Весь Дэвид Болдаччи в одном томе (СИ)
Бриммер взглянула на Декера, потом на Леопольда.
— Вон он. Я могу дать вам пятнадцать минут, не больше.
— Это все, что мне нужно, — ответил Декер.
Там был и надзиратель — снова парень, которого Декер не узнал. Проработав детективом десять лет, он не часто общался с сотрудниками в форме.
— Откройте, пожалуйста, — сказала Бриммер надзирателю.
Ключ вошел в скважину, и дверь отъехала в сторону. Декер вошел в камеру и посмотрел на мужчину, который свернулся, как кот, на двухъярусной кровати.
— Пятнадцать минут, хорошо? — сказала Бриммер.
Амос, не глядя на нее, кивнул. Стук ее каблуков затих. Декер подождал, пока надзиратель не вернется к своему столу в конце коридора, потом шагнул вперед и полностью сосредоточился на заключенном.
Себастьян Леопольд был не таким крупным, как представлял себе Декер по описанию Ланкастер.
«А может, я просто намного крупнее».
На него надели оранжевый тюремный комбинезон. Руки и ноги в наручниках, пояс прикован цепью к стене. И это было обидно, поскольку, попытайся Леопольд напасть, Декер мог бы просто убить его в целях самозащиты.
Мужчина повернул голову, и Амос собрался, думая, что сейчас Леопольд его узнает. Но ничего не случилось. Странно, раз уж он настолько неуважительно обошелся с этим парнем, что тот из мести перебил всю семью Декера.
Глаза мужчины налиты кровью, зрачки расширены. Декер полагал, что копы уже провели тест на наркотики, заставили парня помочиться в бутылку и подышать в алкотестер и даже взяли соскоб для анализа ДНК. У комбинезона короткие рукава, открывающие предплечья заключенного. На правой руке татуировка — два дельфина. Любопытно. А еще на обеих руках следы уколов. Причем относительно свежие. Интересно, уж не ширнулся ли мужик перед тем, как завалиться в участок и признаться в трех убийствах? Да, подумал Декер, для такого дела лишняя подкачка не помешает.
На одном из пальцев левой руки не хватает двух фаланг. На лице шрам. Сломанный нос свернут на десять градусов влево. Руки на вид мозолистые и сильные — видно, занимался физическим трудом.
«И вот эти руки лишили меня Молли?»
— Мистер Леопольд? — позвал Декер.
Тот продолжал смотреть в его сторону невидящими глазами. По крайней мере, так казалось Декеру.
По-прежнему не узнает. Хотя после бритья и стрижки Декер стал намного ближе к тому полицейскому, который семнадцать месяцев назад якобы оскорбил Леопольда в «Севен-илевен».
Декер посмотрел на лицо мужчины и включил свой ЦВМ. Кадр сменялся кадром, воспоминания мчались к тому времени, когда он предположительно столкнулся с этим человеком. Дата горела в его голове, будто написанная прямо на глазных яблоках. За месяц до убийства, так сказала Ланкастер. Для надежности Декер добавил к дате неделю до и неделю после.
Его ЦВМ жужжал, проматывая кадры час за часом, минута за минутой. В этот период Декер побывал в том «Севен-илевен» три раза.
Себастьяна Леопольда там не было.
Амос отключил ЦВМ и присел на стул, вделанный в стену.
— Мистер Леопольд, — негромко произнес он. — Вы меня узнаете?
Казалось, Леопольд слушает, но не слышит.
— Вы меня узнаете?
Леопольд покачал головой.
Он делал какие-то странные движения руками. Декер отметил узоры, которые выписывали ладони мужчины.
— Вам нужен адвокат, — сказал он и похлопал по своему портфелю.
Руки Леопольда замерли, и он кивнул.
Декер достал блокнот и ручку:
— Вы можете рассказать мне, что именно произошло той ночью?
— Зачем?
Странно, но в голосе Леопольда внезапно мелькнула настороженность. Декер допрашивал многих заключенных, многих обвиняемых. Большинство из них были тупыми, как грязь, и признавались в преступлениях, совершенных по еще более тупым причинам. Но некоторые явялись намного умнее, чем казались. И возможно, Леопольд — один из них.
— Вам нужна защита. Вы признались в трех убийствах.
