Весь Дэвид Болдаччи в одном томе (СИ)

С этими словами он показал на влажное пятно.
Женщина вновь улыбнулась:
— Зато разгоняет сон.
— Это верно, — согласился Финн, заходя в помещение следом.
— Вы здесь кого-то ищите? — спросила она.
Финн помотал головой и показал фальшивое, но внешне безупречно выглядящее удостоверение сотрудника Управления национальной безопасности.
— Выборочная проверка. Федеральные органы пожелали узнать, как расходуются деньги налогоплательщиков.
— Ясно. Что ж, желаю успехов, — отозвалась женщина, направляясь по своим делам.
Финн прошел по лаборатории, тайком делая снимки пуговичной микрокамерой и приветливо кивая встречным людям, пока сам заносил те или иные сведения в электронный блокнот. Не в первый раз он удивлялся происходящему. Если ведешь себя так, словно имеешь все права здесь находиться, тебя никто не остановит, не потребует объяснений. Мало того, ему охотно рассказывали о свойствах определенных вакцин. Наконец он покинул лабораторию и спустился к главному входу — благодаря помощи очередного доброго самаритянина-попутчика. Впрочем, оказавшись в нижнем вестибюле, Финн замер на месте.
Сэм, неповоротливый парень из офиса, стоял лицом к стене, пока охранник проводил весьма непрофессиональный обыск. Любой мало-мальски подготовленный оперативник за секунду сумел бы завладеть его табельным оружием.
— Эй, что тут у вас происходит? — бросил Финн, подходя ближе.
— Шпиона поймали! — заявил охранник. — С поличным! Сейчас полицию вызову.
Финну пришлось вытащить свои подлинные документы с официальным приказом, после чего сообщить ответственному сотруднику местной службы безопасности, что его группу обнаружили. Конечно, ему очень не хотелось звонить с такими новостями, но когда у тебя в команде зеленые новички, проколы практически неизбежны.
Все бы на этом и закончилось, если бы Сэм не совершил дурацкой ошибки. Запаниковав при виде пистолета, он оттолкнул охранника и пустился наутек.
Тот прицелился в его широкую спину и заорал:
— Стоять!
— Не стреляй! — в свою очередь, крикнул Финн, бросаясь вперед.
Пистолет выстрелил в тот момент, когда он сбил охранника с ног. Через мгновение оружие полетело на пол, а удостоверение Финна торчало у парня перед носом.
— Звони старшему! Ваш Джон Риверс в курсе…
Финн на полуслове замолчал, уставившись на распростертого Сэма. У того из дырки в спине хлестала кровь.
— Твою мать! — выкрикнул Финн, подлетая к злосчастному дурню.
  
Глава 67
 
Карета «скорой помощи» отъехала минут через тридцать. Финн сумел остановить кровотечение, но затем был вынужден делать Сэму искусственное дыхание и непрямой массаж сердца, когда у подстреленного коллеги пропал пульс — возможно, от болевого шока. С появлением реанимационный бригады он передал дело в их опытные руки. Сэм выживет, однако ему предстоит длительный курс реабилитации, — пуля, судя по всему, повредила внутренние органы.
Финн следил за удалявшимся красным проблесковым маячком, пока реанимобиль окончательно не скрылся из виду. Рядом стоял Джон Риверс, глава местной службы безопасности, многословно извиняясь за то, что его сотрудник выстрелил Сэму в спину, когда тот не представлял непосредственной угрозы.
— Слава Богу, что здесь был ты, Гарри, — сказал затем Риверс. — Иначе парня точно прикончили бы.
— Да, но я сам его сюда и притащил…
— Ты войди в мое положение: нам не дают ни денег, ни времени на обучение людей, — жаловался Риверс. — Миллиарды тратят на завод и охранную технику, но готовы сунуть пистолет в руки юнца, который к тому же зарабатывает десять баксов в час. В чем тут смысл, убей не пойму…
Финн почти не слушал. Такого прокола с ним еще не случалось. Он не любил брать с собой неопытных людей на подобные задания и много раз заявлял решительный протест. Что ж, не исключено, что теперь к нему прислушаются.
Финн вернулся домой, после чего отвез Патрика на бейсбольную тренировку и там молча сидел, наблюдая, как его средний сын один за другим отбивает мячи: сначала на поле, а затем и в проволочном закутке с автоматической подающей пушкой. По дороге обратно он тоже был малоразговорчив, позволив оживленному Патрику в красках описать события школьного дня. За ужином Сузи прочла вслух свою роль из намеченной любительской постановки — хотя было не совсем понятно, что именно могут сказать деревья, и этот факт ее старшие братья не преминули отметить. Девочка с достоинством приняла насмешки, а под конец заявила: «Уймитесь, дураки. Вы ничего не понимаете». Это замечание вызвало недовольство Мэнди; она уже выбивалась из сил, потому что последние дни Финн практически полностью пропадал на работе.
 
