Весь Дэвид Болдаччи в одном томе (СИ)
— Сколько у вас детей? — поинтересовался Декер.
— Только Томми. Живет со своей мамой, но сюда ни разу не наведывался. Я его не виню. Меня не было, когда я был ему нужен, так какого ляда приезжать, когда он нужен мне? По ее словам, он очень хороший футболист.
— И часто она вас навещает? — спросила Дэвенпорт.
Монтгомери уперся в нее взглядом.
— Еженедельно, как часы.
— Это мило, — заметила Дэвенпорт, удостоившись настороженного взгляда Монтгомери.
— Еще кто-нибудь вас навещает? — осведомился Декер.
— Больше никого у меня нет.
— Никаких адвокатов или вроде того?
— Они пытались. Лоханулись. И отвалили.
— На когда назначена ваша казнь? — спросил Амос.
— Через три недели со вчерашнего дня.
— А почему вы предпочли электрический стул смертельной инъекции? — полюбопытствовала Дэвенпорт.
Все посмотрели на нее.
— Решил, что надо привыкать к поджариванию. Там, куда я отправляюсь, это пригодится, — осклабился Монтгомери. — Так почему бы не уйти с шумом и фейерверком?
— Что планирует ваша жена после того, как вас не станет? — справился Декер.
— Начать по новой где-нибудь в другом месте.
— Верно, — согласился Декер. — Мы передадим ей привет от вас при встрече.
— Я ведь поступил правильно, верно? — нервно поинтересовался Монтгомери.
— Это не мне решать, — отрезал Амос. — И еще одно. Вы крали у Марсов деньги или какое-нибудь имущество?
Монтгомери уставился на него с явной настороженностью:
— Нет. А разве легавые сказали, что крал?
— Вы совершали еще какие-нибудь преступления, пока были в городе? — продолжал расспросы Декер.
— Нет. Я же вам говорил. Убил их и рванул когти оттудова.
— Значит, не задерживались для какой-нибудь поденной работы или вроде того?
Монтгомери воззрился на Декера, как на сумасшедшего:
— После убийства двух человек?!
— Значит, нет?
— Нет, черт возьми!
— И далеко вы уехали, когда покинули город?
— Не знаю.
— Помните, в какой город?
Монтгомери на минутку задумался.
— Может, Абилин… Ага, верно. Махнул на Двадцатое федеральное и просто гнал на восток. Впоролся прямиком в Абилин.
— Это у нас где-то миль сто восемьдесят? Часа три езды?
— Где-то так, наверное, ага.
— Ладно, спасибо.
Все уже уходили, когда Монтгомери вдруг их окликнул:
— Не скажете мистеру Марсу, что я сожалею?
— Не думаю, что это столь уж удачная идея, — оглянулся на него Декер.
Глава 19
Они поехали прямиком к дому Реджины, находившемуся, как и сказал Монтгомери, всего в двадцати минутах от тюрьмы.
Небо грозило дождем, а то и снегом, потому что температура стремительно опускалась, хотя в этой части Алабамы снег редкость.
Богарт вел машину, а Декер сидел рядом с ним. Дэвенпорт на заднем сиденье делала какие-то записи на своем электронном планшете. Миллиган рядом с ней делал то же самое на своем.
— Страшный человек, — заметила Джеймисон, сидевшая слева от Миллигана.
— Ну, хотя бы общественности нечего больше будет тревожиться на его счет, — отозвался Богарт.
— Как вы думаете, он вытворял все это из-за травмы головы? — спросила Алекс.
— Не знаю, — ответил спецагент. — С точки зрения закона это, очевидно, не играет ни малейшей роли.
— Пожалуй, — с сомнением проронила она.
— Лайза, а каково твое мнение о нем? — поинтересовался Богарт, глядя на Дэвенпорт в зеркало заднего вида.
— Навскидку — он правдив. — Она подняла глаза от планшета. — Явно чертовски уклончив и осторожен, но выглядит искренне раскаивающимся. А если он страдает от ПТСР и эта рана головы повлияла на критические участки его мозга, его последующие действия вполне объяснимы.
Тут она заметила, что Декер смотрит в боковое окно, очевидно пропуская ее слова мимо ушей, и спросила:
— А ты что думаешь, Амос?
Не дождавшись в ответ ни слова, Дэвенпорт потянулась вперед и тронула его за плечо. Вздрогнув, он оглянулся.
