Весь Дэвид Болдаччи в одном томе (СИ)

В конце концов она собрала их всех вместе.
— Мой план состоит в том, чтобы превратить наши три миллиона в гораздо большую сумму за относительно короткий отрезок времени, — сообщила она.
— Я просто в восторге от твоего стиля изложения, Аннабель, — заметил Лео.
— А конкретно я намерена превратить наши три миллиона по меньшей мере в тридцать три. Моя доля — тринадцать с половиной, остальное можете разделить между собой. По шесть с половиной на рыло. Есть возражения по этому пункту?
Мужчины целую минуту сидели словно громом пораженные. Потом Лео ответил за всех:
— Не-а, какие тут возражения…
Она подняла руку, требуя внимания:
— Если дело не выгорит, мы можем потерять часть стартового капитала, но не все деньги. Согласны с таким раскладом? — Все закивали. — Сумма, о которой идет речь, может привести к определенным рискам впоследствии.
— Перевод: тот, кого мы сейчас обдерем, будет потом нас неустанно разыскивать, — сказал Лео, закуривая сигарету. — А теперь, как мне кажется, настало время сообщить нам, кого именно мы собираемся раздевать.
Аннабель откинулась на спинку стула и сунула руки в карманы. Она не отводила взгляда от Лео, а тот неотрывно смотрел на нее. В конце концов он нервно спросил:
— Он что, и впрямь такой крутой?
— Мы устраиваем налет на Джерри Бэггера и казино «Помпеи», — с вызовом выдала она.
— Срань господня! — заорал Лео. Сигарета вывалилась у него изо рта, упала ему на ногу и прожгла дырку в брючине. Он сердито затушил тлеющую материю и уставил дрожащий палец в лицо Аннабель: — Так я и знал! Так я и знал, что мы полезем в это дерьмо!
Тони посмотрел на всех по очереди:
— Кто это — Джерри Бэггер?
— Самый паскудный сукин сын, мой мальчик, вот он кто! Чтоб тебе никогда не попадаться ему на пути!
— Да ладно тебе, Лео, — попыталась успокоить его Аннабель. — Это моя работа — облапошить его и выдоить. А будешь стенать в том же духе, он, чего доброго, захочет сам этого Джерри обработать.
— Ну уж нет, я не собираюсь наваливаться на Джерри Бэггера всего с тремя миллионами, сколько бы нам ни светило — тридцать три лимона или даже триста тридцать три. Потому что мы не успеем даже порадоваться такой добыче.
— Но ты же приехал сюда вместе с нами. И вроде бы сам признался, что заранее знал, какова наша цель. Ты знал это, Лео! — Она встала, обошла стол и обняла его за плечи. — А если честно, то ты все последние двадцать лет только и ждал такой возможности — обуть этого проныру. Ну-ка признавайся!
Лео вдруг смутился, закурил другую сигарету и выпустил в потолок подрагивающую струю дыма.
— Да любой, кто хоть когда-нибудь имел дело с этим ублюдком, хочет его убить. И что с того?
— Я вовсе не хочу его убивать, Лео. Я просто намерена свинтить у Джерри столько денег, что мало ему не покажется. Сам знаешь, можно уничтожить все его семейство, но это не произведет на него такого впечатления, как осознание факта, что некто прикарманил денежки, которые он копил и собирал, обдирая бедных простачков, ежедневно и ежеминутно забегающих к нему в казино.
— Звучит здорово, — вступил Тони, тогда как Фредди по-прежнему сидел с неуверенным видом.
Лео в бешенстве уставился на молодого человека:
— Здорово?! Ты думаешь, это здорово? Позволь тебе кое-что пояснить, мой маленький, ни хрена не понимающий сопляк. Если ты напортачишь в деле с Джерри Бэггером, как напортачил в банке, от тебя не останется даже кусочка, чтобы засунуть в конверт и послать твоей мамочке для похорон! — Лео повернулся и ткнул пальцем в Аннабель. — Давайте-ка внесем полную ясность, прямо сейчас. Я не намерен участвовать в налете на Джерри Бэггера. Тем более в одной компании вот с этим засранцем!
— Эй, я всего один раз допустил ошибку! — протестующее завопил Тони. — Ты что, сам никогда не ошибался?
Лео не ответил ему. Он смотрел на Аннабель.