Затем Дэвид спросил:
— Эй, пап, а ты придешь к нам на футбольный матч в воскресенье? Тренер обещал, что поставит меня в ворота!
Финн рассеянно отозвался:
— Извини, сынок. У меня, наверное, будут дела в тот день.
И действительно, он собирался навестить мать.
Мэнди дала Дэвиду немного карманной мелочи, потому что их класс следующим утром собирался поехать на школьную экскурсию в Капитолий. Сегодня за ужином она ела очень мало и все поглядывала на мужа, который явно витал где-то в облаках.
— Гарри, все в порядке?
Он вздрогнул, отрываясь от собственных мыслей.
— Да так, просто навалилось на работе…
О сегодняшнем инциденте новостные каналы умолчали, хотя на место происшествия выезжала полиция. Ясно: серьезные органы наложили свое цензурное вето. В противном случае пострадали бы условия для выполнения контракта той «красной ячейки», в которой работал Финн по заданиям Управления нацбезопасности, а ведь эта деятельность была жизненно важной для интересов страны. Кстати, стрелявшему охраннику не предъявили никаких обвинений, если не считать выговора за нарушение служебной инструкции, после чего лишили права носить табельное оружие.
После ужина Финн съездил в больницу проведать Сэма. Тот все еще находился в блоке интенсивной терапии, однако его состояние стабилизировалось. Напичканный мощными препаратами, он даже не заметил появления Финна. Родители Сэма успели прилететь из Нью-Йорка и сейчас сидели в коридоре у палаты. Финн провел с ними около часа, объясняя случившееся и старательно умалчивая о том, что виноват-то, по сути, их сын, которому хватило глупости кинуться наутек от нервного юнца с большой пушкой.
Затем он покинул больницу и некоторое время кружил по городу, настроив магнитолу на волну, где в круглосуточном режиме передавали новости. Наконец, когда ему надоело слушать сообщения, чей тон постепенно сменился с мрачного на подавленный, а затем и вовсе на безысходный, он выключил радиоприемник. Господи, что за мир они оставят своим детям…
Финн поехал в центр — не хотел пока возвращаться домой, в тихий виргинский пригород. Еще за ужином он по выражению лица Мэнди понял, что ее подмывает поговорить с ним о разных разностях, однако на это у него попросту не было сил. Мало того, Финн никак не мог решить, в каком ключе подать жене новость, что он опять хочет проведать мать. У детей сейчас очень плотное расписание, сам он все время пропадает на службе… не мудрено, что Мэнди на взводе. Но тут ничего не попишешь — особенно после новости о воскрешении Джона Kappa.
Вскоре машина выехала на проспект Конституции, который мог претендовать на звание второй по счету самой знаменитой улицы американской столицы после Пенсильвания-авеню. Свернув здесь налево, Финн направился в сторону Белого дома, а затем после правого поворота попал на Эф-стрит, откуда добрался до торгового и делового квартала, где царило оживление ночной жизни. Справа высился железобетонный каркас недостроенного здания, — хозяин-девелопер обанкротился. Поджидая на красном светофоре, Финн рассматривал в левое окно новый жилой кондоминиум. Его взгляд скользнул вверх, на седьмой этаж, потом на угловое окно этого роскошного небоскреба… Нет, здесь он оказался вовсе не случайно. Поездка была вполне преднамеренной.