Весь Дэвид Болдаччи в одном томе (СИ)
— Откуда вы знаете? — тут же спросил Декер. — Вы посещали службу?
Глаза ее за линзами очков широко распахнулись.
— О мой Бог, нет! Меня бы вымазали смолой, изваляли в перьях и изгнали бы из города. Но, видите ли, преподобный Хьюстон порой проповедовал на улице, на лужайке перед церковью. И голос его разносился далеко. Глубокий и звучный. И, ну, некоторые из нас подходили достаточно близко, чтобы слышать. Этот человек знал Писание. И доносил свое послание с истовой страстью. По сравнению с ним церковь, которую я посещала, казалась откровенно скучной.
— Хорошо, — подбодрил Декер.
Райан заговорила быстрее и увереннее:
— Он был смутьян, вот так вот. Он вещал перед Кейном, как Кинг в Сельме. Как тот человек, Маршалл, делал в каждом суде на Юге. И это настроило против него очень могущественных здешних людей.
— Вам известно, кто эти люди? — осведомился Декер.
— Натан работал в офисе мэра. На самом деле в то время он был заместителем мэра.
— А мэром был Турман Хьюи… — начал Декер.
Она лишь пренебрежительно отмахнулась:
— Эту должность Турман Хьюи получил только благодаря своему папочке. Едва закончил колледж, был еще совсем мальчишкой. По праву мэром должен был стать Натан, но раз Тревис Хьюи сказал, значит, быть по сему, — с нескрываемой горечью добавила Райан. — Знаете, ведь Тревис Хьюи многим из нас тогда представлялся героем. Мы видели в нем защитника.
— А сейчас? — спросила Джеймисон.
— Он был ложным пророком, изрыгавшим зло и ненависть, — Райан указала на Библию. — И насилие, — помолчав, присовокупила она.
— Как по-вашему, не имел ли он какого-то отношения к теракту в церкви? — задал вопрос Декер.
— Только не Тревис Хьюи. Он бы ни за что не стал пачкать руки.
— А его сын?
Райан словно скукожилась еще больше. И покачала головой:
— Не могу сказать ни да, ни нет.
— А ваш муж?
Она испустила долгий вздох.
— По-моему… по-моему, у Натана были какие-то подозрения. Какие-то… — Голос ее пресекся, и в глазах всколыхнулась паника, словно эти давние воспоминания внезапно обступили ее со всех сторон и нигде от них не скрыться.
— Он догадывался, что должно произойти что-то плохое? — предположил Декер. — Поэтому и находился рядом с церковью в тот вечер?
Старушка кивнула едва заметно, и ее хрупкие плечи затряслись. Протянув руку, Джеймисон утешительно положила ладонь ей на запястье:
— Миссис Райан, всё в порядке. Мне кажется, ваш муж пытался поступить правильно.
Шмыгнув носом, Райан потянулась за салфеткой и высморкалась.
— Он был хороший человек. Но работал с не такими уж хорошими людьми.
— Вам известно, что он предоставил залог в пятьсот долларов за человека по имени Чарльз Монтгомери?
Она утерла нос салфеткой.
— Он мне говорил. Деньги, конечно, не от него. Мы не располагали такими средствами, чтобы швыряться наличными. И уж определенно не на залог за человека, с которым мы даже не были знакомы.
— Значит, ему велели так сделать? И дали деньги на это?
— Да.
— Вам известно, кто?
— Он был заместителем мэра. Не нужно быть гением, чтобы догадаться.
— Значит, Турман Хьюи?
— Может, деньги ему дал папочка. Не знаю. Тревис был диксикратом [413], — добавила Райан. — И в Вашингтоне он нашел хорошую компанию. Едва не расстроил избрание Терджуда Маршалла в Верховный суд, знаете об этом?
— Нет, я не знал, — признался Декер.
— Я не следила за такими вещами, но мой муж следил. О семействе Хьюи он был невысокого мнения. Но он жил в Миссисипи и держал рот на замке. В политику он пошел в чаянии вершить добро. Но в те времена вершить добро в Миссисипи было трудновато, если это означало добро для черного населения.
— Такая позиция вряд ли прибавила ему популярности, — заметил Богарт.
