Весь Дэвид Болдаччи в одном томе (СИ)
— У моей напарницы здесь родственники. Она решила у них погостить. Ну и я увязался следом. Мы у них остановились.
Бэрон пригубил виски.
— И где же сейчас эта ваша напарница?
— В доме у сестры. А я решил, что спать еще рановато.
— Ну и как вам наш маленький рай? По вкусу?
— Вообще-то не сказал бы. Может, из-за того, что тут слишком уж часто убивают людей.
Бэрон задумчиво кивнул:
— Слышал об этом. Жутковатая история… Но в тяжелые времена всегда что-нибудь такое и происходит.
— Это и есть ваше объяснение?
— Да нет у меня никаких объяснений! Напиваюсь уже потихоньку, вот и несу, что в голову взбредет.
— И частенько вы так проводите время?
— А больше тут и делать-то нечего. Заезжаю сюда обычно раз в неделю, сижу часок, потом опять домой. Практически только сюда и выбираюсь, вот разве что еще за покупками. Ни за что не отвечаю, отчитываться не перед кем — вот и живу себе по давно заведенному распорядку.
— Везет вам.
— Да ладно, какое там везение… Кстати, вы когда сюда вошли, упомянули про ФБР. Вы что, действительно спецагент или это так, просто попугать?
— Вообще-то я обычный коп, просто сотрудничаю с Бюро.
— А вы откуда?
— Из Берлингтона, Огайо. Примерно такой же промышленный городок, что и этот. «Ржавый пояс».
— Вот уж и впрямь ржавый! А вы вообще в курсе истории этого города, в упадке которого якобы ответственно мое семейство?
— Совсем немного.
— Знаете, частично это и вправду так. Городок здесь появился, потому что мой предок, в честь которого я назван, открыл здесь огромное месторождение каменного угля. Бо́льшую часть его переправляли в Питтсбург для сталелитейных заводов. Потому-то он еще и углеперерабатывающие заводы тут устроил. А потом и ткацкие фабрики. Ну а после в этих краях и природный газ нашелся. Всяких предприятий у него тут было море, и он на самом деле был в Бэронвилле чуть ли не единоличным хозяином. И работало у него чуть ли не все население города. Предприниматель от бога, энергии хоть отбавляй — и хватка у него была, и везение… Никто из последующих поколений Бэронов и в подметки ему не годился.
— Про шахты и фабрики я уже слышал. А вот сталелитейный бизнес — это уже что-то для меня новое.
Бэрон кивнул:
— Кокс, используемый при производстве стали, — по сути, тот же каменный уголь, только прошедший специальную перегонку. Угля тогда было полным-полно, и был он сравнительно дешев. Стальные магнаты процветали, ну а с ними и поставщики сырья. В этом смысле дело у Джона Бэрона-старшего было совершенно беспроигрышное. Насколько я понимаю, человеком он был довольно безжалостным. Громил профсоюзы, подкупал продажных политиканов, загрязнял реки, воздух и землю. Платил рабочим самые гроши, обращался с ними хуже некуда. Нажил несметное состояние, так что его потомки могли жить в свое удовольствие, ничем себя особо не утруждая.
— И тогда-то все и покатилось под откос?
— В таких случаях почти всегда все катится под откос. В Америке не слишком-то любят финансовые династии. Семьи вроде Рокфеллеров — скорее исключение, чем правило. Каждый здесь сам пробивается наверх, полагаясь только на собственные силы, — ну или, по крайней мере, в теории. Хотя полагаю, что в списке «Форбс» достаточно людей, которые попросту унаследовали свои состояния, так что эту теорию очень легко опровергнуть.
— Но у вашей семьи оставались какие-то деньги?
— Кое-какие оставались. По крайней мере, на то время.
— А вы не были знакомы с кем-нибудь из убитых?
Бэрон глянул на него с нескрываемым любопытством:
— Довольно неожиданный переход. А почему вы спрашиваете?
— Я все-таки коп. Задаю вопросы в надежде раскрыть преступление.
— Так кого, говорите, убили?
Декер перечислил ему известные имена, добавив:
— Двух последних пока не опознали.
— Не могу сказать, что знаю кого-либо из них.
