила Аби.
— Надо скорее браться за дело, Тайри, пока не убили кого-нибудь еще.
Стоун попытался встать.
Тайри уложил его назад.
— Тпр-ру, лежать. Доктор сказал, что на день-два вам нужен покой.
— У нас нет одного-двух дней.
— Я пока один поковыряюсь. После того, что вы рассказали, в деле появились новые аспекты.
— Дэнни и Аби нуждаются в защите.
— Я? — удивилась Аби.
— Вспомни Боба. Им все равно, кого убивать.
— Согласен, — кивнул Тайри. — У меня есть пара человек, я назначал их помощниками шерифа. Одного приставлю к Дэнни, второго к Аби.
— Тайри, это совершенно ни к чему.
— Не спорь, Аби. Случись что с тобой, как мне дальше жить? Ну, то есть этого ни в коем случае не должно случиться. Понимаешь?
Страстная сила этих слов, похоже, удивила самого шерифа. Он даже слегка покраснел.
— Хорошо, — кротко промолвила Аби.
— Что вы намерены предпринять? — спросил Стоун.
Тайри сел и пододвинулся вместе со стулом.
— Вы сказали, что Дэнни избили трое парней. Он по-прежнему не хочет со мной об этом говорить, но я думаю, что по крайней мере один из них — шахтер.
— Почему?
— Когда я приехал к Дэнни в больницу, он молчал как рыба. Что не помешало мне осмотреть его одежду. Так вот, я обнаружил на ней угольную пыль. Наверняка она попала туда от одного из нападавших. Сам-то он, насколько я знаю, в шахте никогда не бывал.
— Ни разу, — подтвердила Аби. — Но с какой стати шахтеру набрасываться на Дэнни?
— Черт, я точно видел его раньше! — воскликнул Стоун. — В первый день, когда возился у тебя в ресторане. Тайри ушел, а ты, Аби, была в подсобке. Дэнни закончил завтрак и собрался уходить, когда какой-то высокий парень загородил ему дорогу. Требовал ответить, остается ли Дэнни или снова их бросит. Он-то и был среди тех троих.
— У этого парня есть имя?
Стоун на минуту задумался:
— Лонни.
— Лонни Брубэк?! — воскликнула Аби.
— Опишите его, — попросил Тайри.
— И так узнаете. У него на лице должен быть след от ременной пряжки.
— Лонни работает по плавающему графику на шахте «Кинч-Вэлли». Я и понятия не имел, что Дэнни с ним водится, — удивился Тайри.