— В те времена, если ты хотел сделать карьеру в Миссисипи, требовалось шагать в строю. Ему надо было обеспечивать семью, но это вовсе не означает, что он разделял убеждения остальных. Потому что он их не разделял.
— Не сомневаюсь, — заверила Джеймисон.
— Он совершал поступки, небольшие деяния, чтобы помочь людям. Но шито-крыто, так сказать. — Она подняла взгляд на Марса. — Он помогал людям вроде вас, насколько это ему удавалось.
— Похоже, он опередил свое время, — заметил Марс.
Она кивнула.
— Когда старина Эл-Би-Джей [414] принял Закон о гражданских правах, Юг он потерял. Южные демократы повернулись к нему спиной. Тревис Хьюи — уж чертовски наверняка. Он был в ярости, как поведал мне Натан.
— Вы сказали, что Тревис Хьюи не стал бы пачкать руки причастностью к теракту, а еще сказали, что не знаете, стал бы его сын делать такое или нет, но, как по-вашему, мог Турман Хьюи быть причастен к теракту? — спросил Декер.
Райан поглядела на свою Библию, потянулась за ней и открыла на том месте, где читала. На несколько секунд Декеру показалось, что отвечать она не собирается.
— Скажу я вам, что яблоко от яблони недалеко падает — уж у Хьюи определенно.
Декер оглянулся на остальных.
— Значит, вы считаете, что Турман Хьюи причастен?
— Я не знаю, но могу вам сказать, что у Турмана было двое очень хороших друзей. Народ их прозвал «тремя мушкетерами». Они прославились в городе.
— Чем же это? — поинтересовался Богарт.
— Чем же еще? Школьным футболом.
И хотя Декер пытался задать несколько других вопросов, больше она не обмолвилась ни словом.
Глава 58
Они все сидели в машине перед домом Смитерсов, глядя из окон.
Богарт заговорил первым:
— Председатель Бюджетного комитета и, может статься, следующий спикер палаты. Должен признать, такого оборота я не предвидел.
— Он был одним из «мушкетеров», — проронила Джеймисон. — Интересно, кто были двое других.
— Выяснить довольно просто, — отозвался Декер.
— Где? — спросила Джеймисон.
Ответ на это нашелся у Марса:
— Звезды школьного футбола. Почему бы не начать с этого?
— Мы еще сделаем из тебя детектива, Мелвин, — поглядел на него Амос.
* * *Кейнская средняя школа угнездилась прямиком в центре города. Отыскав административную часть школы, они сделали запрос, и их незамедлительно сопроводили в библиотеку, где визитеров радушно поприветствовала молодая женщина в слаксах и свитерочке.
— Три мушкетера? — сказала она в ответ на вопрос. — Я слыхала. Это имеет отношение к…
— Футболу, — подсказал Марс. — Еще в шестидесятых. Турман Хьюи?
— Точно. Я здесь всего пару лет, но могу показать вам, где хранятся все альбомы выпускников.
И провела их к полке, где стояли все альбомы выпускников школы еще с 1920-х годов. Они уже определили точный возраст Турмана Хьюи, так что примерно знали и год, когда он окончил среднюю школу. Джеймисон отыскала нужный том, и они сгрудились вокруг, глядя ей через плечо, пока она неспешно переворачивала страницы.
Марс заметил это первым — вероятно, потому, что разворот был посвящен футбольной команде.
— Три мушкетера, — объявил он.
На фото были трое юношей в футбольной форме. Подпись под снимком гласила: «Турман Хьюи, Дэнни Истленд и Роджер Макклеллан, три мушкетера».
Взяв альбом, Марс указал на три фигуры:
— Видите, как они выстроились? Хьюи — квотербек, а двое других — хафбеки. Это бегущая версия виражной атаки. Оттуда они могут прогнать три варианта. В Техасском мы порой делали вариации на эту тему.
— И эта тактическая схема возникла в шестидесятых, когда они учились в средней школе, — добавил Декер.
Богарт разглядывал портреты юношей.
— Значит, Дэнни Истленд и Роджер Макклеллан? Ни малейшего представления.
— Уже гуглю, — сообщила Джеймисон.
Она нажала кнопки на экране телефона, подождала и изучила результаты.