Весь Дэвид Болдаччи в одном томе (СИ)
— И все из-за денег?
— Я встречал таких, кто утверждал, что это все во имя высоких идеалов, во имя того, во что они верят, даже просто для развлечения и удовольствия, но в конечном итоге все всегда сводится именно к деньгам.
Она с любопытством подняла брови:
— Тебе, значит, приходилось иметь дело с предателями?
Он искоса посмотрел на нее:
— Неужели тебе это и впрямь интересно?
— Мне ты интересен. — И когда он ничего на это не сказал, добавила: — Так как насчет предателей?
Он пожал плечами:
— Мне их попадалось гораздо больше, чем хотелось бы. Но это все были недолгие знакомства. — Он встал и подошел к окну. — Откровенно говоря, эти знакомства продолжались всего по несколько секунд перед тем, как люди отправлялись на тот свет. — Последние слова он произнес почти шепотом.
— Так вот, значит, чем ты занимался? Убивал предателей Америки? — Стоун чуть приподнял вдруг напрягшиеся плечи, и она поспешно добавила: — Извини, Джон, мне не следовало это говорить.
Он повернулся к ней лицом:
— Кажется, я забыл сказать, что Джон Карр умер. И лучше тебе впредь называть меня просто Оливер. — Он снова уселся на стул, не глядя в ее сторону. — И тебе нужно поспать.
Она встала и пошла к двери, но по пути оглянулась. Стоун в напряженной позе сидел на стуле и вроде бы не сводил глаз с Трента, но Аннабель была уверена, что он смотрит не на связанного шпиона в наручниках. Его мысли наверняка были где-то в прошлом — может быть, в не самых радужных воспоминаниях.
Недалеко от них Роджер Сигрейвз готовил собственную команду, стараясь предусмотреть любые ходы, которые может сделать противник. Он не был дома, так как подозревал, что с Трентом что-то случилось. Они с партнером давно уже разработали целую систему предупреждений, в соответствии с которой каждый должен был звонить другому в определенное время по вечерам, если все шло как надо. Но сегодня такого звонка не последовало. То, что они захватили Трента, осложняло дело, но отнюдь не превращало его в неразрешимую проблему. Следовало полагать, что Оливер Стоун и его приятели уже обратились к властям, — стало быть, ему придется преодолеть несколько уровней сопротивления, чтобы вывезти Трента, если, конечно, тот уже не раскололся и не заложил его. Однако, вместо того, чтобы бояться завтрашнего дня, Сигрейвз с нетерпением ждал его наступления. Настоящий человек живет именно ради таких вот моментов. Когда выживает именно сильнейший. Сигрейвз был совершенно уверен, что сильнейшим завтра окажется он сам, а Оливер Стоун и его друзья умрут.
Глава 64
Утро следующего дня было безоблачным и теплым. Стоун и остальные покинули отель, забрав с собой большой сундук, который они погрузили в машину. В него был засунут Трент. Стоун присел возле Трента и сделал ему инъекцию в руку. Минуту спустя у того задрожали веки. Придя в себя, Трент дико осмотрелся и попытался сесть.
Стоун надавил ладонью ему на грудь, потом вынул нож из висевших на поясе ножен. Прижав острие к трясущемуся лицу Трента, он ввел его между повязкой, закрывавшей тому рот, и губами и разрезал тряпку.
— Что вы делаете? — произнес Трент дрожащим голосом. — Я федеральный служащий. Вы в тюрьму пойдете!
— Кончайте, Трент. Нам все известно. И если вы не сделаете какую-нибудь глупость, мы обменяем вас на Калеба Шоу. Тихо и мило, очень просто. Но если не станете выполнять то, что вам скажут, я вас убью, собственными руками. Или вы предпочли бы пожизненное тюремное заключение за государственную измену?
— Да я понятия не имею…
— Вот вы уже проявляете строптивость. — Стоун поднял лезвие повыше. — Книга с кодированной информацией у нас, а еще улики, указывающие на то, что это вы организовали убийство Брэдли. Мы все знаем и про Джонатана де Хейвна и Корнелиуса Бина. Кроме того, вы хотели прибавить и нас к этому списку покойников, но мы решили, что нам пока еще рановато убираться на тот свет. — Он мотнул головой в сторону Аннабель.
