Весь Дэвид Болдаччи в одном томе (СИ)
Он приоткрыл руку Лафферти и с трудом, преодолевая окоченение, поднял ее.
— Сейчас тело начинает терять трупное окоченение, от конечностей к челюсти и шее, что более или менее подтверждает предварительно определенное ВС — около полуночи.
— А внешняя температура? — спросил Декер. — Было холодно.
— Мой коллега на месте сделал на это поправку. И покойной ввели очень сильное успокоительное. Мы обнаружили его следы. Это привело ее в бессознательное состояние, и она потеряла способность защищаться.
— Изуродованные гениталии, — произнес Декер.
Патологоанатом кивнул. Но когда он начал сдвигать простыню, чтобы открыть эту область, Амос остановил его.
— Мы уже видели.
Он выжидающе посмотрел на Ланкастер. Та, в свою очередь, взглянула на Богарта и сказала:
— Я не говорила ему. Подумала, он должен увидеть сам.
Богарт кивнул и посмотрел на двоих агентов, крепких мужчин, которые выглядели так, словно хотят кого-нибудь убить.
— Переверните ее.
Медэксперт откинул простыню, обнажив тело специального агента Лафферти. Спереди ее кожа была очень бледной. Разумеется, тело уже вскрыли; Y-образный шов на верхней части туловища выглядел грубым, злобным, как будто в человеческую плоть врезали застежку-молнию. Кожа на лице слегка обвисла, поскольку ее срезали одним большим куском, а потом уложили обратно. Череп вскрыли, мозг вынули. Так он и останется, пока не придет время проделать обратную процедуру и сложить все вместе.
Когда они перевернули ее, бледность исчезла. Здесь кожа была красной; она выглядела почти обожженной в тех местах, где собиралась кровь.
Декер не концентрировался на этом.
Он смотрел на то, чтобы было у нее на спине.
Он подошел ближе — изменившийся цвет кожи не давал разглядеть это как следует.
Потом он разглядел.
Кто-то резал спину Лафферти.
Кто-то вырезал ножом слова, пользуясь ее телом, как листом бумаги. Две строчки, одна под другой.
Когда решишь закончить это братан
Скажи мне
Глава 33
Все вышли наружу. Богарт посмотрел на своих людей и сказал:
— Дайте мне минуту. Я подойду к машинам.
Они ушли. Богарт повернулся к Ланкастер.
— Я бы хотел приватно поговорить с вашим партнером.
Мэри взглянула на Декера.
— Увидимся позже, Мэри, — произнес тот.
— Ты уверен?
— Он уверен, — резко произнес Богарт.
Ланкастер посмотрела на агента.
— Я сожалею об агенте Лафферти.
— Специальном агенте Лафферти. Спасибо.
Она повернулась и пошла прочь, разок оглянулась через плечо, потом завернула за угол и скрылась из вида.
В следующую секунду Богарт толкнул Декера в кирпичную стену морга и вдавил ему в горло свое предплечье.
— Ладно, толстожопый сукин сын, сейчас мы все выясним, прямо здесь.
Богарт был крупным, сильным и в гораздо лучшей форме, чем Декер. Вдобавок его физические возможности подпитывал грузовой состав ненависти и разочарования. Однако Амос весил на сотню фунтов больше и некогда был профессиональным футболистом. С минуту мужчины боролись — каждый пытался одержать верх, — потом Декер согнул колени и оттолкнулся от стены. Этот импульс, к которому добавилась масса Амоса, толкнул обоих мужчин вперед, что для Богарта означало назад. В тот же момент Декер зацепил левую лодыжку агента ФБР своей правой, и тот рухнул. Амос приземлился на него сверху. Эффект был сравним с обрушением стены.
Даже лежа на спине с отягощением в триста пятьдесят фунтов, Богарт ухитрился врезать Декеру в челюсть. Тот почувствовал во рту вкус крови, один зуб зашатался. Он ударил Богарта локтем по голове, и услышал, как мужчина вскрикнул от боли, когда его голова отскочила от тротуара.
— Я тебя убью! — кричал Богарт, продолжая бить руками и ногами, в то время как Декер пытался подмять под себя его конечности.
Амос приподнялся на несколько дюймов, а потом тяжело рухнул вниз, вдавив свое массивное плечо прямо в диафрагму мужчины. Потом повторил это еще раз. Богарт крякнул, задохнулся, простонал и перестал сопротивляться.