— Извини, — сказала она. — Я спрашивала, что ты думаешь о Монтгомери?
— Я думаю, куда важнее, что мы думаем о Реджине Монтгомери.
— Это почему же? — пришла она в недоумение. — Я помню, ты говорил, что надо выяснить, есть ли у Монтгомери семья.
— И надеюсь, мы вот-вот получим кое-какие ответы.
Реджина Монтгомери жила в одном из ряда старых двухквартирных домов, обветшавшем настолько, что от полного разрушения его отделяли лишь пара ржавых гвоздей и пара укусов термитов. Они припарковались перед домом. Посреди двора без единой былинки стоял старый «Бьюик» кремового цвета с потрепанным дерматиновым верхом. Вся округа производила впечатление чумных кварталов. Издали донесся гудок товарного поезда.
Когда они направились к передней двери со стеклом в виде пирамиды, треснувшим примерно на уровне глаз, с неба заморосило.
Богарт постучал в дверь.
— Соседняя квартира выглядит брошенной, — заметила Дэвенпорт.
— Да здесь половина домов выглядят брошенными, — поддержал ее Богарт.
Послышались приближающиеся шаги, и дверь открылась.
Реджина Монтгомери оказалась среднего роста, худой, а ее некогда каштановые волосы почти совсем поседели. Одета она была в выцветшие джинсы, туфли без каблуков и свитер, чем-то замаранный у талии.
Они назвались, и Реджина впустила их в дом.
Тесная гостиная была скудно обставлена дешевой потрепанной мебелью. Хозяйка провела гостей на кухню, убрала со стульев какие-то коробки и стопки бумаг и жестом пригласила сесть за маленький столик, стоявший посередине. Стульев было всего четыре, так что Миллиган и Дэвенпорт остались стоять.
Тревожно оглядев всех по очереди, Реджина наконец остановила взгляд на Богарте, предъявившем свой жетон ФБР.
— Чего вам от меня надо? — без обиняков спросила она.
— Просто задать несколько вопросов. Мы поговорили с вашим мужем…
— Просто для вашего сведения: хотя мы и вправду не разводились, вместе мы не жили давным-давно. Он сидит по тюрьмам уже много лет.
— Но официально он все еще ваш муж?
— Да.
— Когда вы узнали, что он, возможно, убил Роя и Люсинду Марс?
Она с сосредоточенным видом облокотилась на спинку стула.
— Когда пошла в тюрьму навестить Чака.
— Дату не помните?
— Точную — нет. Впрочем, я езжу каждую неделю… Дайте сообразить. — Взяв пачку сигарет со стола, Реджина закурила, выпустила дым через ноздри и несколько секунд молчала. Потом сказала: — Наверное, пару месяцев назад или около того. Может быть. Я толком не помню.
— Вы удивились? — спросил Богарт.
— Чему? Что он людей убил? Да какого черта! Я знала, что он лютый. Он уже убивал. За это его и казнят. Убил в Алабаме полицейского штата. А это чертовски верная высшая мера.
— Он сказал, что вы поискали дело Марсов в Интернете, дабы убедиться, что он говорит правду, — подсказал Богарт.
— Ага, пошла в библиотеку. Своего компьютера у меня нет. Напечатала их фотки и кое-какую еще информацию и отнесла ему в тюрьму. Он их с ходу признал.
— Вы предложили ему сообщить властям?
Реджина покачала головой.
— Это была идея Чака. Но я подумала, что так будет правильно. Знаете ли, единственный способ хоть капельку искупить то, что он набедокурил.
Декер огляделся, запечатлевая в памяти все, что видел.
— А что вы планируете делать, когда вашего мужа казнят?
— А ничего, — фыркнула она. — Я живу тут и едва-едва могу наскрести на квартплату. Работаю в бакалейном магазине, а еще на второй работе в «Макдоналдсе» дальше по дороге.
— Сын живет с вами? — осведомился Декер.
— Томми, — кивнула Реджина. — Он славный мальчик. Он встанет на ноги.
— Его отец сказал, что он хороший футболист.
— Ага, так и есть, — кивнула она.
— Отца не навещает?
— Нет. А с какой стати? — женщина сердито зыркнула на Декера.
— Очень мило, что вы не покинули мужа одного в такой ситуации, — произнесла Джеймисон.