Весь Дэвид Болдаччи в одном томе (СИ)

— Куда мы?
— Просто прокатимся. Потом я привезу тебя сюда. Обещаю.
— Но живым или мертвым?
— Обещаю, Мелкий. Я не хочу причинять тебе вреда. Я так прикидываю, что уже неплохо расстарался на сей счет.
Оглядевшись по сторонам, Марс направился к отцу. Они забрались в машину, и Рой сдавал задним ходом, пока не выехал на главную дорогу, после чего выжал газ.
На небе не было ни звездочки, тучи сгущались, и ни единой другой машины на дороге.
— Ты хромаешь? — поглядел Марс на отца.
— Ага, старею, — бросил он взгляд на сына. — Ты должен меня ненавидеть, Мелкий. А ежели нет, то голова у тебя не в порядке.
— Я хочу попытаться понять, почему ты сделал то, что сделал.
— Я уже рассказал толстяку — отчасти.
— Ага, он мне тоже отчасти рассказал, но не все. Наверное, поберег мои чувства.
— Я бы не стал утруждаться, — гоготнул Рой.
— А с мамой утруждался.
Ухмылки на лице Роя как не бывало.
— Ты убил ее, правда? Выстрелил ей в лицо из моего дробовика.
— Рак разъедал ей мозг. Денег на лечение у нас не было. Доктора сказали нам…
— Куда вы ездили для диагноза?
— В Мексику. Мы с твоей мамой пробыли там какое-то время. У них были экспериментальные средства, но ей ничего не помогало. А мы не хотели, чтобы кто-нибудь в городе знал. Просто на всякий случай.
— Декер сказал, что она могла быть рабыней в Кали. И что украла серебряный чайник, когда улизнула.
— Значит, у толстяка большой мозг. Не то чтобы она была рабыней, но и не была свободной. У них была уйма денег. У нее — стол и кров. Но… уйти она не могла. И обращались с ней не очень-то.
— И как же она вырвалась?
— Так мы встретились. Я там выполнял работку. Люди, державшие твою маму, были знакомы с теми, на кого я работал. У них были проблемы с машиной. Я отправился к ним починить. Они жили в чертовом замке, водили «Роллс-Ройсы» и «Бентли» и за всю жизнь пальцем о палец не ударили. Но, побывав там, я узнал про твою маму. Мы с ней говорили. Потом строили планы. Потом я вытащил ее оттуда.
— Ты их убил?
— А если и да, это играет роль? — Рой поглядел на сына.
Марс устремил взгляд за окно.
— Мы взяли чайник, но не для продажи, — сказал отец. — Ты знаешь, что мы его хранили. Твоя мама просто хотела забрать у них что-нибудь после того, что с ней делали.
— Батя, как ты мог ее убить?
Рой явно поморщился. Вывел машину на обочину, погасил фары и припарковался.
— По-твоему, я проснулся однажды утром и решил пульнуть картечью ей в голову? Так?!
— Я лишь знаю, что ты спланировал все очень тщательно. Убил какого-то парня и подсунул его вместо себя, чтобы сойти за мертвого. А потом устроил все так, чтобы удар пришелся по мне. И вместо того чтобы играть в НФЛ, я полжизни проторчал за решеткой. Меня едва не казнили.
— Я бы не дал им убить тебя, Мелкий.
Марс так двинул кулаком по торпедо, что осталась вмятина.
— Мое чертово имя Мелвин!
Добрую минуту тишину нарушало лишь тяжелое дыхание обоих мужчин.
— Ладно, Мелвин, все сказанное тобой — правда. Я убил чувака. Твоя мама подменила зубоврачебные записи. Я убил ее. Поджег трупы. Подговорил цыпочку и чувака из мотеля на то, что они сделали. Испортил твою машину. Подставил тебя. Ты залетел в тюрьму из-за меня.
— Почему? Почему ты так со мной поступил?
— Это было самое безопасное место для тебя. Твоя мама тоже так думала.
— Чушь собачья! — взревел Мелвин.
В ответ Рой выхватил пистолет. Но вместо того чтобы нацелить его на Марса, положил на сиденье между собой и Мелвином.
— Тогда возьми этот ствол, направь на мою башку и нажми на сраный спусковой крючок, Мелкий. Если у тебя есть яйца.
Марс с недоверием посмотрел на пистолет. Потом медленно протянул руку, взял его и нацелил на отца.
