Весь Дэвид Болдаччи в одном томе (СИ)

— Я не стану опровергать твои вполне разумные доводы. Но не могу исключить Таннера из списка подозреваемых из-за чувств, которые я к нему испытываю. Я должна учитывать улики.
— А что ты будешь делать, если свидетель его узнает?
Пайн посмотрела на Таннера, который ласково поглаживал по голове одну из собак Куорлсов.
— Я не знаю, Кэрол. Правда не знаю.
  
Глава 58
 
— Сара не уверена, — сказал Ларедо Пайн по телефону. Дело происходило на следующий день после того, как он вернулся в Колумбус, чтобы показать фотографию Таннера Саре. — Она видела его только со спины.
— Ладно, — ответила Пайн, сидевшая в арендованном внедорожнике возле своего старого дома. — И что это нам дает?
— Получается, что мы на ничейной земле. Однако нам необходимо проверить ДНК на свитере, найденном в бочке, а также сделать слепок болтов в кузове грузовичка, чтобы сравнить его со следами на теле Ханны Ребане.
— Для этого нам потребуется ордер на обыск.
— Тут у нас проблем не будет. Уоллис этим уже занимается. У нас более чем достаточно резонных оснований.
Пайн не ответила.
— Что? — нетерпеливо спросил он.
— Я не думаю, что он на это способен. Я провела все утро рядом с домом Таннера и дважды его проверяла. Он крепко спал вместе с Роско на своей огромной подушке с пластиковыми шариками, а вокруг валялись пять банок от пива. Портативный радиоприемник без остановки играл Чарли Дэниелса [345]. И ты хочешь сказать, что он убил четырех человек и переодел каждого? А мы все это время не могли его отыскать? Но потом он принялся сжигать улики рядом со своим домом в бочке для мусора и не позаботился о том, чтобы завернуть во что-то тело, чтобы на нем не осталось отпечатков болтов?
Ларедо вздохнул.
— Ну, если посмотреть на дело так… — сказал он.
— Есть еще кое-что, — продолжала Пайн.
— Что?
— Роско.
— Кто? — не понял Ларедо.
— Пес Таннера, — объяснила Пайн. — Сколько ты знаешь серийных убийц с домашними животными, о которых они бы так заботились?
Ларедо ответил далеко не сразу.
— Ну, сейчас не могу назвать ни одного.
— Серийные убийцы обычно начинают свою карьеру, мучая и убивая животных, а не окружают старых псов заботой.
— Ты права, однако из каждого правила есть исключения.
— Тем не менее, я не могу представить, чтобы наш убийца оказался любителем собак. В особенности если речь идет о старом псе с больными почками, который мочится по всему дому. Вот почему я считаю, что нам пока не стоит использовать ордер на обыск, нужно продолжить наблюдать за Саем, одновременно изучая другие ниточки.
— Ты о чем?
— Я дам тебе знать, как только у меня что-то появится.
Она закончила разговор, завела авто и уехала, предоставив Таннеру и дальше спать под мелодии Чарли Дэниелса.
Дьявол и в самом деле нагрянул в Джорджию [346]. Мне лишь осталось его отыскать. И я совершенно уверена, что не он спит сейчас в этом доме.
Повинуясь импульсу, она поехала к Джеку Лайнберри и обнаружила, что по какой-то причине ворота открыты, и сразу подъехала к главному дому. Как только она выбралась из внедорожника, к ней подошел Джерри, не самый дружелюбный охранник. Он был одет в темный костюм, белую рубашку и галстук, а из его правого уха торчал коммуникатор.
— Что вы хотите? — резко спросил он.
— Повидать Джека.
— А вы договорились о встрече с мистером Лайнберри?
— Нет, я просто решила нанести ему дружеский визит. Он дома?
— У вас нет никаких причин знать это.
Пайн сделала шаг назад и оценивающе посмотрела на охранника.
— Как ваша фамилия? — спросила она.
— А вам зачем?
— Неужели на все должна быть причина?
— Когда я работаю, да.
— Какую должность вы занимали в Секретной службе?
— Это вас не касается.
— Вы имели отношение к охране президента?
— Ответ тот же.
Пайн кивнула и с улыбкой на него посмотрела.
— Ладно, Джерри. Подожди минутку.
 