Декер, однако, уловил в его словах нотку сомнения.
— Так точно не знаете?
Бэрон поднял свой стакан:
— Насчет точности — это не ко мне. Особенно в баре «Меркурий».
Декер бросил взгляд на барменшу, которая с преувеличенным тщанием протирала стойку — но на самом деле внимательно прислушивалась к их разговору. Она была довольно симпатичная, с длинными, по плечи, светлыми волосами и высокой стройной фигуркой, облаченной в черные джинсы и футболку без рукавов, которая открывала жилистые загорелые руки.
Декер опять посмотрел на Бэрона:
— Так, говорите, заглядываете сюда примерно раз в неделю?
— А больше тут заглядывать особо и некуда. — Бэрон покосился на барменшу. — Да и компания здесь подходящая.
При этих словах женщина улыбнулась, перехватила нацеленный на нее взгляд Декера и принялась загружать грязные стаканы в посудомоечную машину за стойкой, делая вид, что больше ее абсолютно ничего не интересует.
— Не могли бы вы сообщить свой адрес?
— Зачем? — спросил Бэрон.
— Не исключено, что мне понадобится еще раз с вами переговорить.
— Ну что ж, тогда просто посмотрите на самую высокую точку в городе и увидите там самый большой и самый уродливый дом, какой только есть в этих краях. К вашему сведению: дверной звонок не работает, а встаю я довольно поздно.
Бэрон допил виски, кивнул барменше и двинул к ней по стойке несколько купюр.
— Спасибо, Синди. До встречи.
Похлопал Декера по плечу:
— Мне явно не стоит садиться за руль, но я все-таки отважусь. Поскольку если и врежусь во что-нибудь по дороге, то это с большой долей вероятности окажется имущество моей семьи, так что чисто юридически это будет не такой уж тяжелый проступок.
Декер несколько секунд смотрел ему вслед, после чего повернулся к барменше.
Только вот и она уже тоже куда-то девалась.
Глава 13
Рапорты, отчеты. Потом еще и еще.
Бумажные кости, на которых практически нет мяса.
Декер бросил последнюю папку на внушительных размеров стопку посреди стола, вдохнув запахи пыли и затхлости, которыми полицейский участок Бэронвилла на бульваре Бэрона словно пропитался насквозь. В соседнем здании располагалась городская мэрия.
Джеймисон сидела напротив него, делая заметки в блокноте. Декеру с его абсолютной памятью в этом не было абсолютно никакой нужды. Он с отсутствующим видом наблюдал, как ее ручка бегает по бумаге. В эту секунду открылась дверь, и вошел детектив Грин.
— Нашли чего-нибудь? — с надеждой поинтересовался он, закидывая в рот очередную пластинку жевательной резинки.
Джеймисон дописала предложение до точки, подняла на него взгляд.
Декер прикрыл глаза:
— Джойс Тэннер и Тоби Бэббот были безработными. Майкл Свенсон — торговец наркотиками. Брэдли Коста — старший вице-президент банка. И все они жили одни. Никаких родственников. Тэннер была замужем, но вскоре развелась.
Грин закрыл за собой дверь:
— Угу, только это и раньше было известно.
Декер открыл глаза:
— А из-за чего у Бэббота была инвалидность? — Посмотрел на Грина, который сел напротив него.
— Тут просто написано, что у него инвалидность, — объяснила Джеймисон. — Не уточняется, какая и из-за чего.
— А это важно? — поинтересовался детектив.
— Все важно, пока не выяснится обратное, — произнес Декер.
— Я уточню. — Грин откинулся на стуле. — Так что, ничего ценного пока в голову не пришло? — спросил он.
Прежде чем Декер или Джеймисон успели ответить, дверь опять открылась, и вошла Лесситер. На ней были бежевый жакет, юбка по колено и все те же туфли на толстых каблуках. Волосы свободно спадали на плечи.
— Я пропустила что-то интересное? — осведомилась она, усаживаясь рядом с Грином.
— Не особо, — отозвался ее напарник. — Есть один вопросик, но пока непонятно, насколько существенный.
Декер уставился в стену напротив.
— Вчера вечером я общался с Джоном Бэроном.
Джеймисон явно удивилась, но все-таки промолчала.