Весь Дэвид Болдаччи в одном томе (СИ)

— Вот и все, так она не вывалится. Хотя снимать потом удовольствие небольшое.
— Пожалуйста, не повредите ее! — строго сказал он. — Это часть истории!
— Можете повернуться.
Он обернулся, посмотрел на книгу, а также на обнаженные белые бедра и узенькие трусики, и охнул.
— Думаю, эта книжка просто счастлива оказаться здесь. Как вы полагаете, Калеб? — спросила она с придыханием.
— Ни разу за все годы, проведенные в качестве библиотекаря в этом достопочтенном учреждении… — начал было он дрожащим от обиды и шока голосом, но так и не закончил. При этом он не отрывал взгляда от ее ног, а сердце в его груди бешено колотилось.
Она медленно опустила юбку, кокетливо улыбаясь:
— И вам это чрезвычайно понравилось. — Она нарочно задела его бедром, проходя мимо. — Увидимся у Оливера, жеребеночек!
  
Глава 54
 
После шоу, устроенного Аннабель, Калеб с трудом пришел в себя, чтоб хотя бы сделать вид, что работает. Некоторое время спустя это его занятие было прервано появлением Кевина Филипса, который вошел в читальный зал и подошел к столу Калеба.
— Можешь выйти на минутку? — тихо спросил он.
— Конечно, Кевин. Что случилось? — Калеб встал со стула. Филипс, очень озабоченный, тихо сказал:
— Там полиция приехала. Хотят поговорить с тобой.
Калеб ощутил, как желудок падает куда-то вниз, а мысли начинают бешено крутиться, выискивая возможные причины, зачем он понадобился копам. Неужели эта женщина попалась охране с книгой, примотанной почти у самой промежности, и тут же раскололась, выдав его как сообщника? Или Джуэлл Инглиш догадалась о том, что произошло, и заявила в полицию, что у нее украли очки, причем все улики указывают прямо на него? И теперь его, Калеба Шоу, поджарят на электрическом стуле?!
— Э-э-э, Калеб, ты можешь встать и пройти со мной? — спросил Филипс.
Калеб пришел в себя и обнаружил, что сел мимо стула и сейчас пытается встать с пола. Он с трудом поднялся на ноги, весь белый, и спросил, стараясь придать себе такой изумленный вид, на какой только был способен:
— Интересно, а чего им, собственно, от меня нужно, а, Кевин?
«Господи помилуй, пусть это хотя бы будет тюрьма с самым легким режимом…»
Выведя Калеба из зала, Филипс передал его полиции, которую в данный момент представляли два детектива в мешковатых костюмах и с незапоминающимися лицами, а сам быстренько скрылся с глаз, хотя Калеб все время бросал на него жалостливые взгляды. Полицейские провели библиотекаря в пустой кабинет. Шли они медленно, поскольку Калеб еле передвигал ноги, и все его попытки заговорить были заранее обречены на провал по причине полного отсутствия слюны во рту. «А в тюрьме есть библиотека? А меня там не «опустят»?!» — думал он.
Тот детектив, что покрупнее, пристроил свой могучий зад на стол, а Калеб неподвижно замер возле стены, ожидая, когда ему зачитают его права, на запястьях замкнутся холодные наручники и его респектабельное существование закончится. Переход из библиотекарей в преступники, все это падение произошло на удивление быстро. Второй детектив порылся в кармане и достал связку ключей.
— Это от дома де Хейвна, мистер Шоу. — Калеб протянул дрожащую руку и взял ключи. — Их изъяли у вашего друга Робина Родоса.
— Я бы не стал называть его другом! — выпалил Калеб. — Просто случайный знакомый.
Детективы обменялись взглядами. Тот, что покрупнее, сказал:
— Мы хотели также сообщить вам, что его освободили под подписку о невыезде.
— Означает ли это, что вы его больше не считаете подозреваемым?
— Нет. Однако мы проверили его показания, и ваши тоже. И решили пока оставить все как есть.
Калеб уставился на ключи:
— Мне можно посещать дом, или это по-прежнему запрещено?
— Мы закончили обследование дома де Хейвна, так что можете его посещать. Однако… э-э-э… на всякий случай не залезайте на чердак.
— Я хотел проверить коллекцию книг. Я его литературный поверенный.
— Да, адвокаты нам сообщили об этом.
Калеб оглянулся по сторонам:
— Значит, я могу идти?
 