Декер встал с него, попятился, нагнулся и, опершись о колени, попытался восстановить дыхание. Живот болел, легкие тоже.
Когда он поднял взгляд, Богарт сидел, а его пистолет был наставлен в голову Амоса. Мужчина медленно, преодолевая боль, встал, продолжая целиться в Декера.
— Ты напал на федерального агента, — выдохнул Богарт, придерживая свободной рукой расцарапанную и кровоточащую голову.
Декер посмотрел на пистолет, потом на Богарта.
— Я могу арестовать тебя, — добавил фэбээровец.
Амос выпрямился и привалился к кирпичной стене. Справившись наконец со своим дыханием, он произнес:
— Вы что-то хотели мне рассказать?
Продолжая целиться в Декера, Богарт отбросил с лица волосы и распустил узел галстука. Потом подошел ближе.
— Что?
— Вы сказали, что хотите что-то выяснить. Я не думаю, что это означало надрать мне задницу. Полагаю, вы собирались что-то рассказать.
Богарт указал на дверь морга.
— Он оставил сообщение на… на моем агенте. Сообщение непосредственно вам.
— Мне известно, что он сделал.
— То есть вы должны знать этого парня. Вы должны были ему что-то сделать. Он зовет вас «братаном».
Последнюю фразу Богарт выкрикнул.
Декер последний раз тяжело выдохнул и оттолкнулся от стены, встав без поддержки.
— Я не знаю этого парня. И я не его братан.
— Вы говорите, что никогда не забываете. Ну, видимо, этот парень тоже не забывает. Вы что-то сделали. Может, даже не осознали, что именно, а он убил… он убил…
Голос Богарта затих. Он опустил оружие и уставился на тротуар, покачивая головой. Его лицо выражало полнейшую безысходность.
Декер растер синяк на щеке, прижимая языком шатающийся зуб.
— Он убил с десяток людей, включая мою семью и специального агента Нору Лафферти, — сказал он.
Богарт взглянул на него и медленно кивнул.
— Включая Нору. — Он убрал пистолет. — Слушайте, мне жаль, что я… Если вы захотите выдвинуть обвинение, валяйте. Это было непростительно.
— Думаю, ничего особенного не случилось, — сказал Декер. — Я споткнулся, упал и уронил вас. Очень неуклюже. Но я здоровый, толстый, потерявший форму парень. Вам, наверное, нужно будет отдать костюм в химчистку и позаботиться о ссадине на голове.
Богарт растер по рукаву грязь, потом взглянул на Декера:
— И куда нам теперь двигаться?
— Пока у нас ничего нет. Вы отыскали что-нибудь полезное на военной базе?
— Нет. Чашка Петри с дерьмом. Все разложилось в кашу. И Пентагон до сих пор не ответил. Хотя вряд ли они смогут добавить что-то полезное. А что с этой статьей в газете?
— Я разговаривал с репортером.
— Ланкастер нам сказала. Передала нам IP-адрес. Мои ребята работают с ним, но пока без толку.
— Не думаю, что он нас куда-то приведет. Слишком очевидно.
— То есть у нас по-прежнему ничего нет? — жалобно спросил Богарт.
— У нас много чего есть, если мы сможем с этим разобраться. У нас есть Себастьян Леопольд…
— Но у него алиби на оба убийства.
— Но не на Лафферти.
— Так вы говорите, он с кем-то работает? Это вы имели в виду, когда сказали, что никто не может быть в двух местах одновременно?
Декер кивнул.
— Но откуда у вас уверенность, что он убил Нору?
— Я не уверен. Но не думаю, что слова у нее на спине вырезал Леопольд.
— Почему?
— Я встречался с Леопольдом. Я бы вспомнил этого парня, если б видел его раньше. Но я его не помню, а значит, мы не виделись. Остается его партнер. И этот парень не уступил бы Леопольду такое дело. Оно было личным. Я — его братан. И никто другой. Разборка со мной — его дело.
— Декер, но как вы могли перейти дорогу тому парню и не запомнить этого? Если он так вас ненавидит, что убивает людей?
— Я не могу ответить, потому что у меня нет ответа, — признал Амос. — Но я обещаю, он у меня будет.