— Я виновен. Я это сделал.
— Все равно вам нужно представительство в суде.
— Зачем?
— Так устроена система правосудия. Поэтому мне нужно знать факты.
— Они собираются меня казнить.
Голос ребенка, который признается и ждет наказания. Скрытный заключенный превратился в маленького мальчика. Декер задумался, не наркотики ли дают такой эффект, превращая в пинбол [364] мыслительный процесс мужчины.
— Это то, чего вы хотите?
— Не ко мне.
— Вы правы. Это в большей степени к судье и присяжным. Но вход все равно за вами. Итак, вы хотите рассказать мне, что произошло?
Декер взглянул на часы. Прошло четыре минуты. И в любую секунду мимо может пройти кто-то знакомый. Амос развернулся, чтобы сидеть спиной к двери камеры.
— Я их убил, — просто ответил Леопольд.
Сейчас он неотрывно смотрел на Декера. Тот выискивал во взгляде Леопольда любой намек на узнавание. И если он его увидит, то что сделает? Задушит этого человека, как тот задушил его дочь?
Леопольд снова принялся двигать руками. Сейчас он походил на дирижера, управляющего невидимым оркестром. Декер несколько секунд следил за этими движениями, потом перевел взгляд:
— И почему вы это сделали?
— Чувак достал меня.
— Какой чувак?
— Тот чувак. Который там жил.
— И чем он достал вас?
— Просто достал.
— Но чем именно?
— Херово отнесся ко мне.
— Вы там работали? Или были покупателем? В «Севен-илевен» на Десалль?
Леопольд проигнорировал вопрос и сказал:
— Ну, я его сделал, а?
— Как вы это сделали?
— Убил его семью.
— Нет, я имею в виду, как вы узнали, где он живет?
— Проследил за ним.
— Как?
Во взгляде мужчины появилось подозрение, которого Декер прежде не видел.
— Мне незачем рассказывать тебе это дерьмо. Ты коп? Хочешь обдурить меня?
— Мистер Леопольд, вы признались. Дурить вас уже ни к чему. Вы понимаете это?
Тот моргнул и потер шею.
— Ну да, похоже на то.
— И нет, я не коп. Итак, вы проследили за ним. Как?
— В смысле, как?
— На машине, пешком, на велосипеде?
— У меня никогда не было чертова велосипеда.
— Значит, на машине?
— Если у меня нет велосипеда, то и машины нет.
— То есть пешком, так?
Леопольд медленно кивнул и пристально посмотрел на Декера, возможно, желая увидеть его реакцию на эти слова.
Амос что-то нацарапал в блокноте. Затем вытер со лба бусинку пота, хотя в подвальной камере было не жарко. Если его здесь засекут, он может отправиться в тюрьму. И ему действительно не нравится говорить с людьми. В общем, чем короче, тем лучше. Но ему нужно это сделать. Возможно, это его единственный шанс.
— Итак, вы выяснили, где жил этот «чувак», и решили убить его семью. Но вы ждали месяц или около того. Почему?
— Кто сказал, что я ждал месяц?
— Так вы сказали полиции.
Леопольд скорчился, крыса, которая пытается забиться в щель. Вот только здесь не было ни одной щели.
— Ладно, все верно. Мне нужно было это спланировать. Посмотреть на место, так сказать, проверить обстановку.
Декер взглянул на татуировку.
— Когда вы служили на военном флоте?
Глаза Леопольда на долю секунды сверкнули:
— А кто говорит, что я служил?
Декер указал на татуировку:
— Два дельфина. Моряки часто делают себе такую. Вы постарались, чтобы она не выглядывала из-под рукава, все по уставу.
Леопольд посмотрел на татуировку так, будто она его предала.
— Я не служу на флоте.
— Итак, вы проверили обстановку, а потом отправились туда. Давайте пройдемся через это.
Декер обернулся на звук. Ничего страшного, надзиратель идет по коридору. Он вытер со щеки еще одну каплю пота.
— Давайте пройдемся через это? — повторил Леопольд.
— С момента, когда вы вошли туда, и до момента, когда вы вышли. Давайте начнем с того, как вы туда попали.
— Пешком.
— Адрес дома?
Леопольд помешкал.