Весь Дэвид Болдаччи в одном томе (СИ)

— Зачем он привел ее сюда при свете дня?
— Я не знаю, Кэрол. Но я уверена, что он здесь. И, судя по лепесткам, которые ты заметила в «Порше», Дженни также где-то рядом.
Около частокола никого не было, возле музея тоже. Они обнаружили там одну дежурную служащую, но она никого не видела и выглядела расстроенной из-за того, что не могла посмотреть реконструкцию.
Они быстро зашагали вперед вдоль ряда могил.
— Господи, — воскликнула Блюм, — один из моих сыновей служит в армии. А если начнется еще одна война? Я не уверена, что смогу перенести мысль о его гибели. — Она огляделась по сторонам. — Ведь у каждого из них была мать, которой пришлось пережить потерю, такое ужасное горе.
Когда Пайн услышала слова подруги, ее лицо разительно изменилось, а взгляд заметался.
— Мать! — прошептала она.
— Что?
— Мать! — и Пайн бросилась бежать.
— Агент Пайн! Куда?
Пайн ничего не ответила. Она бежала так, словно от этого зависела жизнь. И в самом деле зависела.
* * *
Когда Пайн добралась до статуи, возведенной штатом Мичиган в честь павших солдат и матросов, она посмотрела на скорбящую женщину, о которой ей рассказал парковый рейнджер и которую все называли «Мать». Пайн боялась увидеть у ее мраморных ног тело Дженни в одежде куклы, но там не было ничего похожего.
Как Страуб доставит сюда тело, чтобы его никто не увидел? Он не сможет просто прийти с девочкой на руках. Пайн принялась озираться по сторонам и почти сразу заметила на значительном расстоянии двух посетителей.
Принести тело в такое публичное очень рискованно. Интересно, как Страуб планирует это сделать?
А как бы поступила я на его месте?
И она тут же увидела ответ.
Нужно слиться с фоном, продемонстрировав, что ты являешься частью музея под открытым небом. И, если кто-то тебя заметит, он не обратит на тебя внимания.
Она увидела на некотором расстоянии здание офиса паркового обслуживания и побежала к нему. На ходу она вытащила телефон, позвонила Ларедо и сообщила, куда направляется и почему. Он сказал, что уже идет к ней и обязательно позвонит Уоллису. К тому же Уоллис и без того находился рядом.
Когда Пайн приблизилась к зданию, она заметила мужчину в штанах свободного покроя, светлой рубашке и соломенной шляпе, который вышел из-за угла, толкая перед собой тачку, накрытую одеялом.
В следующее мгновение из-за другого угла появился Макс Уоллис, который оказался всего в нескольких футах от мужчины с тачкой. Уоллис тяжело дышал и выглядел так, словно едва держался на ногах.
— Эй ты! — крикнул мужчине Уоллис. — А ну, стой!
Пайн поняла, что сейчас произойдет, раньше Уоллиса.
Она вытащила пистолет, но мужчина в шляпе уже успел выстрелить. Пуля попала Уоллису в грудь, и он упал.
— Страуб! — крикнула Пайн.
Но прежде чем она успела выстрелить, он наклонился над тачкой и что-то оттуда вытащил.
Пайн сразу поняла, что неподвижное тело у него на руках — это Дженни.
В свободной руке Страуб держал пистолет, из которого стрелял в Уоллиса.
— Страуб, положи Дженни на землю и отбрось пистолет, — сказала Пайн.
В ответ он в нее выстрелил.
Она увернулась, но не стала стрелять в ответ, потому что он держал перед собой Дженни. Пайн не знала, жива девочка или нет, но она не могла рисковать.
Страуб забросил Дженни на плечо, свернул налево и скрылся за углом здания.
Пайн подбежала к Уоллису, опустилась рядом на колени и попыталась нащупать пульс, но его не было. Тогда она перевернула его на спину и увидела, что пуля попала в центр груди. Его глаза были открыты и неподвижны. Пайн протянула руку и закрыла их.
— Проклятье. Мне… очень жаль, Макс.
— Пайн!
Она оглянулась, увидела бегущего к ней Ларедо и поднялась на ноги.
— Уоллис мертв. Страуб его застрелил. У него Дженни. Пошли!
И они побежали за Страубом.
  
