Весь Дэвид Болдаччи в одном томе (СИ)

— Наверное, вы думаете, что все произошло слишком внезапно, если учесть, что мы познакомились только вчера вечером.
— Я ничего не думаю. Я никого не сужу. Но я могу сказать то, что Мелвину нужно много с чем разобраться. И это очень сложно. Что делает его уязвимым.
— Только не подумайте, что я постоянно так поступаю, поскольку это неправда! — с жаром произнесла Браун. — На самом деле это был лишь секс, Декер. Такое случается, знаете ли, когда два человека внезапно испытывают друг к другу влечение.
— Значит, для вас это был лишь секс. А для него?
— Возможно. — Отставив чашку, Браун посмотрела ему в лицо. — Неужели вас действительно волнует то, что чувствует этот человек?
— Почему вас это так удивляет?
— Справедливо это или нет, но многие видят в вас лишь машину, лишенную всего человеческого.
Браун увидела, что Амос ничего не отвечает, и черты ее лица смягчились.
— Себя, Декер, я к этому числу не отношу. Я была свидетелем, как вы проявляли человеческие качества. Вот и сейчас вы человек — беспокоитесь о Мелвине. Это… на самом деле это очень здорово.
— Если у вас с Мелвином что-нибудь выгорит — замечательно. Ему такая, как вы, не помешает.
— Что вы хотите этим сказать?
— Возможно, вам приходится лгать по долгу службы, агент Браун, однако я считаю вас человеком честным. Ваш отец попал на ту стену, потому что преданно служил нашей стране. На мой взгляд, яблоко от яблони упало недалеко. И Мелвин в высшей степени честный человек. Так что у вас с ним общее и это. Я бы сказал, что вы оба этого заслуживаете.
Очевидно, Браун ожидала услышать совсем не это. Отпив глоток кофе, она отвернулась. Когда же снова повернулась к Декеру, в ее глазах блеснула влага.
— Позвольте мне перефразировать то, что я сейчас сказала о вашей человечности. На самом деле я считаю, что вы самый человечный человек из всех, кого я только встречала. И, пожалуйста, зовите меня Харпер.
Какое-то время они молчали, затем Браун кашлянула и сказала:
— А почему ты вообще оказался в гостинице?
— Я несколько раз звонил Мелвину, и он не ответил. Я начал беспокоиться.
— Наверное, он просто отключил телефон. Когда мы с ним расставались, он был в полном порядке.
— Рад это слышать. Спасибо.
Уставившись на стол, Браун покрутила чашку.
— Мы с Мелвином говорили. В основном о тебе. Он считает тебя потрясающим человеком. Если б не ты, он до сих пор сидел бы в тюрьме.
— Ну, это уже чересчур.
— Мелвин так не считает.
— Я очень признателен ему за такие слова, — тихо произнес Декер, также не глядя на Браун.
— Что на самом деле у тебя с лицом? Я ведь все равно рано или поздно узнаю.
Амос потратил несколько минут, чтобы рассказать о случившемся. С каждой его фразой у Браун все больше отвисала челюсть.
— С Джеймисон всё в порядке?
— Пока что нет, но все будет хорошо. Это очень непросто — убить человека. За один день к такому не привыкнешь. — Он посмотрел на нее. — Тебе знакомо это чувство.
Браун кивнула.
— Тот тип на стоянке был у меня не первым. И хотя я знаю, что внешне в тот вечер это было незаметно, вернувшись домой, я выпила в одиночку бутылку вина и всю ночь не сомкнула глаз. Я смотрела на свою руку и думала, что из-за меня на земле сегодня стало на одного живого человека меньше.
— Я так и думал.
— Наверное, я совсем не такая крепкая, какой ты меня считал, — слабо улыбнулась Харпер.
— На самом деле ты даже крепче, чем я думал.
— Каждый раз, когда мне кажется, мистер Декер, что я тебя наконец поняла, ты преподносишь какой-нибудь новый сюрприз.
— Я не нарочно.
— Не знаю, не знаю…
— Как вы расстались с Мелвином?
— Я очень-очень хочу встретиться с ним снова.
— Нам нужно довести до конца это расследование, — напомнил Декер.
— Я отделяю одно от другого. Кстати о расследовании: есть какие-нибудь новые факты с момента нашей последней встречи?
— Беркшир сама была шпионкой или курировала шпиона. Дабни мог быть тем самым агентом, кого она разрабатывала, а мог и не быть им. На самом деле мы ничего не знаем о прошлом Беркшир. Возможно, она не жила в этих краях, но Дабни постоянно находился здесь. У него в Вашингтоне дом, жена, большая семья.
 
