Весь Дэвид Болдаччи в одном томе (СИ)

— Это место преступления, — нетвердым голосом отозвался Калеб. — Мы ничего не должны трогать.
— Калеб прав, — согласился Робин и посмотрел на Мильтона: тот выделывал руками какие-то странные движения. — Оливер, лучше побыстрее убраться отсюда, — со вздохом закончил он.
Стоун присел рядом с ним на корточки и с нажимом возразил:
— Это была казнь! Но ее хотят выдать за самоубийство. Мы видели профессиональных убийц, и я хочу знать, кто стал их жертвой и за что его убили.
Стоун достал носовой платок и, обернув им руку, принялся обшаривать карманы неизвестного. Обнаружив бумажник, он осторожно открыл его. Так… Водительские права. Больше ничего. Что ж, это уже кое-что! Робин щелкнул зажигалкой, и Стоун прочитал:
— Патрик Джонсон, место жительства — Бетесда…
Вернув бумажник на место, он стал обыскивать другие карманы и наткнулся на подложенный убийцей листок бумаги. Робин снова щелкнул зажигалкой.
 
«Прошу прощения,
 
— начал читать Стоун, –
 
это слишком тяжело для меня, и я не в силах жить. Смерть — единственный выход. Простите. Я очень, очень обо всем сожалею. Патрик Джонсон».
 
Калеб медленно снял с головы котелок и зашевелил губами, произнося молитву.
— Почерк вполне разборчив, — продолжил Стоун, когда он закончил. — Полиция, как я полагаю, не усомнится, что записку он писал на трезвую голову.
— Он кричал, что о чем-то сожалеет, — заметил Робин.
— Да, но нам неизвестно о чем, — покачал головой Стоун. — Записка — явно чтобы ввести в заблуждение. Обычные предсмертные слова.
Стоун вернул листок на место. И тут его пальцы нащупали что-то твердое. Через мгновение он вытащил из кармана покойного маленький красный значок и вгляделся в него.
— Что это? — поинтересовался Робин, поднося к значку зажигалку.
— А что, если они сейчас вернутся? — едва слышным шепотом спросил вдруг Калеб.
Стоун быстрым движением сунул значок в карман, ощупал на убитом одежду и пробормотал:
— Он весь мокрый.
— А это зачем? — Робин кивнул на пластиковый мешок.
— Кажется, я понимаю, — чуть помолчав, ответил Стоун. — Но Калеб прав, сейчас нам надо уходить.
Милтон, потрясенный, продолжал свой нескончаемый ритуал.
— Великий Боже! — простонал Робин. — Давайте все сядем и начнем считать! Интересно, на какой счет они вернутся? Что-то давно мы не слышали выстрелов!
Стоун легонько тронул его за плечо и придвинулся к Милтону. Тот продолжал счет и пассы над убитым. Маска смерти уже начала вытягивать неподвижное лицо молодого еще человека. Стоун встал на колени рядом с Милтоном и негромко заговорил:
— Мы ничем не можем ему помочь, Милтон. И то утешение, которое ты находишь в счете, безопасность и покой, к которым ты так стремишься, окажутся под угрозой, если эти головорезы вернутся. Они вооружены, Милтон, а мы нет.
Милтон прекратил свой ритуал и подавил рыдание.
— Это ужасно, Оливер!
— Да, Милтон, — ответил Стоун. — Это ужасно. Мы все так считаем.
Оба поднялись с колен и двинулись вперед. Облегченно вздохнув, Робин и Калеб устремились за ними — туда, где они оставили лодку.
Уоррен Петерс — это он застрелил Патрика Джонсона — вдруг замер на месте и прошептал:
— Черт!
— В чем дело? — спросил Рейнке, беспокойно оглядываясь по сторонам. — Патрульный катер?
— Нет. Другое… — Он наклонился и поднял с земли горсть галечного грунта. — Ведь мы макали парня в воду! И он там лежит в чистых ботинках! А если он пришел своим ходом, как они могут быть чистыми? ФБР точно зацепится!
Они заторопились назад. Тяжело дыша, Петерс склонился над башмаками покойника и, разжав ладони, плотно прижал приречный мусор к подошвам его ботинок.
— Отлично!
— Страшно подумать, что могло бы быть, если бы мы провалили это дело. — Петерс отряхнул руки и вскочил на ноги. Но тут же снова присел перед мертвецом. — Сукин сын! — прошипел он сквозь зубы. — Смотри! — Он указал на покойника. Из кармана куртки торчал уголок сложенного вчетверо листка. — Я же затолкал в самую глубь! Почему же вдруг бумага торчит? — Он пропихнул записку глубже и вопросительно взглянул на партнера.
 