Глава 74
 
Несмотря на то, что они бежали через кладбище с широкими открытыми пространствами, Страуб умудрился исчезнуть.
Вместе с Дженни.
Пайн и Ларедо забежали за угол надворной постройки, быстро огляделись по сторонам и никого не увидели.
 
— Как ты думаешь, Дженни еще жива? — спросил Ларедо.
— Да.
— Почему ты так уверена?
— Он забрал ее с собой. Будь она мертва, он не стал бы ее уносить.
— Звучит разумно.
— Ты беги направо, а я налево.
Ларедо кивнул и помчался направо.
Пайн пробежала пятьдесят ярдов и остановилась. Как он мог исчезнуть?
И тут же нашла ответ. У Страуба имелся план отхода. На всякий случай.
Но какой план?
Она посмотрела под ноги и вдруг вспомнила, что ей здесь рассказал рейнджер.
Подземные туннели, которые выкопали солдаты Союза.
Пайн подбежала к тому месту, которое ей показал парковый рейнджер во время ее первого посещения комплекса.
Стальная решетка была сдвинута в сторону. Пайн огляделась по сторонам в поисках Ларедо, но нигде его не увидела, тогда она позвонила ему по телефону и рассказала, что собирается делать. Он уже находился в другой части парка, и она поняла, что ей придется действовать самой. Она прикрепила фонарик к специальной панели в нижней части ствола «Глока» и начала спускаться в туннель.
Ей пришлось спрыгнуть, и она с трудом восстановила равновесие. Туннель находился на глубине шести футов под поверхностью земли. И здесь было заметно холоднее. Пайн осторожно двигалась вперед, изо всех сил прислушиваясь к тому, что там происходило. Сначала она шла медленно, потом услышала плач девочки и ускорила шаг.
Дженни. Она пришла в себя.
Пайн продолжала идти дальше, и луч ее фонарика описывал резкие дуги в темноте. Она не знала, попытается ли Страуб устроить ей засаду. Через некоторое время она заметила вошедший в поговорку свет в конце туннеля.
Пайн осторожно приближалась к выходу, когда услышала голос.
— Отпусти меня!
Это была Дженни.
Пайн бросилась вперед и увидела кирпичную стену, уходившую в землю. Она бесшумно ее обошла и выглянула наружу, описывая круги лучом фонарика. Ей потребовалось несколько секунд, чтобы оценить обстановку.
Она оказалась на небольшой поляне в лесу, а в следующее мгновение услышала звук слева, увидела Страуба, который то появлялся, то исчезал между деревьями, и побежала за ним, пока не оказалась на тропинке, петлявшей между деревьями.
— Страуб!
Он остановился и обернулся.
Потом поставил Дженни на землю и присел за ней, используя девочку в качестве щита. Она была в одежде, снятой с куклы.
— Отпусти меня! — снова закричала девочка.
Страуб приставил пистолет к ее голове, и Пайн замерла на месте.
А он посмотрел на Пайн, которая держала его на мушке «Глока».
— Стой, агент Пайн, — спокойно сказал Страуб. — Мне нужно отсюда убраться, а ты хочешь получить девчонку. Я думаю, мы сможем договориться. Полагаю, у тебя имеется опыт подобных сделок.
— Совсем свежий, — мрачно ответила она.
— У меня неподалеку еще одна машина. Если ты меня отпустишь, даю тебе слово, я оставлю девочку где-нибудь живой и здоровой, а потом позвоню и расскажу, как ее найти.
— Ты хочешь, чтобы я поверила на слово убийце, на совести которого жизнь пяти человек?
— Тут ты ошибаешься. Я не трогал мальчика. Это сделала Бритта.
— Хрень собачья.
— У маленькой леди есть темная сторона, которую ты могла не заметить, агент Пайн. Впрочем, я сказал ей, что нужно сделать. — Он постучал себя по затылку. — Если ударить в эту часть шеи, человек отключится.
— И где ты этому научился?
— Я некоторое время провел в армии. Там учат такому дерьму. Однако я никогда его не использовал против ребенка.
Пайн посмотрела на Дженни. Девочка была явно напугана, но уже показала, что у нее есть характер.
— Зачем Бритта убила Фрэнки Гомеса?
— Она сказала, что таков ее долг. Казалось, была убеждена, что делает ребенку одолжение. Только не думай, что я могу объяснить поведение этой женщины. Итак, мы договорились?