— Блин, да ты даже взять пистолет правильно не умеешь! Это не дробовик. Используй свою доминирующую руку для упора, а второй поддержи, даже на этом расстоянии… Дьявол, да без разницы, со своего места ты вряд ли промахнешься. Но твои руки в буквальном смысле будут в моей крови и мозгах.
 
Рой спокойно отвел глаза, устремив взгляд сквозь ветровое стекло, чуть слышно насвистывая бессмысленный мотивчик.
— По-моему, ты хочешь, чтобы я тебя убил, — заметил Марс.
— Отчасти. Просто чтобы покончить с этим. Я устал, Мелвин. Времени прошло порядком. И ни дня хорошего.
— А «три мушкетера»?
На это Рой расхохотался.
— Видал, как вы ходили говорить к Макклеллану. Как там старина Роджер? Любит рядиться в мундир, увешанный медальками… Окончив Старушку Мисс, получил массу отсрочек от призыва во Вьетнам. Турман и Дэнни — то же самое. Их папаши позаботились. Уж больно они были тут заняты, убивая цветных, чтобы воевать с вьетконговцами. А вьетконговцы отстреливались. Громадная окаянная разница.
— Ты был во Вьетнаме?
— Так ты будешь стрелять в меня или нет?
Марс медленно опустил пистолет, положив на разделяющее их сиденье.
Одарив его презрительным взглядом, Рой убрал оружие обратно в наплечную кобуру.
— Ты был в доме, — сказал Марс. — Ты спас нас от пожара.
Рой пожал плечами.
— Почему?
— Почему бы и нет?
— Потому что ты не похож на человека, которого особо волнуют чужие смерти.
— Это был наш дом. Твоей матери и мой. Они не смели туда являться. И я сказал толстяку, что прикрою тебе спину.
— Так вот почему ты сделал все это, верно? Из-за И-эс-пи-эн?
— Ты был такой знаменитостью, Мелкий, — пожал Рой плечами, — что рано или поздно это должно было случиться. Твоя мать каждый вечер молилась, чтобы это не произошло, но в глубине души мы знали, что однажды эти молитвы останутся без ответа. А потом этот день настал.
— И они связались с тобой? Угрожали?
— Скажем так: они ничего не откладывают на завтра.
— Но разве ты не делал пластическую операцию? Этот шрам?
— Да у меня в карманах были только вши да тараканы, — рассмеялся Рой. — Этот шрам из-за драки за девушку.
— Какую девушку?
— Твою мать. Ты прав. Я убил людей, державших ее. Всех до единого. Они это заслужили.
— И мама все равно ушла с тобой? С убийцей?
— Ты бы не спрашивал, если б видел, что с ней делали.
— Мне казалось, ты сказал, что все было не так скверно.
— Я лгал. Это был ад. Она была семейной подстилкой и служанкой. Они даже гостям позволяли ею попользоваться.
— Ты убил Реджину Монтгомери?
— Она была идиотка. Ей всего-то нужно было уйти в закат. Но она, даже не дожидаясь, пока ее муженька поджарят, накупила всякого говна и все изгадила.
— А почему ты вообще к ним обратился?
— Разве не очевидно? Чтобы избавить тебя от казни.
— Ты позволил мне просидеть на нарах двадцать лет.
— Но я бы не допустил, чтобы тебя казнили.
— Почему?
— Потому что обещал твоей матери, что не допущу.
— Я просто никак в толк тебя не возьму. Даже ни черта не знаю, кто ты.
— Тебе нужно знать лишь то, что я любил твою мать больше всего на свете. — Рой повернулся к сыну: — Ради нее я пожертвовал всем, что имел. Я бы сделал для нее все на свете.
— Ты убил ее!
— Потому что она мне велела! — выкрикнул Рой.
И вдруг машина показалась чересчур тесной, чтобы вместить их обоих. Марс окоченело смотрел сквозь ветровое стекло, словно не в силах обратить взор к отцу.
— И я сделал это, — с перехваченным горлом проговорил Рой. — Потому что всегда делал все, о чем она меня просила. Даже это. — Он повернулся к Марсу: — В ту ночь умерла не она одна. Потому что я умер тоже.
— И отправил меня в тюрьму.
Рой потер лицо.
— Тебя бы убили, никак иначе.
— Потому что думали бы, что у меня находится то, что было в том депозитном сейфе.
Лицо Роя окостенело.
— Снова Декер? Умный хер… Надо было перерезать ему глотку, пока был шанс.
— Chocha, — сказал Марс.
— Это еще что? — поглядел на него Рой.