Она достала телефон и набрала номер.
— Привет, Джек, это Этли. Да, я перед вашим домом. Но Джерри нужна причина, чтобы разрешить мне с вами встретиться. Что? О да, конечно. С удовольствием.
Она протянула телефон Джерри.
— Он хочет с вами поговорить.
Джерри посмотрел на телефон так, словно перед ним появилась кобра, приготовившаяся нанести удар.
— Да, сэр? — он послушал и кивнул. — Да, сэр, — повторил он и вернул телефон Пайн.
— Ну?
— Проходите.
Джерри повернулся и зашагал в сторону дома, Пайн следовала за ним, даже не пытаясь спрятать довольное выражение, появившееся у нее на лице.
Лайнберри встретил ее у входной двери и сразу провел в свой кабинет.
Он был в синих брюках, белой рубашке с пуговицами и расстегнутым воротом и мокасинах с кисточками. Пайн вновь отметила, что он очень красивый мужчина. Однако какая-то тайна скрывалась за сильными чертами; она не была уверена, но ей показалось, что он полон всепроникающей печали.
— Приношу свои извинения из-за Джерри, временами он демонстрирует чрезмерное усердие, — сказал Лайнберри.
— А как его фамилия?
— Джерри? Дэнверс. Джерри Дэнверс.
— Вы сказали, что он работал в Секретной службе?
— Да. И какова причина вашего визита?
Пайн посмотрела на стопки бумаг на столе.
— Я вижу, вы заняты.
— Ничего такого, что не могло бы подождать. Пожалуйста, садитесь. Не хотите чего-нибудь выпить?
— Нет, не стоит, спасибо.
Они сели, и он вопросительно на нее посмотрел.
— У вас есть «Пагани»? — поинтересовалась она.
В его взгляде появилось недоумение.
— Что это?
— Автомобиль. Очень дорогой. Стоит около трех миллионов долларов.
— У меня нет «Пагани», — сказал Лайнберри.
— Не считайте меня слишком любопытной, но вы могли бы позволить себе такой автомобиль?
— Да, однако это значительная сумма денег, а как только автомобиль покидает салон, его стоимость сразу падает.
— Понятно.
— Для протокола: обычно я езжу на «Ягуаре». Темно-зеленом.
— А других машин у вас нет?
— У меня есть еще внедорожник «Порше», на котором вы недавно со мной ездили. И еще «Астон Мартин» с поднимающимся верхом. А почему вы спрашиваете?
— Просто интересно.
Он оценивающе на нее посмотрел.
— И почему у меня появились сомнения в правдивости вашего ответа?
— А вы знаете человека, который жил здесь когда-то? — спросила Пайн. — Его звали Барри Винсент. Кажется, он был знаком с моими родителями.
Выражение лица Лайнберри стало более жестким, и он откинулся на спинку стула.
— Барри Винсент? — повторил он. — Кажется, я помню это имя.
Пайн рассказала ему, что Майрон Прингл разнял Винсента и ее отца, которые подрались в тот день, когда исчезла Мерси.
— Да-да, я что-то такое помню. Кажется, Майрон тогда упоминал про драку. Но я не был лично знаком с Винсентом. Не уверен, но, как мне кажется, он недолго прожил в городе.
— А почему он вообще здесь оказался? И откуда приехал?
— По этому поводу я ничего не могу вам сказать.
— Складывается впечатление, что у него были какие-то проблемы с моим отцом. Он прожил в городе совсем недолго и не работал на шахте — в таком случае что они могли не поделить?
— Я полагаю, вам лучше задать этот вопрос Винсенту.
— Я бы так и поступила, если бы знала, где его найти. С тех пор прошло почти тридцать лет.
— Да уж, загадка.
Он замолчал, и они несколько мгновений смотрели друг на друга.
— Знаете, вы очень похожи на вашу мать, — неожиданно сказал Лайнберри.
— Я принимаю ваши слова за комплимент.
— Вы правильно меня поняли.
Неловкость прошла.
— Вы не против поужинать со мной сегодня вечером? — предложил он. — В Атланте.
— Ехать туда целый час. Не слишком ли долгая поездка, чтобы просто поесть?