— Роль Тони сводится к тому, что он знает лучше всего, — спокойно произнесла она. — С Джерри напрямую ему сталкиваться не придется. — Она обернулась к Фредди: — Что до Фредди, то за ним, как всегда, закулисная работа. Ему нужно всего лишь изготовить одну надежную на вид бумагу. Успех операции зависит от тебя. И от меня. Стало быть, если ты не считаешь, что мы недостаточно хороши для этого, я не вижу других достойных возражений.
 
— Они же нас знают, Аннабель. Мы уже здесь бывали.
Она обошла вокруг столика и открыла картонную папку, что лежала на столе перед ее стулом. Достала из нее две глянцевые фотографии — мужчины и женщины.
— Кто это? — удивленно спросил Фредди.
— Я и Аннабель, — ворчливо ответил Лео, взглянув на фотографии. — Давно снято. В Ат-лан-тик-Си-ти. — Последнее он презрительно произнес по слогам.
— А где ты их взяла? — спросил Тони.
— В каждом казино имеется свой банк фотографий, лица некоторых посетителей, — пояснила Аннабель. — Они его называют «книга учета». Там хранятся фото всех, кто когда-либо пробовал их обжулить. И еще — они делятся этой информацией с другими казино. Ты ведь никогда не пытался надуть казино, Тони, да и ты, Фредди, тоже, и именно по этой причине я остановила выбор на вас. У меня еще сохранились кое-какие связи в этом городе, через них я и достала эти снимки. Вообще-то им так и не удалось нас поймать и сфотографировать. Эти портреты сделаны как фотороботы — на основании описаний, полученных от свидетелей. Если бы у них были наши настоящие фото, я бы сюда не сунулась.
— Но вы совсем не похожи на этих с фотографий, — сказал Тони и хихикнул: — Из вас теперь так и прет интеллигентность!
Аннабель вытащила из папки еще два снимка, на которых они с Лео выглядели гораздо более похожими на нынешних себя.
— Точно так, как полиция поступает, когда разыскивает пропавших детей, казино нанимают специалистов, которые переводят фото в цифровой формат и обрабатывают на компьютерах, чтобы внести изменения, вызванные естественным старением. Эти данные потом вводятся в «книгу учета» и в электронную систему наблюдения, которая оснащена программным обеспечением, позволяющим выявлять нужные лица. Вот поэтому мы будем выглядеть совершенно иначе, когда пойдем к Джерри.
— Я не пойду! — прорычал Лео.
— Да брось ты, Лео. Это ж будет отличное дельце! — сказал Тони.
— Только не надо меня злить, малыш! — огрызнулся Лео. — Как будто у меня и без того мало причин тебя недолюбливать!
— Пойдем пройдемся, Лео, — предложила Аннабель. И подняла руку, останавливая Тони и Фредди, которые тоже поднялись со своих мест. — Сидите тут. Мы скоро вернемся.
На улице посветлело — солнце выбиралось из завалов темных туч. Аннабель накинула на голову капюшон и надела темные очки. Лео надвинул бейсболку на самые глаза и тоже нацепил очки.
Они шли по Борд-Уок: с одной стороны — казино, с другой — широкий пляж. На скамейках сидели парочки и мечтательно глазели на океан.
— А они тут неплохо все перестроили, с тех пор как мы сюда заскакивали в последний раз, — заметила Аннабель.
Казино вломились в жизнь города в конце семидесятых, воздвигая дворцы для азартных игр стоимостью в миллиарды долларов прямо посреди жуткой убогости загнивающего приморского курорта. Но еще долгие годы после начала этого бума человек осторожный старался держаться к казино поближе, потому что окружающие районы города были гораздо опаснее. Власти предержащие не раз обещали очистить эту территорию.
А поскольку казино швырялись деньгами и создавали новые рабочие места, то обещания эти, кажется, начинали выполняться.
Они остановились, наблюдая за огромным строительным краном, который поднимал стальные конструкции на вершину строящегося здания. Оно, как сообщал висевший на заборе плакат, скоро превратится в роскошный кондоминиум. Повсюду, куда ни кинь взгляд, виднелись строительные площадки, где вовсю воздвигались новые дома или обновлялись и перестраивались старые.
Лео повернулся в сторону пляжа, снял туфли и носки, а Аннабель скинула шлепанцы и закатала брюки. Они пошли дальше по песчаному пляжу, держась ближе к воде. Потом Лео остановился, нагнулся, поднял с песка ракушку и швырнул в набегающую волну.