— Если вам нечего больше нам рассказать, — с вопросительным выражением произнес мощный детектив.
Калеб посмотрел на него, потом на второго:
— Разве что пожелать вам удачи в расследованиях.
— Ладно. — Детектив сполз со стола, и оба они направились к выходу.
Калеб некоторое время как вкопанный стоял в пустом кабинете. Он никак не мог поверить, что все так хорошо закончилось. Потом на его лице появилось озадаченное выражение. Почему это они отпустили Робина? И почему вернули ключи от дома Джонатана? Устроили ловушку? Может, они сейчас ждут возле выхода, чтобы схватить его, да еще и заявят при этом, что он украл эти ключи или пытается сбежать? Калеб знал, что такое случается, — он постоянно смотрел кабельное телевидение.
Крайне медленно он приоткрыл дверь и выглянул наружу. Коридор оказался пуст. В библиотеке все было как обычно. Калеб подождал еще пару минут. Ничего не понимая, он тем не менее мог думать только об одном деле. Пораньше ушел с работы и со всех ног помчался к дому де Хейвна. Войдя в хранилище, он тут же устремился к сейфу, спрятанному за картиной, чтобы проверить наличие в книге библиотечного кода. Набрав код на замке, он распахнул дверцу. «Книги псалмов» в сейфе не было…
Вечером все собрались у Стоуна, в том числе и Робин. После того, как все поздравили друга с освобождением, Стоун написал на клочке бумаги: «Я бы предпочел ничего здесь не обсуждать». К этому он прибавил еще кое-какие указания, пока остальные продолжали невинную болтовню.
Полчаса спустя Милтон и Калеб покинули коттедж. Еще через двадцать минут уехали Робин и Аннабель. Через час после наступления темноты огни в доме Стоуна погасли, а еще через тридцать минут сам Стоун уже полз на животе сквозь заросли высокой кладбищенской травы. Он выбрался через дыру в кованой железной ограде — там, где она уходила в глубокий овраг позади высокого надгробия.
Проделав зигзагообразный путь через старые районы Джорджтауна, Стоун встретился с остальными в темном переулке. Он открыл ключом деревянную дверь, незаметную позади мусорного бака, и знаком пригласил всех внутрь. Войдя последним, запер дверь изнутри и включил слабую лампочку под потолком. Окон здесь не было, так что свет не мог привлечь внимание. В сыром и грязном помещении оказалось несколько скрипучих стульев и деревянных ящиков, на которые все и расселись. Аннабель осмотрелась и ухмыльнулась:
— Да, вы знаете, как угодить даме. А вечеринку здесь можно устроить?
— Сначала послушаем ваш отчет, — сухо сказал Стоун.
Ей понадобилось несколько минут, чтобы сообщить об их с Калебом открытии. Она передала очки и книгу Стоуну, и тот просмотрел книгу сквозь очки.
— Да, вы правы: похоже на код.
— Кто бы это мог сделать? — задала вопрос Аннабель.
Стоун положил очки и книгу на стол. Теперь ими занялся Милтон.
Робин почесал щеку.
— Может, все это как-то связано с убийством Бина? Он же оборонными заказами занимался да и с разведкой был связан. Сами знаете, в этих сферах шпионов предостаточно.
Стоун кивнул:
— Согласен, но мне кажется, что тут нечто гораздо более серьезное, чем шпионы. — И рассказал, что им с Милтоном удалось выяснить в клубе «Федералист» и из беседы с Деннисом Уорреном.
— Стало быть, Альберт Трент остался работать в Комиссии по разведке, — заключила Аннабель. — И что?
Тут в разговор вступил Робин:
— Это означает, что у него есть доступ к тайнам, которые можно продать, вот что я вам скажу. Когда я служил в военной разведке, нам все время устраивали брифинги. У членов Комиссии по разведке и у людей из их штата имеется допуск к материалам высшей степени секретности.
— Но ведь наши шпионы, как известно, далеко не все сообщают конгрессу, — заметил Милтон, отрываясь от книги. — Неужели этому Тренту доступна действительно ценная информация, и ее можно продать?