— То есть ты хочешь сказать, что, если предположить, что Дабни и Беркшир давно работали вместе, получается нестыковка.
— А ты скажи вот что: шпион и его куратор обязательно должны находиться в одном месте?
— Совершенно необязательно. Кажется, я уже говорила о Монтес? Ее кураторы находились на Кубе. Она изредка с ними встречалась: или они приезжали сюда, или она отправлялась к ним. Но лишь время от времени.
— То есть Дабни, которому по работе несомненно приходилось много разъезжать, имел возможность встречаться с Беркшир?
— Да. И в качестве прикрытия использовать свой бизнес.
— А поскольку мы понятия не имеем, где находилась Беркшир тридцать лет назад, то не можем это выяснить. Но…
— Но мы знаем, где она была десять лет назад и позже, — закончила за него Браун. — И мы можем проверить, совпадает ли это с поездками Дабни.
— Если Беркшир встречалась с ним там, где жила. Если нет, возможно, нам придется выяснить, куда она ездила — поездом, самолетом или автобусом.
— Значит, мы будем опираться на предположение, что эти двое уже давно работали вместе.
— Скажем так: я не могу этого исключить, — уточнил Декер.
— Но у нас нет никаких других случаев шпионажа, которые можно было бы привязать к Дабни, — ничего, кроме секретов, проданных для покрытия игорных долгов.
— Однако Дабни работал не только с РУМО. Он также работал с ФБР, АНБ и десятком прочих правительственных ведомств.
Браун напряглась.
— Если он крал отовсюду, это будет серьезная проблема.
— Я с самого начала считал, что это дело — серьезная проблема, — заметил Амос.
— Можно начать проверять поездки Дабни, чтобы установить, оказывались ли они с Беркшир в одном месте.
— Я попрошу, чтобы Богарт поручил это своим людям.
— Но, Декер, если Дабни и Беркшир все это время работали вместе, зачем он убил ее прямо перед зданием ФБР?
— Сожаление? Какие-то трения или разногласия, о которых нам неизвестно?
— Ну, если они действительно работали вместе, через свои связи Беркшир раздобыла для Дабни десять миллионов долларов, чтобы тот расплатился с игорными долгами своего зятя и спас жизнь своим дочери и внучке. Следовало бы ожидать, что в этом случае он испытывал бы к ней чувство признательности, а не жажду убить.
— Человеческий рассудок работает очень странно. Все зависит от того, кому что как видится.
— Ну, а кто-то третий, о ком ты говорил? Тот, кто едва не убил тебя и украл найденную тобой флешку?
— Определенно этот кто-то по-прежнему здесь. Он как-то связан с этим делом; я пока что не понимаю, как, но связь глубокая. И у меня такое предчувствие, что мы с ним встретимся еще до того, как распутаем это дело.
Достав из кобуры «Беретту», Браун положила ее на стол перед собой.
— Что ж, будем надеяться, что мы достанем их раньше, чем они достанут нас, — сказала она.
  
Глава 49
 
Вернувшись домой, Декер увидел, что Джеймисон все еще спит. Он также урвал несколько часов сна, принял душ и переоделся. Когда Амос вышел из ванной, Алекс уже сидела одетая за столом на кухне.
— Тебе обязательно нужно что-нибудь поесть, — сказал Декер. — И мне тоже. Идем.
Они отправились в ближайший ресторан и заказали завтрак.
Полчаса спустя Джеймисон отправила в рот последний кусок омлета, а Амос допил третью чашку кофе.
— Как ты? — Он пристально посмотрел на женщину.
— На самом деле лучше, чем я думала. Что наполняет меня чувством вины.
— На самом деле некоторые сами на это напрашиваются, Алекс, и тот тип вчера явно получил по заслугам. Впрочем, разумеется, мое мнение предвзято, поскольку ты спасла мне жизнь.