— Когда собираетесь напустить своих бандитов на людей, Ал, — добавила та улыбаясь, — не надо вставать так, чтобы в зеркале было видно ваше отражение. Что до меня, то я бы прямо сейчас распорола вам глотку и вышвырнула ваше дохлое тело на свалку. Туда, куда свозят мусор и всякие отходы. Понятно?
Стоун снял наручники с рук и ног Трента.
— Это будет обмен. Мы получим Калеба, вы получите свободу.
— А какие гарантии?
— Такие же, как у Калеба. Придется верить мне на слово. Вставайте!
Трент поднялся на подкашивающихся ногах, и все сгрудились вокруг него.
— Только вы об этом знаете? Если вы сообщили полиции…
— Заткнитесь! — окрысился на него Стоун. — Надеюсь, у вас уже готов фальшивый паспорт и куплены билеты на самолет.
Робин открыл дверцы, и они вылезли, держа Трента в середине.
— Господи! — воскликнул Трент, глядя на море людей перед собой. — Что за черт? Что тут происходит?!
— Вы что, газет не читаете? — ответил Стоун. — Это Национальный книжный фестиваль на Молле.
— И марш против бедности, — добавил Милтон.
— Две сотни тысяч народу, — вставил Робин. — Замечательный праздник, прямо в столице. Читайте книги и боритесь с бедностью. — Он толкнул Трента в бок. — Пошли, вонючка, нам не следует опаздывать.
Молл протянулся почти на две мили, ограниченный с запада мемориалом Линкольна, а с востока Капитолием и окруженный огромными музеями и впечатляющими правительственными зданиями.
Национальный книжный фестиваль, ежегодное празднество, собрал более ста тысяч участников. Здесь были установлены огромные шатры размером с цирк-шапито, украшенные флагами и транспарантами с надписями: «Художественная литература», «История», «Детская литература», «Триллеры», «Поэзия» и так далее. В этих шатрах писатели, художники-иллюстраторы, сказочники и все прочие собирали огромные толпы людей.
По Конститьюшн-авеню к Капитолию двигался марш протеста против бедности. После него участники всех прочих маршей тоже присоединятся к книжному фестивалю, доступ на который был открыт для публики.
Стоун тщательно спланировал обмен, назначив встречу в месте, подсказанном ему Алексом Фордом. Оно было выбрано возле Смитсоновского института на Джефферсон-стрит. Когда вокруг толпы людей, убийце почти невозможно получить хороший обзор цели и произвести точный выстрел, тем более с приличного расстояния. В рюкзаке у Стоуна было некое устройство, которое должно было помочь ему завершить дело так, как ему было необходимо, поскольку, добившись возврата Калеба, Оливер вовсе не желал позволить Альберту Тренту и его приятелям-шпионам сбежать.
— Впереди и чуть правее, возле стоянки мотоциклов, — сказал Робин.
Стоун кивнул: он уже заметил Калеба, стоявшего на небольшом газоне и до пояса закрытого живой изгородью. За ним виднелся огромный фонтан. Он давал некоторое прикрытие от толп людей. Позади Калеба стояли двое мужчин в темных очках и натянутых на головы капюшонах. Стоун был уверен, что они вооружены, но он также знал, что на крыше Смитсоновского института уже сидят снайперы, и они уже навели прицелы на этих людей. Но стрелять они будут только в случае крайней необходимости. И еще он знал, что Алекс Форд где-то поблизости, координирует операцию.
Стоун пристально смотрел на Калеба, а тот, кажется, уже запаниковал, что вообще-то было для него обычно, но Стоун заметил в глазах друга кое-что еще, что ему очень не понравилось: выражение полной безнадежности.
И только тут он увидел, что надето Калебу на шею.
— Господи! — пробормотал он. — Робин, ты видишь?
— Вот ублюдки! — Гигант выглядел совершенно пораженным.
Стоун обернулся к Милтону и Аннабель, шедшим позади:
— Стойте здесь!
— Что такое? — спросила Аннабель.
— Но, Оливер… — запротестовал Милтон.
— Стойте здесь! — резко повторил Стоун.
Милтон и Аннабель замерли на месте. Аннабель выглядела обиженной, а Милтона приказ Стоуна вообще словно парализовал. Робин, Стоун и Трент продолжали продвигаться вперед, пока не оказались лицом к лицу с Калебом и его похитителями.