— Может быть, зверь? Прибегал взглянуть на жмурика…
— Прямо так сразу? И почему его заинтересовала бумага, а не свежее мясо? — Петерс поднялся на ноги, достал из кармана фонарь и принялся осматривать мощеную площадку.
— А ты не ошибаешься насчет записки? Может, она так и лежала?
Петерс вдруг замер.
— Что теперь? — нетерпеливо спросил его партнер.
— Тихо! Слышишь?
Рейнке тоже замер, а уже через миг у него отвисла челюсть.
— Кто-то бежит. Там! — Он показал в сторону тропы, ведущей в противоположную от места их высадки сторону.
Они выхватили оружие и помчались на звук.
  
Глава 10
 
Достигнув нужного места, Стоун и его товарищи попрыгали в лодку и оттолкнули суденышко от берега. Туман настолько сгустился, что ориентироваться на реке стало трудно. Когда двое вооруженных людей выскочили из-за деревьев и увидели лодку, та была уже примерно в десяти футах от берега.
— Греби изо всех сил и отвернись, — сказал Стоун Робину.
Подстегивать Робина не было никакой нужды. Он мощно работал веслами, и утлая лодчонка с каждым рывком все больше удалялась от берега.
— Не показывайте им своих лиц. Калеб, сними шляпу! — прошептал Стоун.
Все мгновенно пригнулись, а Калеб сорвал с головы котелок и зажал его между трясущихся коленей. Милтон, едва они забрались в лодку, возобновил свой счет. В тумане прогремело два выстрела, почти одновременно, но пули, не причинив беглецам никакого вреда, лишь подняли несколько брызг в футе от лодки.
— Греби, Робин, греби, — лепетал пребывавший вне себя от ужаса Калеб, распластываясь по днищу лодчонки.
— А чем я, по-твоему, занимаюсь, дьявол тебя побери?! — прорычал Робин. По его лицу катились струйки пота.
Снова прогремело два выстрела. На этот раз одна пуля все же нашла цель — отколовшаяся от борта щепка попала Стоуну в руку. Кровь потекла по его пальцам и закапала на планшир. Он прижал к ранке платок — тот самый, которым обматывал пальцы, осматривая тело Патрика Джонсона.
— Оливер! — раздался отчаянный вопль Милтона.
— Со мной все в порядке, — спокойно ответил Стоун. — Не поднимай голову!
В просветах тумана можно было различить, что стрелки, поняв бесполезность своего оружия, устремились прочь.
— Они побежали к своей лодке! — предупредил Стоун.
— У них там мотор! — натужно прокряхтел Робин. — А в моем баке бензина почти не осталось.
Стоун тронул Калеба за рукав:
— Возьми одно весло, а я сяду за другое.
Робин уступил им банку, и они заработали веслами.
Обычно, выйдя из залива, они двигались по реке на север, туда, где прятали лодку. Теперь им надо было достигнуть берега как можно быстрее, а это означало, что плыть надо на восток. Миновав западную оконечность острова, они повернули в направлении Джорджтауна.
— Дело дерьмовое! — Напрягая слух, Робин вглядывался в сторону острова, откуда доносился звук работающего мотора. — Да гребите же сильнее! — проревел он.
Увидев, что Стоун и Калеб выбиваются из сил, он столкнул их с банки и снова взялся за весла.
— Похоже, они нас догоняют, — выдохнул Калеб.
Пуля ударила с ним рядом, и он нырнул на дно посудины, составив там компанию Милтону.
Стоун едва успел пригнуться, как над его ухом просвистела пуля. Прогремел еще один выстрел, Робин вскрикнул.
Стоун чуть приподнял голову.
— Все в порядке, — успокоил его Робин. — Только задело! Но, похоже, этой ночью мерзавцы будут иметь пять трупов.
Стоун взглянул на едва видные в тумане огни спящего Джорджтауна. Хотя река в этом месте была достаточно узкой, с берега нельзя было бы рассмотреть, что происходит на середине. Он оглянулся на приближающуюся лодку. Там виднелись два силуэта. Перед мысленным взглядом Стоуна вновь встала картина убийства Патрика Джонсона. Как же быстро, по-деловому все было сделано! Стоун ощутил у себя во рту ствол пистолета и представил, как кто-то спускает курок.